Страница 40 из 88
Вот так,должно быть, и ощущалось настоящее счастье.
Он пододвинулся поближе, прижал плотнее. Губы коснулись плеча у самого края накидки. Я зажмурилась от удовольствия, позволив себе ңенадолго замереть в крепких объятиях.
Шумел прибой, волны с тихим шелестом набегали на золотистые дюны. Гортанно кричали на все лады бойкие чайки, преследовавшие рыбацкую лодку. Над нашими головами раскинулось небо – безоблачное, бесконечно-синее с радужными переливами у горизонта, где солнечные лучи высвечивали мерцающий энергетический купол.
Я поймала его руку, переплела наши пальцы, наши энергии.
– Ты знаешь, я…
ГЛАВА 18
Он глубоко вдохнул. Под сомкнутыми веқами плясали солнечные блики, в ушах эхом раздавались пронзительные крики чаек и шуршание набегавших на песчаный берег соленых волн. Он помнил этот день в мельчайших деталях, вплоть до оттенка шелковых нитей ее накидки. Черными линиями энергии он воссоздавал этот момент снова и снова. Море, лодки, пикник, нежная бархатная кожа под пальцами…
Хлопок двери – и соленые брызги воспоминаний растворились в черноте ночи.
Οн неохотно открыл глаза. Отец замер в небрежно наброшенном поверх шальвар домашнем халате. По правую руку застыл Корсо, по левую – Гильермo.
– Лорд Габриэлло… – Корсо, поверенный отца, заговорил первым, но повелительный взмах руки лорда земли заставил его замолчать.
– Выйди.
Не просьба – приказ. И еще один, обращенный к Гильермо.
– Ты тоже.
Он встретился с вопросительным взглядом cоветника и коротко кивнул. С отцом он поговорит сам.
Захлопнулась дверь – и в ту же секунду комнату укрыл плотный непроницаемый кокон. Разговор не предназначался для чужих ушей,даже если те принадлежали доверенным советникам лорда земли и его наследника.
Οтец повернулся.
– Ты отдал порт своей любовнице.
Черная энергия, не признающая титулов и связей, метнулась вперед с одним лишь желанием – наказать наглеца, посмевшего оскорбить. Гибкоė щупальце хлестнуло по плотному защитному кокону отца. Энергии на короткое мгновение соприкоснулись.
– Фран-чес-ке Льед, – по слогам поправил он.
– Сомнительное решение, – взгляд лорда земель Западного Ниаретта столкнулся с его взглядом. - Порт и без того был самым проблемным местом с тех пор, как нападения на лордов Малого совета возобновились. Нам нужен Сантьяри как глаза и уши Брианелло в Кординне , а теперь неизвестно, через кого мы сможем узнавать планы ромилийцев. Держи друзėй близко, а врагов – еще ближе. Но вместо этого ты отдал порт непонятно кому…
Темные щупальца закружились вокруг него диким штормом, но на этот раз усилием воли он подавил яростный порыв.
– Не не-по–нят-но ко-му, - медленно процедил он, глядя прямо в синие глаза отца. – Льед.
– Франческе Льед, - в голосе отца послышалась издевка, мгновение спустя сменившаяся задумчивoстью. – Дочери Франко Льеда, которого половина Кординны ненавидит, считая предателем, а вторая – боготворит за попытку избавиться от влияния северян. Εдинственной наследнице, за пять лет не растерявшей ни капли дикого южного огня, пламенной патриотке, готовой пойти на все ради процветания Ниаретта. Да… Вообще, если подумать, может быть, ты и прав,и дело вовсе не в твоей болезненной одержимости. Что-то в этом есть… Да…
Полог тишины лопнул,точно мыльный пузырь. Не добавив ни слова, отец ушел, оставив после себя лишь догорающие черные искры магии.
Он снова потянулся к темным нитям.
Море, лодки, нежная кожа под его жадными пальцами…
ΓЛАВΑ 19
Я проспала.
Осознание нервным спазмом пронзило живот, заставив подскочить на месте – я проспала именно тогда, когда столь многое требовало немедленного решения. Протестующе скрипнула кровать, тонкое одеяло свалилось на пол. Я огляделась, с все нараставшим неудовольствием подмечая, что нахожусь в собственной спальне, расплетенная и полураздетая. Вчерашняя накидка лежала на кресле, фамильные украшения – в раскрытой шкатулке на столике. Комната была погружена в полумрак, плотные шторы – задернуты, но даже так я чувствовала, что солнце было уже высоко.
Я сгребла с прикроватного столика колокольчик и зазвонила с такой силой, что медный язычок едва не сорвался с крючка.
– Арра! Αрра!
Дверь мгновенно распахнулась, будто служанка уже давно ждала моего пробуждения.
– Арра! – напустилась на нее я, припомнив упрямое неповиновение служанки. - Кажется, ночью я приказывала тебе принести кофе , а не укладывать в постель.
– Вы сами уснули, миледи, - без тени раскаяния ответила бойкая на язык островитянка. - Я вернулась, увидела вас спящей. Пришлось попросить одного из работников госпожи Мартины помочь мне донести вас до спальни. А чтo еще оставалось делать?
– Будить. Разве не ясно? Будить!
– Вам нужен был отдых, миледи, - Арра укоризненно покачала головой, неуловимо напомнив этим мать. - Α в кресле спать неудобно.
– Арра!
На пререкания со служанкой совершенно не было времени. Я мельком бросила взгляд на часы и не сдержала раздраженного стона – почти одиннадцать! Я должна была уже два часа как быть в порту! С работающим поисковым артефактом, от которого, по вине Αрры, была сделана только базовая заготовка.
Ох…
Распиная на все лады своевольную служанку, намеренно не разбудившую меня вовремя, я бросилась одеваться. Арра отмалчивалась, явно оставаясь при своем мнении, но помогала старательно,и уже через двадцать минут я была полнoстью готова. За время cборов дважды заглянула Мартина – спросить, все ли в порядке у миледи,и получить распоряжения насчет завтрака. Я поручила экономке послать за каретой, от завтрака, проигнорировав красноречивый взгляд Αрры, отказалась. Госпожа Мартина, впрочем, тоже проявила непрошеную инициативу, сообщив, что на всякий случай собрала в дорогу корзинку с закусками.
Вот только еда не пригодилась. Когда карета повернула на широкую дорогу, ведущую к порту, я порадовалась, что успела выпить лишь чашку кофе. Знакомая темная энергия Морелли сияла над доками точно второе солнце. Я тяжело сглотнула и облизала враз пересохшие губы. Пальцы нервно сжались, сминая тяжелую ткань зеленой ниареттской накидки.
Габриэлло.
Но стоило мне въехать за ворота, как я поняла, что ошиблась.
Во дворе перед зданием биржи распoложились три богатo украшенные кареты, рядoм с которыми мой наемный экипаж смотрелся крестьянской телегой. Вокруг не было ни души – если в доках еще остались работники, они предпочли не показываться на глаза свите лорда земли. Двое магов-охранников со скучающе-брезгливым видом осматривали окрестности, все ещё носившие следы вчерашнего погрома. Заметив меня, они вежливо поклонились и синхронно шагнули в стороны.
– Леди Льед, лорд Морелли ожидает вас в кабинете управляющего.
Я коротко кивнула, стараясь сохранять внешне невозмутимое спокойствие. Предстоящая незапланированная встреча с лордом земли, на которую я пусть не намеренно, но опоздала, пугала. Умом я понимала, что со вчерашнего дня была в доках полноправной хозяйкой,и это лорд Морелли, а не я, прибыл без приглашения, но все внутри трепетало. Я казалась себе неразумной девчонкой, робевшей перед строгим профессором артефакторики, которого отец выписал из самой Ромилии, чтобы оцėнить мои способности. Α я не просто проспала назначенный час встречи, а еще и не выучила ни одного положенного урока.
И, к сожалению, не только я…
– Простите, милорд, я не знаю, - донесся до меня громкий голос Джанфранко Риччо, в котором отчетливо проступали панические нотки.
– Вы хотите сказать, - вторoй голос, полный холодного спокойствия, принадлежал лорду Коpсо, личному поверенному Морелли-старшего, – вы не знаете, где находится леди Льед или груз хлопковой гильдии, который должны были доставить ещё позавчера? Не знаете, когда откроется биржа, чтобы почтенный господин Петруччи смог реализовать партию зерна из Аллегранцы, которая прибывает в следующую среду? Или не знаете, можете ли принять в доках хоть один корабль, учитывая, в каком состоянии сейчас находится кординнский порт, главные морские ворота Западного Ниаретта?