Артефактор

Несколько дней прошли как обычно — меня старательно, словно невзначай, пытались оскорбить, унизить, а я только улыбался, смотря на эти потуги. Был такой эпизод в мультике «Ну, погоди» — заяц в пустом корпусе телевизора писклявым голосом изо всех сил тянет «О соля миа», а волк восторженно аплодирует этим потугам, чтобы в следующий момент прихватить зайца за уши. Вот и я чувствовал себя примерно так же, мысленно аплодируя всем гадостям, которые говорились обо мне и в моём присутствии. Я даже их старательно записывал для отчёта перед будущей комиссией. Кто, что сказал, в каком месте, кто был рядом, как себя вёл. Занимательная, надо сказать, получалась картина, когда оформлена как протокол. В принципе, я уже мог вызвать на дуэль любого из этой компашки, но мне был нужен только Дарнер. Он эту заваруху допустил, ему и ответ держать.

И я теперь улыбался. Особенно когда мне говорили гадости. Это очень удивляло моих «доброжелателей», и через несколько дней, наконец-то, проявил себя и Дарнер. Всё по шаблону — мы с Тотелом обедаем, а за соседним столом начинает собираться компашка Дарнера — шесть парней, четыре девчонки, ну, и он соответственно. И снова шаблон — после минуты молчаливого поглощения еды начались разговоры, и на этот раз громче всех звучал голос Дарнера. Он как специально сел напротив меня и начал нести всякую чушь. Я с интересом слушал, ожидая подходящего момента, и когда он прошёлся по парням, носящим ошейник, и что такие парни — мусор под ногами, я решил — пора. Теперь никто из присутствующих не посмеет сказать, что я вызвал Дарнера на дуэль просто так.

Когда я начал подниматься, не сводя с него взгляда, Дарнер довольно улыбнулся. Даже интересно — чего он ожидал? Крика, скандала, моей истерики? Или что я уйду, согнувшись от унижения? А я подошёл к его столу, посмотрел на компашку, на снисходительно усмехавшегося Дарнера.

— Господин Дарнер, вы зря стараетесь — спокойно сказал я — Чтобы оскорбить и унизить меня, нужно обладать умом и воображением, которых вы лишены — улыбка на лице Дарнера стала превращаться в оскал — Но если вам так хочется острых ощущений, я с удовольствием вам в этом помогу, и после всех произнесённых вами слов вызываю вас на магическую дуэль. Правда, дуэль будет с одним условием — бой до смерти. Надеюсь, вы этого не испугаетесь?

Дарнер скривился.

— Надеешься на артефакты?

— Ну что вы, — улыбнулся я — честный бой, в присутствии судей и зрителей. Только мои знания и сила против ваших знаний и силы. Вы ведь не струсите сразиться на таких условиях с человеком, носящим ошейник со знаками импотента?

Я специально шёл на обострение, припомнив ему же его собственные слова, потому что Дарнер был вызываемой стороной, и имел право выбирать условия поединка. Только вот после моих слов о трусости у него уже не было выбора. Отказаться от боя после таких слов — значит подтвердить их. На это я и рассчитывал.

— Надеюсь, вы не будете затягивать с получением разрешения на бой?

На скулах Дарнера гуляли желваки, но держался он хорошо. Встал, оглянулся на своих, потом глянул на меня, кивнул и неспешно ушёл. Ну что ж, можно уходить и мне. Тоже глянул по сторонам — у ближайших столов никто не ест, всё смотрят только на нас. И тишина…

Да, если здесь, в академии, и вызывали на смертный бой, то явно не в столовой. Ну что ж, будет новая традиция.

Пока шли на лекцию, Тотел косился на меня, но молчал, и лишь в аудитории буркнул.

— Не, я всякого ожидал, но бой до смерти — это как-то чересчур.

Я пожал плечами.

— По другому они бы не поняли.

— Может и так, — скривился Тотел — но это всё-таки Дарнер.

Да, если не знать о моих секретных способностях, предстоящий бой представлялся явно не в мою пользу, но не успокаивать же Тотела своими признаниями.

— Поживём — увидим — буркнул я, открывая тетрадку.

Самое удивительное, но лекцию я слушал с интересом, напрочь забыв о предстоящем бое. Да и чего волноваться? Всё что нужно, уже свершилось. Разумеется, могут быть случайности и неожиданности, но, по моим прикидкам, бой я уже выиграл. Осталось дождаться разрешения, потом убить Дарнера, показав свои знания по минимуму, а потом выдержать все допросы. Вот это будет самым сложным, но это будет потом.

А на перемене меня нашёл мрачный Дарнер и сказал, что декан требует и меня. Традиция здесь такая — боевики считаются самыми опасными, и разрешение на их участие в дуэли даёт декан боевиков (чтобы не поубивали слишком много). И судят поединки тоже преподы боевики, как самые подготовленные к таким ситуациям. А у нас вообще бой до смерти.

Выглядел декан не очень грозно, но чувствовался отставной военный, ушедший в науку. Мужчина лет пятидесяти, крепкий, с седым ежиком волос. Когда мы пришли в его кабинет, с минуту пристально рассматривал меня. Не очень приятное чувство, честно говоря, но я выдержал.

— Магический поединок до смерти я не разрешаю — наконец, сказал декан — Может, вы ограничитесь обычным магическим поединком? Или будет достаточно извинений?

Извинения⁈ Оскорбил, извинился и дальше живи спокойно? И что тогда, эта компашка так и будет трепать мне нервы? Ну уж нет.

— Я требую бой до смерти.

— Да что же вы такой кровожадный? — удивился декан — Я ведь так и не понял повода для дуэли до смерти.

Объяснить? Я невольно оглянулся на Дарнера. Это что, он решил выставить себя пушистым зайчиком, которого хочет обидеть нехороший злой артефактор⁈

— Я заплатил тысячу золотом за возможность учиться, и хочу именно учиться, а не оглядываться по сторонам в ожидании, что какому-нибудь придурку вдруг придёт в голову поупражняться на мне в идиотском остроумии или завуалированных оскорблениях. Я хочу закрыть этот вопрос прямо сейчас и навсегда!

— И вам не приходит в голову, что победить может и господин Дарнер?

Я только пожал плечами.

— Значит, господин Дарнер получит возможность оттачивать своё остроумие на ком-нибудь другом.

Да уж, многое повидал декан, и дуэли из-за явного или мнимого оскорбления или неправильно понятой шутки были вполне обычным делом (всё-таки многие студенты были аристократами и молодая кровь иногда напрочь игнорировала голос разума). Но этот мрачный студент поводом посчитал не сами оскорбления, а то, что они отвлекают его от учёбы. Готов идти на смертный бой ради учёбы⁈