Страница 46 из 51
— Моя сумочка! — объясняю я, пытаясь сообщить ему, что мне нужно вернуться и забрать ее у Блайта.
— Люси принесет домой.
Боже мой. Кто-то нетерпелив.
Выйдя из клуба, мы направляемся на север вверх по кварталу.
— Я припарковался на Седьмой Стрит, — объясняет Эйден.
— Как будто ты пытаешься установить мировой рекорд или что-то в этом роде. Ты можешь притормозить?
Эйден останавливается и поворачивается, прижимая меня спиной к кирпичной стене. Он берет мою руку и прижимает ее к переду джинсов. Я чувствую его твердость там, отчего перехватывает дыхание.
— Мы доберемся до машины или я возьму тебя прямо здесь. Выбирай, Мэдди.
Ну... хорошо. У меня нет слов. Согласна.
Эйден качает головой и снова трогается в путь. На этот раз я не жалуюсь на темп, когда он тащит меня за собой.
Эйден открывает двери машины, и я врываюсь внутрь, прежде чем он успевает меня запихнуть. Не думаю, что он действительно взял бы меня у кирпичной стенки, но Эйден в одном из тех настроений, когда я действительно не хочу проверять и выяснять.
Эйден обходит машину спереди, и я наблюдаю за ним, как загнанная в угол добыча, когда он открывает дверцу и садится на место. Машина с урчанием оживает, пока я сижу совершенно неподвижно, руки на коленях, дыхание застряло у меня в горле.
Конечно, мы не будем продолжать прямо здесь. Его окна даже не настолько тонированы. Проходящие мимо люди прекрасно нас видят.
Эйден не сразу отъезжает. Я думаю, он обдумывает, что делать.
Я смотрю на него из-под ресниц и наблюдаю, как он резко вдыхает, прежде чем завести машину и выехать на дорогу. Его руки сжимают руль сильнее, чем обычно. Я знаю, что он страдает. Тот момент в уборной... и теперь ему приходится сдерживать желание гораздо дольше. Я наклоняюсь и касаюсь рукой его колена. Его бедро напрягается, и он оглядывается с предупреждением в глазах.
Квартира находится недалеко отсюда. Эйден может подождать, но... не должен этого делать.
— Притормози, если думаешь, что не сможешь вести, — говорю я, позволяя руке медленно скользить вверх по его обтянутой джинсами ноге.
Я наблюдаю, как дыхание Эйдена прерывается, когда моя рука движется выше, достигая его молнии. Я обнимаю член через толстую ткань, а его бедра двигаются навстречу моему прикосновению. Мне приходится наклониться и обеими руками расстегнуть джинсы и сдвинуть молнию вниз. На нем серые боксерские трусы. Я провожу рукой по ним спереди, отчего Эйден резко вдыхает. Его нога сильно нажимает на тормоз, когда мы подъезжаем к светофору, и я использую момент, скользя рукой по напряженным мышцам его живота, а затем ниже под нижнее белье по шелковистой твердой длине. Его тело дергается, а когда загорается зеленый, я стараюсь не двигаться, чтобы не отвлекать его.
Но Эйден накрывает мою руку своей, и он начинает двигать вверх-вниз… Я крепче сжимаю его и двигаюсь, отчего начинают толкаться его бедра.
Мы поворачиваем за очередной угол, и он отпускает меня, чтобы схватиться за руль. Я наблюдаю за его лицом, пока мастурбирую ему. Линия его челюсти и скул острая. Когда Эйден наклоняет голову, пытаясь восстановить хоть какое-то подобие контроля, его шея напрягается. Дом прямо впереди, еще один поворот, и мы в гараже под зданием.
Эйден заезжает на место на гостевой парковке и жмет на тормоза.
Здесь слишком светло, и все еще слишком людно. Группа женщин выходит из здания, смеясь, а я машу рукой, мои щеки становятся ярко-красными, когда они загружаются в машину прямо рядом с нашей. К тому времени, как я оглядываюсь на Эйдена, он снова застегивает молнию на штанах, но теперь перед нами новая задача: добраться до квартиры как можно быстрее. Эйден поднимает меня на грузовом лифте, вход в который находится прямо в гараже.
Эйден помнит все короткие пути: лестничную клетку, которую нужно избегать, тот факт, что наша входная дверь заклинивает, если вы не повернете ключ правильно. Мы внутри, и непривычно видеть, как он освещает пространство, которое раньше делили вместе. Мы с ним снова здесь, но обстоятельства резко изменились.
Эйден смеется, когда ловит себя на том, что ведет меня в свою старую комнату.
— Люси бы это понравилось, — поддразниваю я, подталкивая его в направлении моей спальни. — Она бы умерла от шока.
Его губы изгибаются в дразнящей улыбке, и через несколько мгновений мы стоим на пороге моей комнаты, позволяя себе прикасаться так, как мы хотели последний час.
Одежда разлетается. Эйден портит мое платье, когда срывает его, растягивая вырез. Затем целует меня, прежде чем я заканчиваю раздеваться, поворачивая меня так, что я прижимаюсь к двери спальни, после чего он прижимается сзади, накрывая мое тело своим.
Я поворачиваюсь к нему лицом, и он целует меня, стягивая трусики с бедер и толкая их, пока они не падают на пол.
Затем Эйден обнимает мое тело, удерживая меня на месте, пока он прижимается своими одетыми в джинсы бедрами к моим. Я шиплю от боли. Джинсовая ткань грубовата на чувствительной коже, а Эйден не проявляет нежности. Нисколько.
У нас есть отличная кровать, которая находится в нескольких шагах от того места, где я стою, но Эйден не может туда добраться. Он спускает джинсы, прижимается ко мне и толкается в меня. Потрясенный вздох вырывается прежде, чем успеваю сдержаться. Я приподнимаюсь на цыпочки, пытаясь встретить его толчки, но Эйден неумолим.
Наши пальцы переплетаются на двери, когда Эйден вытаскивает и толкается обратно. На долю секунды мы идеально синхронизированы; тела соединены настолько, насколько это возможно физически. Затем Эйден снова выходит, но только настолько, чтобы получить желаемый рычаг воздействия. Его темп ускоряется, пока мое тело прижимается к холодному дереву двери.
Я вскрикиваю, когда Эйден погружается в меня и проникает слишком глубоко, пока одновременно целует меня в щеку и шею. Это его молчаливое извинение, способ загладить свою вину передо мной за то, что был слишком груб.
Не хочу, чтобы он расслаблялся. Это кажется необходимым, это жесткое, быстрое, безудержное проявление страсти. Это то, что он заставляет меня чувствовать ежедневно: быть по уши влюбленной.
Я протягиваю руку назад и обхватываю его шею, выгибая спину. Его рука скользит по передней части моего тела и обхватывает грудь через лифчик, дразня меня, в то время как Эйден остается прижатым ко мне, двигая бедрами. Мои пальцы касаются основания его волос, а его рука касается меня внизу, погружая меня в дрожь.
Другой рукой Эйден придерживает мою шею, как бы держа баланс из-за толчков. Он немного напрягает руку. Это не так удушающе, как кажется. Это гарантия того, что я точно в его объятиях и никуда не денусь.
Эйден выдыхает мое имя, когда начинает двигаться быстрее и глубже. Его толчки становятся сильнее, когда он удерживает меня на месте. Его большой палец находит мое чувствительное местечко, а его бедра описывают тугие круги. Напряжение внутри меня взрывается быстрее, острее и интенсивнее.
Моя реакция лишает Эйдена последних остатков контроля, и я чувствую, как его мышцы сжимаются, когда по нему проходит пульсирующая дрожь. Он опускает голову на изгиб моей шеи и выдыхает мое имя, когда его покачивающиеся бедра начинают замедляться.
Я убираю руку с шеи Эйдена, и он медленно поворачивает меня, нежно целуя в губы.
Я смеюсь, когда хорошенько его разглядываю. Его волосы взъерошены моими руками. Губы красные и распухшие, а взгляд все еще из-под тяжелых век, как будто совершенно измотан.
Его джинсы все еще наполовину натянуты, а рубашка сбилась набок.
— Мы просто животные, — поддразниваю я, качая головой.
— Ты делаешь это со мной, — говорит Эйден, задирая и снимая рубашку. — А чего ты ожидала?
— Может быть, в следующий раз проявишь немного приличия, — бросаю я в ответ, подмигивая. — Правильное соблазнение. Типа свечи и, возможно, какой-нибудь R&B девяностых.
— Я постараюсь запомнить, — насмехается он.
Да, точно. Скорее всего, мы больше не пройдем через эту дверь. Может быть, мы окажемся на полу, но точно не на кровати. Ни один из нас недостаточно терпелив для этого.