Страница 34 из 78
Глава 12 Жесткий урок
Ехать недалеко. Мы добрались за полчаса. Со мной поехали четверо. Бурный, Крылов, Голенищев и Куприянов. Белые пояса остались в зале. Под командованием Смелова.
Все они тоже рвались в бой. Но я не взял. Они школьники. Так нельзя. Я за них головой отвечаю.
Синегородцев-младший и Коркин умоляли взять. Но я отказал. Делать нечего.
— Мы постараемся обойтись без драки, — сказал я. Хотя, на самом деле, не уверен в этом. — Карате нельзя применять вне зала. Так что оставайтесь здесь. Изучайте стойки. Учитесь защищать себя.
Новичков тоже не взял. Очкастый Петя комсомолец тоже хотел поехать. Но и его я оставил в зале. Он только пришел на тренировку. И к тому же, активист, заучка и отличник.
Кроме того, в зале остались девушки. Оксана и Нина, еще трое новеньких девушек. Девушкам на разборках тоже не место. Хотя боевая Нина тоже хотела поехать. С нами.
Поехали на метро. Группа получилась внушительная. Спокойные крепкие парни. В полушубках и спортивных костюмах. Постовые провожали нас взглядами. Но придраться не к чему.
Вышли в районе Выхино. Сейчас здесь все активно застраивалось. Сносили старые бараки. Возводили новые многоэтажки.
Всюду стояли строительные краны. Туда-сюда сновали грузовики. А еще новенькие камазы. Дороги покрыты грязным снегом. Строительные бригады таскали кирпичи и носилки с цементным раствором.
Потом мы свернули с главной дороги. Углубились в лабиринт двухэтажных бараков. Многие построены из дерева.
— Вот сюда! — Куприянов показывал дорогу. Он уже знал, где живет Гончаров. — Вон там! Между домами проход есть.
Мы спугнули стаю бродячих собак. Звери юркнули в узкий проход между заборами. Мы прошли дальше. Тоже свернули в проход. Миновали старенькие дома.
Выбрались на пустырь. По краям горы строительного мусора. Кусты и низкорослые деревья с голыми ветками. Земля покрыта лежалым снегом.
— Туда! — Куприянов тянул нас в центр пустыря. — Встреча там должна состояться.
— Надеюсь, мы не опоздали, — добавил Крылов. — А то придем, а Петю уже замесили. Вместе с землей. В этих местах человека кокнуть можно. Никто и не заметит.
Мы ускорили шаг. На пустыре полно горок из мокрого снега, желтого песка, обломков кирпичей и сухих веток. Когда мы зашли за них, обнаружили, что центр пустыря уходит вниз. В углубление.
А там, внизу мы увидели группу людей. Мужиков в пальто и ватниках. Некоторые без головных уборов. Некоторые в шапках-ушанках.
Шестеро человек. А перед ними Гончаров. В одиночку.
Один из мужиков стоял впереди. Напротив Пети. И орал на него. Раньше мы слышали только приглушенные крики. А теперь разобрали отдельные слова.
— Ты че, ублюдок, совсем берега попутал⁈ — орал мужик. — Ты на кого лезешь⁈ Думал, твое долбаное карате тебя спасет? Да тебе это нихера не поможет! Да я тебя прям сейчас заломаю! Прямо тут! Понял, ублюдок? Твою тупую башку прям здесь проломлю. А твой труп вон туда выброшу! Пусть собаки грызут.
Мы подошли ближе. Мужики заметили нас. Отчим Гончарова замолчал. Удивленно уставился на нас.
— Ты уверен, что карате не поможет? — с усмешкой спросил я. — А если я тебе докажу? Что это не так?
Отчим оглянулся на приятелей. Те сбились в кучу.
Руки держали в карманах. Это плохо. Непонятно, какие у них там сюрпризы. Скорее всего, заточки. Раз уж они у нас уголовные элементы.
— А ты у нас кто? — спросил мужик. Плотное лицо смуглое от загара. Щеки и подбородок небритые. — А, точно! Ты тот самый тренер. Каратист долбаный. Ну че, сявка. Иди сюда. Я тебя научу, что на улице все по-другому.
Он придвинулся ближе. Я ощутил вонь перегара. Мужик замахнулся. И полез на меня с кулаками.
Коротко, с ходу. Я молниеносно ударил его ногой в живот. Прямо в распахнутый полушубок.
Удар получился гибридный. Нечто среднее между мае гери и йоко гери. Из-за того, что времени мало. И расстояние небольшое.
— Кхгм! — отчим Гончарова захлебнулся кашлем. Согнулся от боли, держась за живот. — Ах ты, сука-а-а…
Не люблю, когда ругаются. Я добавил ногой с разворота. Боковой. Маваши гери. По голове. Нокаутирующий.
Мужика развернуло в сторону. Он замолчал и упал на землю. И уже не двигался.
Я посмотрел на остальных.
— Еще есть вопросы?
Мужики замялись. Но потом один, тощий и поседевшей щетиной на лице, вытащил руку из кармана. С тускло блеснувшей заточкой. Как я и предполагал.
— Завалю, гнида, — прохрипел он. — Кишки пущу. Мне похер.
Еще двое тоже достали лезвия. Обычные ножи с костяными рукоятками. Дополнительно обвязанными марлей. Или жгутами. Чтобы не скользили в ладони от крови.
А оставшиеся двое тоже не остались без оружия. Один хрустнул кастетами на кулаках. Другой поднял с земли толстую палку.
Я оглянулся на своих. Мда, заманил я их в заварушку. На свою голову.
Хватит ли умения? Справиться с вооруженными противниками? Хоть я и учил, но реальный бой — это другое.
— Справимся, сенсей, — кивнул Куприянов. — Пожалеют, что с нами связались.
Я снял куртку. Намотал на руку. Голенищев и Крылов сделали то же самое.
— Ты че там базаришь? — пронзительно заверещал тот, с заточкой. — Молись, гнида.
И двинулся на нас. Тут же к нему присоединились остальные. Рванули к нам.
Тот, с сединой, мгновенно очутился передо мной. Двигался быстро. Пожалуй, слишком. Опытный, сволочь.
Руку с ножом держал чуть сзади. Чтобы выпустить в последний момент. Другую руку выставил перед собой. Готов ужалить лезвием.
Сначала обманка. Я сделал финт правой рукой. Противник среагировал. Выкинул руку с ножом вперед. Быстро. Как бросок кобры. Промазал.
Я отшатнулся. И швырнул куртку ему в лицо. Потом тут же провел лоу кик. Боковой удар ногой. Подсекающий. Со всей силы.
Мужик не удержался на ногах. Свалился. Нелепо взмахнув руками. Я пнул по его руке с ножом.
Противник снова заверещал. Как бродячая собачонка. На этот раз от боли. Заточка улетела в сторону.
Он дернулся подняться. Но я снова пнул его. В лицо. Пожалуй, слишком сильно.
Мужик отключился. И откатился назад. И затих.
Я машинально поднял куртку. И огляделся. Ну-ка, как там мои ученики? Справляются?
Бурный бился с другим противником. Тоже с ножом. Ловко уходил назад.
Потом улучил момент. Быстро нагнулся. Схватил горсть земли. Вперемешку со снегом. И метнул в лицо противнику.
Тот на мгновение отвлекся. Прикрылся. И Бурный с размаху пробил ему в живот. Своей пудовой ножищей.