Страница 11 из 53
И что же ты за человек, Марк Креймер?
Человек-загадка?
Неизвестный Копперфильд?
Да что-то не клеится, не укладывается в привычную схему мошенничества.
И тут в голове вырисовалась небольшая идейка. Кстати, у меня еще есть время. Надо попробовать. Сергей набрал номер телефона, стал ждать. Там, на Украине, должно быть уже девять утра. Ну же, Саныч, не поверю, что ты спишь. Подними трубку.
— Слушаю!
Голос в трубке принадлежал Николаю Александровичу Панину, полковнику милиции, старому другу Сергеева. Когда-то Панин стал неугодным одной большой правительственной шишке. И только помощь Сергеева, тогда еще работающего в СБУ, позволила Панину не только выйти сухим из воды, но и способствовала отставке высокого чиновника. Дело в том, что не по чину замахнулся, не учел, что президент не одобряет, когда такие дела замучивают без его ведома. Правда, кормушки зарвавшегося чиновника не лишили, все-таки свой. Ему дали кусок в лесном бизнесе, чего тот давным-давно добивался, и политическую партию, чтобы было куда деньги от бизнеса тратить.
— Саныч, это Сергеев, узнаешь?
— А, конечно, Сергеевич, узнаю. Смотрю, номер незнакомый не твой высветился, потому не сразу взял. Рад тебя слышать.
— Ты говорить можешь?
— Да.
— Тогда я сразу к делу. Пробей по своей службе, не остались ли у нас родственники такого Марка Креймера, уроженца Умани.
И Сергей продиктовал данные объекта исследования.
— Заметано. Как только что-то пробью, перезвоню.
— И вот что, может есть данные, кто из его родственников куда переехал, в общем, посмотри, что можно сейчас нарыть.
— Понял, сейчас займусь.
Что было в Саныче положительного, что он никогда не Сергееву в таких просьбах отказывал и всегда действовал очень быстро. Не всегда результат был положительным, но всегда работа был сделана, а в следствии даже отрицательный результат является важным результатом.
И Сергеев снова ушел в исследование документов, лежащих на его столе. Когда Марта принесла ему кофе, было без четверти одиннадцать, а ясности не было никакой.
Глава десятая
Совещание
Говорят, что человек дела не терпит совещаний. Это верно, но только у нас. Нас слишком пересовещали в советское время. Теперь не хочется видеть эти чертовы совещания вообще. На диком же Западе совещания так и остались нормой деловой культуры. Более того, ни одного важного решения без совещания принимать не принято. Что же, пора каждому идти на его Голгофу. Сергеев подтянул узел галстука и вошел в кабинет Николь.
В кабинете Николь собрались почти все ответственные работники аналитического отдела. Кроме уже немного знакомых нам Марка Садальского, Тони Равенно, Ильи Бернштейна, Джона Смита и Ли Инна в комнате находился еще Макс Ван Стенде, от группы поддержки и старые сотрудники этого отдела Робин Ван Эйк и Шарль де Труа.
Николь сидела во главе этого разносортного сборища, подождала, когда все займут свои места (Сергей выбрал единственное свободное кресло, по-видимому, для него и предназначенное), и ровно в одиннадцать начала совещание. Сначала она дала слово координатору группы поддержки — Марку Ван Стенде. Грузный человек примерно шестидесяти лет, чье лицо было буквально испещрено прыщами, не говорил, а скорее, лаял, бросая короткие, грузные фразы, каждую из которых непосвященное хо воспринимало бы как ругательство. Но это был просто обычный для этого клерка тип дикции. Марк сообщил, что пока вычленено четыре подозрительных случая, и только один из них, в Соединенных Штатах Америки совпадает по времени с пребыванием в этой стране господина Креймера. Николь коротко кивнула головой, докладчик положил папку на стол и тут же удалился.
«Всяк комарик знай свой шарик», — преобразовал народную мудрость Сергеев.
— Сегодня наше совещание немного необычно. Представляю вам господина Сергеева, из Украины, он будет тесно работать с нашим отделом по делу Креймера.
Николь совершенно не волновалась. Она вела это совещание с таким же хладнокровием, с каким меняла тампаксы в женской комнате — ничего сверхъестественного, обычная рутинная работа. Сергей оценил самообладание этой особы высшим балом. Поскольку все уставились на него, Сергей чуть приподнялся с кресла и кивнул головой. После этого ведущая продолжила:
— Теперь я попрошу докладывать со всеми подробностями, чтобы новому человеку в нашей команде было проще разобраться в сути вещей. Начните вы, Шарль.
«Ловко она меня засунула в свою команду, да уж, оборотистая особа!» — теперь Сергеев и не собирался скрывать своего восхищения. Прям таки «Юлька — ледокол оранжевой революции».
— Мы провели повторный анализ первого страхового случая. Конечно, расследование было проведено мало сказать спустя рукава. Его практически не было. Скорее всего, причиной тому — явная антивероятность такого события.
— Это уже всем известно. — Николь резко оборвала говорящего. Тот смутился (видно, между старыми и новыми сотрудниками существуют неодолимые противоречия).
— Господин Креймер заключил в Брюссельском отделении нашей компании пять договоров страхования от стихийных бедствий и маловероятных событий. Он произвел впечатление эксцентричной, но вполне здравомыслящей особы. Свои пожелания застраховаться мотивировал собственной прихотью. Первая из рассматриваемых страховок заключалась в страховании собачки господина Марка Кремера, пикинеса Чарли Роу Третьего от того, что эту собачку в городе Ронсе, где живет господин Марк Кремер сожрет (простите, я от волнения несколько утрирую) нильский крокодил. Был составлен стандартный для такого случая страховой договор. Сумма страховки прилагается, квитанции и порядок страховых выплат так же. При расчете ставки страхового взноса был использован стандартный метод, постоянно применяющийся в подобных случаях. Формулы представлены в справочной таблице, если кого-то это заинтересует.
Было видно, что, не смотря на то, что выкладывает общеизвестные данные, Шарль продолжает волноваться. А, может быть, причина как раз именно в том, что факты общеизвестны и ничего кроме этих фактов нет?
— Через один месяц и двадцать шесть дней после заключения договора N 123-17-04012008а господин Креймер заявил о происшествии несчастного случая с его собачкой, который он квалифицировал как страховой случай. Двадцать шестого марта этого года у господина Рейкерта, который привез в Ронсе передвижной зоопарк тропических животных, при разворачивании экспозиции исчез нильский крокодил по имени «Гена». Крокодил был в длину метр и двадцать сантиметров, молодой, не слишком опасный. Тем не менее, он каким-то образом очутился в городском парке города Ронсе, где господин Креймер выгуливает ежедневно свою собачку. Наш клиент имел привычку играть в парке в шахматы, в то время как пекинес свободно гулял по арку, так сказать, в своих естественных потребностях. Пекинес мужественно облаял непрошенного зеленого зверя, за что поплатился собственной жизнью. Крокодил перекусил хребет бедной собачки. Так было зафиксировано в протоколе полиции N 916. Протокол происшествия прилагается. На место происшествия выехали наши специалисты. Протокол осмотра места происшествия прилагается. Объяснительная записка господина Франка Рейкерта — так же прилагается. Кроме того, были допрошены свидетели, указанные в полицейском протоколе. Были найдены еще два свидетеля этого происшествия. Протоколы их опросов так же прилагаются. Следователь Дюваль был насторожен тем, что данный страховой случай все-таки произошел. Но никаких доказательств того, что данный страховой случай был подстроен, ему найти не удалось. На этом следствие было свернуто, а адвокаты нашей компании рекомендовали сделать страховую выплату, только разнести ее определенными траншами. На что адвокат господина Кремера дал принципиальное согласие. К сожалению, никакой новой зацепки в этом деле пока найти не удалось.
— Благодарю вас, Шарль. Теперь, если вы не возражаете, я дам слово месье Робину.