Страница 12 из 53
Шарль повалился в свое кресло. На его крупном, но довольно приятном лице появилась испарина. Было видно, что доклад дался ему нелегко. Наверное, трудно работать под крылом такой бешенной стервы. А приходится. Тем более, если твой новый начальник предлагает новые подходы. А новые подходы это, скорее всего, привлечение новых людей. Вот и дрожит за свое место так, как никогда еще не дрожал. Ничего, это полезно. Адреналин нужен в кровь. Адреналин. Посмотрим, как этот, долговязый, справится.
Робин был действительно высоким и худощавым мужчиной, про таких говорят, Кащей ходячий. А еще за его очками с толстыми стеклами глаз почти не было видно — следовательно, даже зрение погубил на треклятой работе. Посмотрим на этого трудоголика в деле, как он тут докладывать будет.
— Второй страховой случай произошел через три недели после первого. Господину Кремеру принадлежит небольшой заводик в городе Ронсе. Ранее это была известная швейная фабрика, потом она разорилась, в одном из ее цехов была устроена ремонтно-механическая мастерская, потом там сделали цех по производству гидравлического оборудования на сельхозтехнику. В конце восьмидесятых завод хотели выкупить японцы, чтобы восстановить швейные цеха, но сделка сорвалась, модернизации производства не дождались, а цех гидравлики очень скоро стал приносить убытки. Работали там нелегалы. Когда работу нелегалов прикрыли, потому как жители городка были очень-очень против, дела в цеху пошли плохо. Разорившееся предприятие выкупил два года назад господин Креймер. Цех находится на окраине города, с одной стороны прилегает городской квартал, с двух других — пустырь, с четвертой стороны шоссе. Посмотрите на эту схему. На белом проекторе сразу же вырисовалась схема происшествия. Метеорит, по составу железный, ударил наискосок, с северо-востока на юго-запад, в результате удара и взрывной волны в большинстве домов были выбиты окна, образовалась глубокая воронка, пострадали так же люди. Три жилых дома, которые находились в непосредственной близости от точки метеоритного падения, дали трещины, сейчас находятся в аварийном состоянии, люди из них эвакуированы. Конечно, подстроить падение метеорита невозможно. Когда страховой случай возник, руководство приняло решение подвергнуть сомнению оба случая через суд, что противоречило выводам нашей группы, которая считала процесс заранее проигранным. Наша тактика в суде строилась на том, что совпадение таких двух маловероятных случаев вообще столь маловероятно, что невозможно, тем более, с одним и тем же фигурантом. К сожалению, суд не воспринял линию поведения наших адвокатов и полностью стал на сторону господина Креймера. Мы понесли еще и убытки на судебные издержки, и ведение безнадежного судебного процесса. Сейчас дело находится в апелляционной инстанции. Шансы на положительное решение минимальны. Все, что мы можем сделать, это применить тактику затягивания дела, но, по мнению нашей группы, это ни к чему не приведет.
— Есть какие-то новые факты? — поинтересовалась Николь.
— Нам удалось перенести на неделю слушание в апелляционном суде.
— Негусто.
— Увы, что имеем, то имеем.
Если быть откровенным, то этот докладчик произвел куда как более положительное впечатление, нежели его коллега. Он был более уверенным и намного лучше ориентировался в материале, говорил спокойно, взвешивая каждую фразу, чувствовалось, что цену себе знает.
— Что у вас, Джон?
— Мы проанализировали три страховки, которые остались потенциально возможными. К сожалению, мы вынуждены констатировать, что все они имеют вероятность быть. Нами пересчитаны коэффициенты вероятности с учетом того, что два события уже произошли. Цифры неутешительны. Компьютерная математическая модель показывает, что следующий страховой случай может произойти уже в этом месяце, наиболее вероятное осуществление остальных двух событий — еще четыре месяца.
— Понятно. В таком случае надо постараться еще больше затянуть судебный процесс. Дайте указание юристам создать целую систему проволочек, чтобы апелляция рассматривалась еще, минимум, полтора-два месяца. Если что-то произойдет, у нас может возникнуть более благоприятная обстановка для пересмотра судебного решения.
Джон производил впечатление математика-программиста: взлохмаченный тип, которому явно больше подходят джинсы, а не костюм, который он тут вынужден носить по ходу дела. Нос с горбинкой, грубоватые черты лица, но лицо открытое, простое. Такой себе ковбой: герой прерий в джунглях большого города.
— Ли?
— Три оставшихся страховки достаточно интересны. Первая это застрахована яхта господина Кремера от того, что она утонет в результате нападения большой белой акулы в проливе Ла-Манш. Вторая — застрахован дом господина Креймера от несчастного случая — взрыва вакуумной бомбы. Третья — сам господин Креймер застраховал себя от похищения бандой чеченских террористов.
— Что общее во всех случаях? — Николь спокойно вела совещание так, как будто всю жизнь только этим и занималась.
— Все случаи, как произошедшие, так и те, которые не произошли, объединяют несколько факторов: во-первых, сумма страховок значительно превышает реальную стоимость имущества, которое пострадало. Я не учитываю жизнь собачки и здоровье самого господина Креймера, хотя суммы там тоже значительно превышали стоимость обычных страховок здоровья и жизни. Второй общий фактор: прагматизм, то есть, все случаи вероятны. Другими словами, господин Креймер ни разу не застраховал себя от события, которое никак не может произойти, или, точнее, доказательство которых крайне затруднено или невозможно, типа, страховка от похищения инопланетянами. Третье. Это детализация страхового случая, причем такая детализация, которая играет на руку страховой компании, потому что снижает вероятность страхового случая. Например: то, что собачкой полакомится не просто крокодил, а именно нильский, или яхта должна подвергнуться не просто нападению акулы, а затонуть от него, и не просто от акулы, а от большой белой акулы, и не просто затонуть, а затонуть в проливе Ла-Манш, где о больших белых акулах никогда не слышали из-за того, что вода с нем слишком холодная для этого вида акул.
— Простите, мистер Ли, а, может быть, это играет на руку самого господина Креймера, потому что снижает ставку страхового платежа? — впервые подал реплику сам Сергеев.
— Несомненно. Но и страховщику кажется, что такая детализация дает преимущества, в том случае, если страховое событие произошло: оспорь вид крокодила и получишь результат. Или докажите, что это была акула! А еще надо яхту поднять. А почему большая белая акула? Показание выживших? А почему они тогда выжили? Четвертое: все страховки были заключены одним пакетом, что опять-таки сыграло на руку господина Креймера и не вызвало подозрений у наших сотрудников. Это все.
— Можно уточнить?
Когда Сергеев сказал эту фразу, господин Ли Ин, невысокий, с черными пуговками глазами китаец, внутренне напрягся. Николь кивнула головой. Тогда Сергеев продолжил:
— Меня интересует такой факт: завод господина Креймера был застрахован только от падения метеорита, или же существовали другие виды страхования?
Робин Ван Эйк отреагировал моментально.
— Завод был до этого застрахован от пожара, наводнения, землетрясения. Это было продлением страхового договора на следующий год и пошло своеобразным бонусом, отдельным предложением.
Потом подал голос Ли Ин.
— Яхта господина Креймера тоже имеет все виды стандартного страхования, в том числе и от угона. Здоровье господина Креймера тоже имеет страховку. Причем стандартную. На вопрос же, почему он хочет застраховать себя от нападения именно чеченских террористов, тем более, что в Европе действуют любые террористы, кроме чеченских, господин Креймер ответил, что это его самый большой страх в жизни. Он видел документальный фильм, где чеченские командиры резали русским солдатам головы, и с тех пор боится только их.
— Благодарю вас.
Николь внимательно посмотрела на Сергея, потом коротко бросила: