Страница 38 из 669
В кабинете, тем временем, быстро потеплело, и холодные стекла песне Берии мгновенно запотели. Он стащил их с переносицы и, вытянув платок из нагрудного кармана, принялся их аккуратно протирать, время от времени бросая взгляд сквозь стекла на электрическую лампу.
— В чем фокус, Иосиф Виссарионович? — Вновь вернулся Берия к предыдущей теме разговора. — Если это не предсказания, то что? Неужели кто-то из наших Силовиков научился заглядывать в будущее?
— Можешь не гадать, — мотнул головой вождь советской рабочей черни и подлого люда, — бесполезное занятие. Это не наше будущее, вернее, будущее не нашей с тобой реальности, — огорошил наркома Иосиф Виссарионович.
— Не понял, товарищ Сталин, — подобрался Берия, считая, что в очередной раз стал объектом жестокого розыгрыша вождя.
До войны товарищ Сталин не раз «подшучивал» над верными соратниками, и не всегда его шутки бывали безобидными. Однако, после нападения Германии на СССР, такие злобные розыгрыши сами собой сошли «на нет» — не то время. Неужели он опять взялся за старое?
— Помнишь Петрова? — неожиданно спросил Иосиф Виссарионович. — Петра Петровича?
— Сеньку-то, из бывших? — мгновенно уточнил Берия, что-что, а склерозом он пока не страдал. Да и не потерпел бы Хозяин рядом с собой этакого «забывашку». — Бывший оснаб Деникинского штаба…
— Его самого.
— Помню, как же — сам этого дворянчика из лагеря по вашему личному распоряжению выдергивал. Вернуть обратно, товарищ Сталин?
— Не надо — он реальную пользу отечеству приносит… в отличие от некоторых… деятелей, — ворчливо заметил Иосиф Виссарионович. — Не о тебе, Лаврентий сказано! — заметив, как встрепенулся Берия, уточнил вождь. — А то, что дворянчик-аристократишка, так невелика беда — некоторые из наших товарищей тоже «белой кости»: управделами Совнаркома Владимир Дмитриевич Бонч-Бруевич — потомок старинного рода, почивший нарком просвещения Анатолий Васильевич Луначарский — хоть и незаконнорожденный, но все ж «голубая кровь», из польской шляхты — начальник ВЧК «железный Феликс» Дзержинский и его преемник Вячеслав Менжинский. Соратница товарища Ленина — Александра Коллонтай. Да и сам Владимир Ильич, хоть и не древнего — но все же — потомственный дворянин! Акцентироваться на этом не стоит, но и забывать — не след! А что касаемо Петрова — действительно ценным кадром оказался! А кадры, как ты, Лаврентий, и сам знаешь, решают все!
— Да, товарищ Сталин.
— К тому же этот Петров — настоящий патриот своего отечества! А в данный момент — это очень ценное свойство!
— Это информация, — Берия прикоснулся пальцами к раскрытой папке, — каким-то образом связана с Петровым?
— Косвенно, но связана…
Берия заинтересованно поерзал — Хозяин не поставил его в известность, какими задачами нагрузил внезапно освобожденного из мест заключения Сеньку-контрика. О его способностях Мозголома Лаврентий Павлович был изрядно наслышан. Но Сталин выдернул его с кичи явно не за этим. А вот зачем? Это до сих пор оставалось загадкой.
— Товарищу Петрову было поручено одно важное и секретное задание, — тягуче и неспешно продолжил вождь, — подготовить экспериментальную группу бойцов, абсолютно невосприимчивых к посмертному Некровоздействию!
— Ох, ты! — не сдержавшись, воскликнул Берия. — Неужели ему это удалось, товарищ Сталин?
Использование погибших бойцов Красной Армии Некромантами врага являлось одной из самых больших проблем этой войны. И дело не было не только в полном отсутствии у Советов специалистов подобного класса, дело было в полном неприятии, как Сталиным, так и высшими руководителями страны самого принципа посмертного использования павших, как противного самой человеческой природе. К слову, и православная и католическая церкви предавали Некромантов полной и безоговорочной анафеме. Ведь для создания Некротических конструктов требовалась отнюдь не Сила, требовалась настоящая Жизненная Энергия — Прана. Именно для её получения и дымили трубы многочисленных крематориев и круглосуточно «работали» газовые камеры концлагерей. Лишь массово уничтожая себе подобных, можно было собрать достаточное количество Праны для «оживления» Некротических монстров.
— Удалось, Лаврентий Павлович! — довольно произнес Сталин. — Если нам удастся внедрить эту, поистине революционную, разработку на уровне войсковых объединений — мы лишим противника существенной силовой поддержки! С этого момента они смогут использовать только своих мертвяков!
— Это просто отличная новость, товарищ Сталин!
— Это секретная новость, товарищ Берия! — Строго посмотрел на соратника Иосиф Виссарионович.
— Так точно, товарищ Сталин! — Берия прекрасно понимал ценность подобного открытия для дальнейшего хода войны. — Только я не понимаю одного: причем здесь оснаб Петров и сведения из будущего… э-э-э… иного мира?
— Один из бойцов экспериментальной группы Петрова — лейтенант Илья Резников был захвачен диверсионной группой СС и подвергнут некоему Темному Ритуалу.
— Как? — Глаза Берии вылезли на лоб. — Кто допустил? Ведь вся секретность…
— Виновные уже предстали перед справедливым судом, — не дрогнув не единым мускулом на лице, перебил наркома Иосиф Виссарионович. — Но сейчас не об этом: в результате Ритуала на месте молодого лейтенанта странным образом возник сильно постаревший Илья Резников — пришелец не только из будущего, но и из другого, альтернативного мира! Мира, очень близкого нам, это близость прослеживается по самым важным событиям и датам странным образом совпадающим в наших мирах! Первая Мировая, Революционное Восстание, Гражданская, Вторая Мировая… Наши миры — как братья-близнецы, отличаются совсем незначительно, но, тем не менее, отличаются.
— Какое же основное отличие, Иосиф Виссарионович? — поспешно спросил Берия, полностью превратившись в одно большое ухо, пока вождь переводил дух после длительного монолога.
— Какое, говоришь? — усмехнувшись, переспросил он. — Там нет Силы, Лаврентий!
— Не может быть! — ахнул нарком.
— Может, товарищ Берия! Может! Сила в том мире полностью отсутствует как класс!
— А может, её просто не научились использовать? — С ходу выдал предположение Лаврентий Павлович. — Не «пробудились» Силовики?
— Сомнительно, Лаврентий, очень сомнительно…
— Почему, Иосиф Виссарионович? — с потаенной обидой произнес Берия — он всегда переживал, когда вождь не ставил ни во что его мнение.
— Тот «пришелец» — старый Резников из будущего, мгновенно «пробудился»! — Тут же снял все невысказанные «претензии» Хозяин. — Непонятно каким способом, наши специалисты до сих пор пытаются вытащить у него из головы эту информацию, он умудрился уничтожить остатки диверсионной группы эсэсовцев из Аненербе, в составе которой был минимум один Жрец-Некромант! Его Силовой Резерв на уровне Высших руководителей страны — уже сжег два Силомера!
— Могучий Силовик… — задумчиво произнес Берия, размышляя над словами вождя. — Масса полезной информации… Слишком хорошо, чтобы быть правдой, товарищ Сталин! Не думаете, что это «засланный казачок»?
— Думал, — не стал лукавить Хозяин. — Размышлял… Кто, по-твоему, способен на такую необычную «игру»? Абвер?
— Я бы не скидывал их со счетов раньше времени, товарищ Сталин! — высказался Лаврентий Павлович.
— Это «пришелец» прошел такую проверку у лучших Мозголомов, которая даже некоторым нашим наркомам не по плечу…
Неожиданно раздавшийся утробный гул, прервал доверительную речь Сталина. А буквально через несколько мгновений пол кабинета содрогнулся. Дернулись стены, по потолку стремительно побежала длинная змеящаяся трещина, засыпая зеленое сукно стола раскрошенной штукатуркой. За окном завыли сирены, темное небо за окном разукрасилось Силовыми Щитами противовоздушной обороны. Силуэты Сталина и Берии заискрились личными индивидуальными Силовыми Панцирями.