Страница 88 из 136
— Это лишь часть их совместных замыслов, — сказала она. — Энпе по-прежнему планируют в Анрии вооруженное восстание, под шумок которого Штерк собирается вырезать всех остальных боссов Большой Шестерки. Сигналом к восстанию должен послужить обстрел фрегата «Шамбайяд», который встанет на рейде у форта Зеевахт. Комендант уже получил хорошую прибавку к скорой пенсии за то, что полуночный залп
— А убийство?
— А убийство или хотя бы покушение станет отличным поводом для международного скандала, который будет греметь несколько лет и очень надолго разорвет все дипломатические отношения Кабира и Империи. Ну или…
— Ну или они просто хотят войны, — закончил за Даниэль Гаспар, чуть поджав губы.
Он не заметил, как откинулся назад и оказался на ее груди. Чародейка умела делать это вне зависимости от темы разговора. Гаспар просто подчинялся умиротворяющим и расслабляющим движениям прохладных пальцев, ритмично массирующих за ушами, затылок, виски, шею. От этих движений по телу пробегали приятные мурашки, а боль несколько отступала.
— Я не знаю, чего они хотят, — вздохнула Даниэль. — Я знаю, что Анрия — крупнейший и важнейший порт, на котором держится две трети имперской внешней торговли на Гарнунском море. Через Анрию в Империю текут товары не только из Кабира, Эдавии, Альбары, но и зерно из Кроата. Поэтому в Анрии находятся крупнейшие на Южном Берегу зернохранилища. В анрийском речном порту, на левом берегу Мезанга, по которому зерно транспортируют до озера Рунд, а оттуда — в порты Риназа и по всей Империи. Если в городе начнутся беспорядки, произойти может что угодно. Например…
— Например, пожар в зернохранилищах, — закончил за нее Гаспар. — Тогда помещики Зейдена и Флахланда просто озолотятся.
— Или озолотится кто-нибудь другой, — загадочно проговорила чародейка. — Например, некая прозорливая компания, которая предвидела возможный дефицит зерна, заранее скупила все имеющиеся запасы и заключила контракты на закупку нового урожая по фиксированным ценам.
— Боже, спасибо тебе за спрос и предложение! — сонно пробормотал менталист. — И благослови спекулянтов и финансовых аферистов. Что бы человечество без них делало…
Даниэль уже обрадовалась, что ей почти удалось усыпить непутевого мальчишку, у которого выработалась настоящая зависимость от мазохизма. Оставалось только убаюкать и по-матерински чмокнуть в макушку. Но обрадовалась преждевременно.
Гаспар заелозил по ней, поднялся, снова чувствуя, как начинает пульсировать острая боль в глубине черепа.
— А если Сулейман еще и объявит нам войну, — проговорил он через силу, — имперской торговле на Гарнунском море почти полностью придет конец. Его флот перетопит все наши торговые лоханки. Особенно те, которые идут с Кроата.
— Если будет, откуда идти, — пожала плечами Даниэль. — Что помешает Кабиру начать войну с Кроатом и вообще отрезать Империю от внешних поставок зерна?
— Кайзеру придется ввязаться в нее и вновь отправить своих солдат умирать где-то далеко и не очень понятно, за что.
— Для полного комплекта нужна только чума.
— Мне кажется, войны и голода вполне себе хватит. Голодным и уставшим людям много не надо.
Гаспар взъерошил волосы.
— Я тебе уже говорил, что ты гораздо умнее, чем хочешь казаться, Аврора? — натужно улыбнулся он.
Чародейка наклонилась к нему и шлепнула указательным пальцем по губам в наказание за в очередной раз упомянутое имя, о котором не хотелось вспоминать.
— От думанья морщины появляются, — многомудро проговорила она, — а ты видел у меня хоть одну морщину хоть где-нибудь? Вот то-то же. Ничего я не придумывала, а просто очень внимательно выслушала хэрра Вортрайха, которому захотелось исповедоваться мне. Кое-что додумал Райнхард. Может, он и наивный психопат, но в его голове есть что-то такое, что позволяет ему просчитать массу разных вариантов с поразительной точностью. Жаль, что он пользуется такой головой только тогда, когда нужно проломить стенку.
Гаспар болезненно скривился.
— Когда у нас пройдет встреча с кабирским посольством? — прошипел он.
— Через неделю, — подсказала Даниэль.
— Мы должны попасть в Люмский дворец.
Чародейка глубоко вздохнула, крепко обняла и устроила голову на его плече.
— Гаспар, неужели ты забыл, что мы еще месяц назад должны были выехать из Анрии в столицу? Неужели ты забыл, что папочка обещался с тобой сделать, если ты еще раз займешься самодеятельностью?
— Нет, не забыл. Он может меня хоть на куски резать. Сразу после того, как мы сорвем планы Энпе. Или хотя бы попытаемся.
— А о нас ты даже не подумал?
— Мы столько сил и времени потратили, чтобы взять Энпе за жопу, а ты предлагаешь в двух шагах остановиться и трусливо постоять в стороне? — возмутился Гаспар.
— Не обвиняй меня в том, чего я не говорила, дорогуша, — не подняла головы Даниэль. — Я знала, что ты сразу вскочишь и побежишь спасать мир. Поэтому мы уже обдумывали, что делать дальше.
— Мы? — растерялся менталист.
— Ну, я, Эндерн и Райнхард.
— И что? — фыркнул он. — Вы придумали, как попасть в Люмский дворец?
Даниэль отстранилась, поправила ему растрепанные волосы.
— Да это как раз, — сказала она, высовывая кончик языка от усилий привести Гаспара в мало-мальски эстетичный вид, — самое простое.
VII
— Райнхард.
Он повернул к ней голову.
— Послушай, все, что Геллер сказал, — правда?
— Не знаю.
— Ты же видишь, когда люди врут.
— Он искренне верил в то, о чем говорил.
— Хотя какая уже разница — мы все равно теперь бездомные. Честно признаюсь, я даже рада. Геллер и Механик, конечно, милы, но их гостеприимство стало уже приедаться. Я готова потерпеть парочку дней в приличной гостинице, где можно помыться по-человечески, а не… не важно, в общем. И тобой у меня будет время заняться.
— Что это значит?
— Удивительный мой, ты себя хоть раз в зеркале видел?
— Нет.
— Я даже не сомневалась. Меня окружают три неотесанных мужлана, которые совершенно за собой не следят и одеваются черте как!
— Внешность не имеет значения.