Артефактор

Первый день почти в армии

Пункт вербовки размещался в длинном двухэтажном здании. Второй этаж, похоже, жилой, а первый отдан под магазинчики и конторы. Во всяком случае, у не такого уж длинного здания было четыре подъезда, выходящих на улицу. Вот над крайним справа и висела нужная мне вывеска. Уже подойдя поближе, заметил рядом с крыльцом скамейку, на которой сидел пожилой солдат. В званиях я не очень разбираюсь, но судя по нашивкам, это корн (что-то вроде нашего ефрейтора). Звание, вроде, небольшое, но в местных реалиях корн может быть командиром отделения, а то и заместителем командира взвода. И власть у него будет вполне реальная.

Я остановился, не зная как начать разговор. То ли солдат здесь просто так сидит, поджидая кого-нибудь, то ли имеет отношение к вербовке. Корн сам решил за меня проблему, негромко спросив.

— Что-то хотел?

— Эээ… в армию записаться. Это здесь? — Корн кивнул — А… там — я кивнул на дверь — кто-нибудь есть?

— Здесь командую я — веско сказал мужчина — Для начал сделай десять приседаний.

— Зачем? — не понял я.

— Больные, калеки и слабые в армии не нужны — коротко пояснил корн.

А, это вроде проверки на медкомиссии. Ну, можно и поприседать. После этого пришлось наклоняться, доставать землю ладонями, изгибаться назад, махать руками как мельница, потом десять раз поднимать тяжеленую каменную гантель килограмм в тридцать весом. Корн, внимательно наблюдавший за мной, кивнул и похлопал ладонью по скамейке рядом с собой.

— Садись.

Ну, сел. Сидим, молчим. Пять минут молчим, десять минут молчим. Наконец, я не выдержал.

— Так я, это, в армию записаться хочу.

Корн покосился на меня.

— Я понял.

— Так это… чего ждём-то?

Мужчина зевнул.

— Ждём положенное время, может, ещё кто придёт. После обеда, когда солнце начёт склоняться к закату, я отведу тебя на сборный пункт. Вечером лекари проверят всех новеньких, и если не будет ненужных болячек, завтра с утра с вами заключат контракт и отправят в учебный лагерь за городом.

Ну, вроде как понятно — предварительный осмотр, медкомиссия, сборный пункт, учебка.

— А почему нельзя было всё это сделать сразу в одном месте? — не удержался я от вопроса.

— Почему? — словно удивился корн — Город большой, желающих не так много, как хотелось бы, и найти или услышать о единственном сборном пункте для многих затруднительно. А так есть десяток таких вот вербовочных пунктов с вывеской, хоть кто-нибудь, да заметит. К тому же, я вижу только внешнее, а какое у тебя нутро, по-настоящему смогут определить только лекари, но они не будут бегать за каждым новобранцем. А вот на сборном это можно сделать спокойно. К тому же, хотя бы одного-двух обычно бракуют. В городе они развернутся и пойдут по своим домам, а если везти куда-то, то это лишние траты и время.

Хм, своя логика вроде как есть.

— Получается, ваша работа здесь — сидеть и ждать?

— Ну да — кивнул корн.

— Так, наверное, скучно вот так сидеть?

— Привык — хмыкнул мужчина — В боевых частях мне уже тяжело, а здесь я всё-таки при деле. Деньги как за службу, а живу дома, в пяти кварталах отсюда.

А ещё может быть премия за каждого завербованного. Для пожилого солдата очень даже неплохо. Правда, время уже близится к обеду, а про мою кормёжку корн ничего не сказал. Никаких припасов я не взял, и что, так и сидеть до вечера голодным?

— Раз ждать до вечера, так может, я пока пообедать схожу? Есть здесь поблизости таверна поприличней?

Корн покосился на меня.

— Направо по улице в паре кварталов, только я не советую идти сейчас — там как раз начинают кормить местных, которые начинают работать с рассветом. Вот солнце зенит пройдёт, тогда можно и тебе сходить.

Я кивнул, что понял, и начал пристраиваться поудобней, ведь ждать придётся долго. Может, и подремать получится.

Через какое-то время раздался неспешный голос корна.

— Одежда у тебя, парень, хоть и ношенная, но чистая и добротная. Руки чистые, без мозолей, лицо сытое. В деньгах ты явно не нуждаешься, так почему решил идти в армию?

Сев прямо, я невольно вздохнул. Правду говорить нельзя, а врать…

— Вы, скорее всего, не поверите, но появилось желание послужить королевству — серьёзно сказал я.

Корн долго молчал, разглядывая меня, но ответил без усмешки.

— Я — он выделил голосом «Я» — поверю — сам знаю несколько человек, которые в разное время ушли в армию добровольцами по велению души, хотя у них уже были и семьи, и деньги, и положение. Это можно почувствовать только самому, а объяснять другим бесполезно. И большинство из тех, с кем тебе придётся служить, будут только усмехаться и крутить пальцем у виска. Так что если не хочешь выглядеть дурачком, говори, что решил деньги заработать.

— А что, деньги и правда будут большие?

— За десять лет можешь на дом скопить, — усмехнулся корн — если живой останешься. Но ты грамотный, взгляд умный. Такие в армии нужны, вполне можешь и до корна дослужиться.

Видимо, это было очень серьёзное достижение для солдата, и корн гордился своим званием. Я кивнул.

— Стараться буду.

Опять сидели, поглядывая на прохожих, но желающих служить пока не было. Да и мне было о чём подумать. Я-то собрался прятаться от спецслужб, а тут обычный солдат, кое-что повидавший в жизни, раскусил меня с одного взгляда. И одежда у меня добротная, и руки чистые, и морда сытая. Явно парень из обеспеченной семьи, в деньгах не нуждается, и я, наверное, угадал, сказав, что сам решил послужить королевству. По мнению многих, причина дебильная, и убеждать того, кто не готов это сделать сам, бесполезно. Ещё причиной могут быть очень крупные неприятности, буквально жгущие пятки, но у меня их пока нет, и я вёл себя спокойно. Так что солдат принял к сведению моё возможное социальное положение, но в армии это служить не мешает, а на остальное наплевать.

А вот мне нужно принять меры, чтобы не выделяться так явно среди остальных, поэтому никакого обеда, а то «морда сытая». Отныне буду питаться только тем, что дадут в солдатской столовой. Специально в грязи валяться уже поздно, но руки можно и не мыть в ближайшее время. Мозоли тоже за день не появятся. Не, можно, конечно, устроить кровавые, но они лишь покажут что я белоручка, и тяжёлое держал в руках несколько лет назад.