Страница 28 из 70
Тень вокруг головы повешенного сгустилась. Тело начало раскачиваться быстрее. Тень заметалась по стенам. Элдвульф выложил из рун призыв. Я видел, что он призвал не кого-то из иерархов Тьмы, а всего лишь демона-посланника.
— Предлагаю заключить сделку, — произнес Элдвульф на языке рун, на древнем колдовском языке. Мать успела обучить меня этому холодному, страшному наречию. Голос мага больше не казался протяжным и мягким, наоборот, он стал резким и беспощадным. Он разложил таблички на полу поверх рисунка. — Передай повелителю, что я предлагаю выгодную сделку.
Тело стало раскачиваться медленнее. Элдвульф сгреб руны, перемешал их и снова раскинул. Шевеля губами, прочитал ответ. Снова смешал руны, снова раскинул, а потом проговорил свое предложение.
— Смерть, — едва шевеля губами, произнес он. — Смерть... Артура, Верховного короля. За его смерть я предлагаю другую смерть. Жертва. Согласен?
Тело перестало раскачиваться, но тень по-прежнему клубилась вокруг головы покойника. Элдвульф снова раскинул руны и прочитал ответ вслух.
— Нет. Мало. Одной жизни смертного мало. Не согласен.
Я давно слышал едва различимый вой, тонкий, как лезвие ножа, ядовитый, ужасный для слуха. Элдвульф положил руку на руны и сказал на древнем языке:
— Нет, не жизнь смертного. У нас есть один из сидхе или полукровка. Это слуга Света. Зовут Гвальхмаи. При нем светоносный меч. Думаю, он вас заинтересует.
Я закрыл глаза, привалившись к дверному косяку. Мое тело будто стиснула большая холодная рука. Вой прекратился. Тело снова начало раскачиваться, на этот раз по кругу. Элдвульф кинул руны.
— Возможно, — прочитал он. — Меч нужен. Надо было сразу предлагать эту жертву. — Маг задумался, накрыл рукой руны, и через некоторое время ответил: — Нет. Сначала Пендрагон. Убей и получишь то, что хочешь.
Снова начался вой. Тело дернулось на веревке, как будто собиралось ожить. Элдвульф читал руны. «Невозможно. Нужен меч. Убей носителя. Тогда будем говорить».
— Хорошо, — согласился Элдвульф. — Но передай хозяину, что, если он не убьет Верховного короля Артура после жертвы, я, Огненный маг, найду столько ваших созданий, сколько смогу, и уничтожу всех. И первым будешь ты, демон. Сомневаешься?
Руны переложились сами собой. «Сделка… будет выполнена».
— Ладно. Через две недели, — сказал Элдвульф и, резко поднявшись, погасил свечу. Тень сразу же исчезла. Тело больше не раскачивалось. Элдвульф подошел к стене, скрывшись из моего поля зрения, и я услышал, как он ударяет по кремню. Вскоре вспыхнул факел, и Элдвульф прошел с ним через комнату, чтобы зажечь еще один факел на другой стене. Он внимательно осмотрел тело и узор на полу, затем взглянул на Кердика и улыбнулся.
— Ну, король западных саксов, теперь ты видишь мою силу? — спросил он прежним приятным и протяжным голосом.
— Вижу, Элдвульф, — ответил Кердик. — Твоя сила велика. Так ты договорился с Воденом? Артур умрет? [Воден или Один — главный бог скандинавской мифологии.]
— Умрет, когда мы принесем жертву.
— Похоже, Воден любит мертвецов, — пробормотал Кердик, глядя на труп. — Ты хочешь прямо сейчас пожертвовать ему этого самозваного раба из конюшни или подождешь до завтра?
Элдвульф пожал плечами и начал стирать узор ногой.
— Не сегодня и не завтра. Это не так-то просто. Нужно выбрать подходящее время, чтобы никаких помех не возникло. — Наклонившись, он собрал рунные таблички, аккуратно протер каждую тряпочкой и сложил в небольшой мешочек из черной кожи. — Через две недели наступит новолуние. Вот тогда...
— Две недели! — сердито фыркнул Кердик. — Значит, я буду держать его тут две недели, а когда он решит, что ему ничего не угрожает, мы его убьем? Не годится. Давай раньше.
Элдвульф резко затянул шнурок на своем мешочке. Руны внутри глухо звякнули.
— Неужто ты боишься, король западных саксов? А может, считаешь, что цена слишком высока? Так и скажи.
— Ты бы думал, прежде чем сказать мне «боишься»! — Похоже, Кердик рассердился. — Мне просто не по нраву такое убийство, особенно если речь идет о людях из моего дома, слуги они там, рабы или кто. Я скорее убью десять врагов в честном бою, чем… — Он не договорил, с отвращением взглянув на тело повешенного.
Элдвульф скептически посмотрел на него, затем вытащил из-за пояса кинжал и принялся перерезать веревку, на которой висело тело.
— Экий ты стал вдруг благородный! Может, мне лучше вернуться домой, а ты тут сам справишься с Артуром «в честном бою»?
Кердик ничего не сказал. Веревка лопнула, тело тяжело рухнуло на пол. Элдвульф отступил, сунул кинжал за пояс и строго посмотрел на Кердика.
— Я хочу, чтобы Артур сдох, — медленно проговорил король западных саксов. — А раз я не могу убить его в честном поединке, приходится пользоваться тем, что есть. Хорошо, через две недели.
— Да ты и вправду смельчак! — Элдвульф улыбнулся. — Ты только имей в виду, что этот молодой дурак, который спит в твоих конюшнях, вовсе не тот, за кого себя выдает. Никакой он не раб, и даже не простой смертный, как мы с тобой. И зачем он сюда явился? Вряд ли твои боги довольны его приходом. А мои боги хотят заполучить его меч. Однако ты и я понимаем, что живым он нам его не отдаст. Значит, отдаст мертвым. Нам здорово повезло, что твои люди привели его.
— Я поверю во что хочешь, когда Артур умрет, — хмыкнул Кердик. — А до тех пор…
— Как? — воскликнул Элдвульф, — тебе мало того, что ты видел? Какие тебе еще нужны доказательства? Я тебе что, хромую кобылу предлагаю?
— Артур пока жив, — резко ответил Кердик. — В твои силы я верю. Но, говорят, Артура защищает не то христианская, не то друидская магия. Вот когда он будет мертв, я поверю, что твой бог сильнее.
— Спору нет, он силён, — кивнул Элдвульф.
«Вы еще не знаете, насколько он силён, — думал я, возвращаясь в конюшню. — Но ведь и Тьма сильна… О, Свет, защити меня. Я боюсь».
Нет, подумал я, снова укладываясь на солому, демону Элдвульфа вряд ли удастся справиться с Артуром. Моргауза не справилась, а уж какой-то демон… Но зачем им меч? Элдвульф — сильный маг, но все же он послабее Королевы Тьмы. Он же смертный, а Моргауза — давно уже нет. Да только что мне с того, чем кончится их сделка с дьяволом, если Кердик и Элдвульф собираются скормить меня своему демону?
Пришлось до боли прикусить губу, что сдержать естественный порыв вскочить и с воплем помчаться куда подальше от этого страшного места. Храбрость — замечательная черта характера, но только не тогда, когда у тебя на шее затягивается петля, а тело раскачивается под потолком при свете свечи, а демон его терзает. Я почти ощущал веревку на шее, видел ужасную тьму, клубящуюся вокруг. Принести меня в жертву? Но почему? Только потому, что я служу Свету и владею волшебным мечом? Или… потому, что я не совсем человек? Во всяком случае, так думает Элдвульф. И внезапно я понял, что за выражение видел на лицах сначала бандитов Вульфа, а потом на лицах слуг Кердика. Страх! Это был страх перед неизвестным, перед сверхъестественным. Я сел в темноте, сжимая рукоять Каледвэлча.
— Я человек, — сказал я вслух. Кровь билась в ушах, меня тошнило от усталости и страха, ноги болели, болели ступни, покрытые волдырями, все тело чесалось, а одежда казалась (или была на самом деле) слишком тесной. Все эти признаки говорили о том, что я — человек, и никто другой. Что же они такое видели во мне?
Но что-то же они видели! Одно и то же выражение, во всяком случае, при первой встрече. Я посмотрел на рубин на рукояти Каледвэлча, темный в ночи, как мой собственный страх.
«Так кто же я на самом деле?» —в отчаянии спросил я себя. Гвальхмаи. Гвальхмаи ап Лот, воин Света, да. Но я же человек! Что же такое со мной случилось?
Мой король, сказал я на этот раз уже про себя, я боюсь. Тьма очень сильна, а я, призванный бороться с ней, даже не знаю, кто я сам, и сам себя боюсь. Как мне бежать? Элдвульф сильный маг, у Кердика — целая армия, многие сотни воинов, навыки военачальника! А я — не пойми кто, и моя мать, Королева Тьмы, желает моей смерти.