Страница 56 из 77
Мой преследователь довольно быстро понял, что сразу он меня не догонит, и крикнул издали:
— Стой! Именем Императора! — Северный голос! Такой же, как у меня. Я осадила лошадь.
Всадник подскакал и натянул поводья рядом со мной.
— Пароль! — потребовал он.
Я не ответила.
— Назови себя! Куда едешь?
— Я — британец, бегу из города. Хочу видеть Императора. — Я все еще говорила давешним хриплым голосом.
Часовой подъехал ближе.
— Пароль? — снова потребовал он
— Для Максена это «свобода», а какой пароль у Артура — не знаю.
— О, северянин! — пробормотал всадник, — молодой. Ну, парень, молодец, коли сбежать удалось. Я отведу тебя в лагерь. Император приказал доставлять к нему любого из города. Так что тебе, считай, повезло. Если правду говоришь, конечно. Дай мне повод.
Я протянула ему поводья. Он кивнул, развернул лошадь и поскакал к другому всаднику, ждавшему поодаль.
— Пароль? — крикнули ему из темноты.
— Лекс Виктрикс! — откликнулся мой провожатый. — «Закон побеждает», — перевел он для меня, а затем добавил: — Ну вот, парень, теперь ты знаешь наш пароль, так что назад тебе хода нет.
Несколько человек сидели возле большого костра, пили, время от времени передавая друг другу арфу. Я узнала большинство из них, и обрадовалась, несмотря на боль, пронзившую сердце.
— Стой! — воскликнул один из мужчин, лениво вставая и смахивая пепел со штанов. — Ты кто? И что у тебя за дело?
— Моргант, сын Каснара, — ответил мой провожатый, — из отряда Эргириада, сына Кау из Эбраука. Я перехватил этого парня на выезде из города. Говорит, что британец, сбежал из города. Возможно, Император захочет допросить его.
— Наверное. Ну что, парень, пойдешь к Императору?
— Ты не с мальчиком говоришь, Морфран, — сказала я, называя его по имени. Сняла капюшон, развязала шарф. Воцарилась глубокая тишина, только костер трещал очень громко. Мужчины встали. Я потерла шарфом нарисованную бороду и спросила:
— Где мой господин Артур?
Полы огромного императорского шатра откинулись. На пороге стоял Артур. Я соскользнула с лошади.
— Артур, я вернулась и готова принять твой приговор.
Он долго смотрел на меня.
— Бедивер знает, что ты пришла?
— Знает. Это он помог мне бежать. Максен все время охранял меня.
— Пойдем. Морфран, позаботься о лошади леди.
Я обошла костер. Очень неловко было ходить в тяжелых сапогах и мужской одежде, она болталась на мне, как на чучеле. Хотя надо было бы подумать о более серьезных вещах. Артур откинул передо мной полог шатра, и я вошла.
Внутри горели два факела и лампа. Кей сидел за освещенным столом над разложенными картами. Увидев меня, он вскочил, изумленно выругавшись. На постели, прислонившись спиной к столбу шатра, сидел Гавейн.
Теперь уже вскрикнула я, бросилась вперед, но предательские сапоги не пустили, и я растянулась посреди шатра. Артур помог мне подняться.
— Гавейн! — воскликнула я, чувствуя, как мое лицо против воли расплывается в широкой улыбке. — Бедивер сказал, что убил тебя!
— Чуть было не убил, — проворчал Артур. Гавейн смотрел на меня, словно не узнавая. Он постарел, и был очень бледен. Голову охватывал бинт. — Удар оказался не сильным. Кей, Гавейн, жена говорит, что сбежала из города с помощью Бедивера.
— Это ничего не меняет, — тяжело произнес Гавейн, — Бедивер все равно остается виновным.
— Добро пожаловать, миледи, — произнес Кей, протягивая мне руку. — Сотня приветствий.
— Тысячу спасибо, Кей. Гавейн, я безумно рада, что ты жив. И Бедивер тоже обрадуется. — Я оглянулась на Артура и решила ничего не утаивать: — Сегодня утром он хотел броситься на свой меч. Он думал, что ты мертв.
— Это ничего не меняет, — повторил Гавейн.
Артур взял меня за руку и подвел к стулу. Я села, а он остался стоять, глядя на меня. Я не узнавала выражение его лица, хотя за долгие годы изучила его, как свое собственное.
— Что у тебя с лицом? — спросил муж.
— Это моя борода, — я снова попыталась оттереть краску шарфом. — В своем виде через ворота я бы не прошла. Если тебе интересно, сегодня пароль на воротах «свобода».
— О! — воскликнул Кей.
— Может быть, — равнодушно произнес Артур.
— Ну как же! — нетерпеливо начал Кей. — Ночной штурм! Отличная идея, леди! Мы можем быстро закончить эту дурацкую войну. Войти в ворота лучше, чем тащить сюда осадные машины, которые вы показывали мне в той книге. По мне, так напрасная затея! — Он посмотрел сначала на Гавейна, а потом на Артура.
Видимо, они совещались перед моим появлением, и спорили. Похоже, Гавейн и Кей по-разному смотрели на то, каким способом брать Кар-Аэс.
— А если не получится с ночной атакой, надо уходить отсюда, идти на юг, брать добычу и возвращаться домой, — горячился Кей. — Вернемся следующим летом. Что за беда! Максен к тому времени очухается и подпишет любые условия.
— Для ночной атаки мы слишком мало знаем, — устало проговорил Артур. Он посмотрел на меня. — Бедивер придет?
Все посмотрели на меня, а я посмотрела на свои руки. Потерла палец, на котором когда-то носила кольцо с императорской печатью, покачала головой. Взглянула на Артура. Да, выглядел он усталым, но совсем не злым.
— Он очень хотел бы прийти. Но он принес Максену присягу. А еще он считает, что проклят, поэтому не хочет показываться тебе на глаза. Говорит, что дважды предавать не станет.
— Понимаю. А Максен, конечно, будет держать его столько, сколько сможет, потому что сам он никакой полководец по сравнению с Бедивером. И на уступки не пойдет. — Артур покачал головой. — Мы не можем надолго оставлять Британию.
— Какие бы причины не называл Бедивер, они ничего не меняют. — Гавейн говорил вроде бы спокойно, но в голосе чувствовалось сдерживаемое напряжение. — Закон требует, чтобы преступник был казнен. Максен здесь ни причем. — Я — за ночную атаку. Теперь у нас есть пароль, это может сработать. А если не получится, используем осадные машины.
— Не могу взять в толк, почему ты не убил его сегодня утром! — с досадой сказал Кей. — Раз уж ты так хочешь его смерти. Ведь мог бы!
— Да говорил же вам, я впал в безумие! — огрызнулся Гавейн. Он хотел вскочить, но покачнулся, побелел от боли и закрыл глаза. Кей поддержал его за плечо.
— Давай-ка, ложись, — мягко попросил он, подталкивая рыцаря к постели. — Господи, тебе же говорить нельзя!
— Поймите, — простонал Гавейн, — мне казалось, что мы все еще сражаемся с саксами, а он все еще мой командир. Я не соображал ничего, а иначе убил бы обязательно. И все равно лучше, если он умрет по приговору суда, от руки закона, в Британии, перед всем Братством.
— Хорошо. Решено, — Артур кивнул и поднял руку. — Сегодня вечером пойдем на штурм. Гвинвифар, расскажи об их защите.
Я рассказала все, что знала; все-таки я много простояла на стенах крепости, хотя мои знания все равно не могли сравниться с теми, которыми обладали воины Максена.
— Извини, больше ничего не знаю. Меня держали практически в плену. Из дома я выходила только вместе со стражниками.
— Знаю, — кивнул Артур, — у меня в крепости был свой человек. К сожалению, пару недель назад его убили. — Некоторое время он молчал, изредка посматривая на меня. Мне было интересно, что он чувствовал сейчас. — Кей сказал, что ты не знала о нападении на дороге…
— Понятия не имела! Но потом… Я ушла с Бедивером добровольно, сердце мое. Он был в таком горе, что я не могла его оставить.
Гавейн хрипло рассмеялся и застонал. Должно быть, смех причинял ему немалые страдания.
— То есть сговора не было? — требовательно спросил Артур. — Можешь поклясться?
— Я, Гвинвифар, дочь Огирфана, клянусь Отцом, Сыном и Святым Духом, что никогда не вступала в сговор с Бедивером и ничего не знала о его замыслах, пока мы не встретились на дороге. Клянусь также, что и сам Бедивер не собирался затевать драку с кем-либо, а меч достал только после того, как Медро не дал мне сказать Бедиверу, что я не пойду с ним, и приказал своим людям атаковать его. Если я лгу, пусть земля разверзнется и поглотит меня, пусть море поднимется и утопит меня, пусть небо разобьется и упадет на меня.