Страница 34 из 49
Сотрудники следственного комитета с помощью переводчика начали опрашивать аборигенов на предмет выяснения всяческих обид и притеснений со стороны инопланетных пришельцев, которые бессовестно выдавали себя за богов. Обид и притеснений было великое множество. Оказывается, кроме незаконного изъятия яиц, бедные синекуры также подвергались всяческим унижениям и оскорблениям, вплоть до избиений, и даже были зафиксированы безжалостные ощипывания и — о ужас! — несколько изнасилований. У так называемых «богов» в порядке вещей было мародёрство, кража овощей с плантаций и порча нехитрого имущества беззащитных туземцев. Шайке Беньямина долгое время удавалось держать в страхе этот простодушный и доверчивый народ. Никто не осмеливался выступить против произвола «богов», опасаясь ужасной кары, обещанной за непослушание. И как можно было сопротивляться высшим существам, спустившимся с небес, которые могли добыть огонь из пальца и передвигались на грохочущей повозке, извергающей дым.
Правозащитники, слышавшие такие ужасные рассказы, просто ушам своим не верили. Почему до сих пор никого не интересовало положение дел на Океаниуме? Притом, что проводились мероприятия по улучшению климата планеты с целью дальнейшего освоения её природных богатств. Маленький народ оказался вне сферы внимания тех, кто должен был в первую очередь заняться налаживанием контактов с ним. На Океаниуме даже не было открыто ни одного посольства.
Прокуроры и адвокаты тщательно зафиксировали все случаи правонарушений. Самым ужасным было, конечно, употребление космояиц в пищу. Это преступление можно было бы приравнять к детоубийству, но поскольку синие куры не считались ранее разумными существами и не были включены в список граждан Содружества, то и в Уголовном Кодексе не было статьи, в которой упоминались бы именно космояйца. На исправление этих ошибок уйдёт немало времени. Но как предъявить обвинение бандитам? По какой статье их судить? Эта проблема, несомненно станет головной болью всех властных органов. Пока только убийство Бриоша, и то не доказанное. Тела нет. Свидетели? Синекуры, пока их не признают разумными, не могут свидетельствовать в суде. Бандиты признались в убийстве Посейдонову, но записи разговора нет. Суд присяжных может и оправдать преступников. Слишком много среди нас любителей космического деликатеса.
Представителей прессы к следственным действиям генерал велел не допускать. Слишком шокирующей оказалась полученная информация. Эти щелкопёры могут много лишнего наплести. Нет, не нужен такой скандал! Можете опубликовать только то, что сочтёт нужным он, руководитель экспедиции, и ни слова больше. Электронный переводчик давать репортёрам он также запретил, чтобы ограничить контакты с местными. Здесь, на Океаниуме, и так есть о чём писать — вон какая чудная природа! Ещё несколько противосолнечных отражателей вывести на орбиту, и получайте первоклассный курорт с тёплым океаном! В хищном лесу можно устраивать реалити-шоу, наверняка найдутся желающие, ещё и заплатят с удовольствием за такой экстрим.
Журналисты, конечно, не были довольны таким поворотом дела. Их издательства ждали новых сенсаций, поэтому просто сидеть и смотреть на океан никто не собирался. Всеми правдами и неправдами репортёры старались разузнать хоть что-нибудь о работе комиссии. Рискуя быть изжаренными на солнце, они пробирались к дому, где шли дознавательные мероприятия и пытались подслушать и подсмотреть, что творится за закрытой дверью. Один из журналистов даже переоделся в птицечеловека, накинул традиционный плащ, приладил себе нос из древесного сука и вместе с группой аборигенов проник в помещение, где работал следственный комитет. Удобно устроившись в уголке, он думал остаться незамеченным, но не тут-то было! Бдительные сотрудники обнаружили шпиона и выдворили его с позором. Обиженные таким отношением к себе, репортёры пробовали жаловаться начальнику экспедиции и даже грозили объявить голодовку, но Гей-Люссак был непреклонен.
— Голодайте сколько угодно, — заявил он. — Но пищу для скандала не получите!
Посейдонов и Сырников также беседовали со многими туземцами. Основной целью их было узнать поподробнее о судьбе несчастного француза, тем более, что они обещали это Кухареку. Наконец, нашлись свидетели этого поистине зверского преступления. Трое молодых туземцев видели казнь несчастного Бриоша собственными глазами. Эти юноши собирали морскую траву на отмели, и так увлеклись, что прозевали тот момент, когда солнце вышло в зенит и океан начал закипать. Птицелюди способны переносить гораздо более высокие температуры, чем земляне, но кипящая вода опасна и для них. Слегка ошпарив ноги, они выскочили на берег и, перемещаясь длинными прыжками, укрылись в ближней пещере. Расположившись там, они лакомились аппетитной травой и, приложив к покрасневшим ступням лекарственный мох, которым в изобилии обросли своды пещеры, смеялись над своей оплошностью. Подкрепившись, молодые крулхты легли спать до вечера.
Разбудил их шум жуткой повозки, принадлежащей богам. Опасливо выглядывая из своего убежища, юноши наблюдали, как из повозки вылезли два бога в защитных костюмах с лохматыми лицами и выволокли третьего бога, маленького роста и лысого, совершенно раздетого. На нём были только трусы и тапочки. Маленький бог отчаянно сопротивлялся и громко кричал. Речь его была непонятна туземцам, лишь отдельные слова были знакомы.
«Мерзавцы! Отпустите меня! Вы не имеете права! Будьте прокляты!» — примерно так он кричал.
Тем временем подул сильный ветер, небо заволокло тучами, пошёл горячий дождь, на море разыгрался шторм. Резкие перепады погоды были на этой планете обычным делом.
Из отверстия в божественной повозке высунулась голова главного бога в защитном шлеме и маске.
«Давай, топи, не задерживай! Жарко! Сами сгорим!» — пробулькал он во всю мощь обоих своих ртов. Большие боги подтащили маленького к океану и, сильно раскачав, бросили его в кипящие волны.
«О мон дье!» — это было последнее, что услышали потрясённые туземцы. Спрятавшись в углу пещеры, они со страхом ждали, когда уедет гремящая повозка. Просидев в пещере до заката, они наконец решились выйти из своего укрытия. Шторм утих, лёгкие волны нежно ласкали остывающий берег. Волна вынесла на пляж тапочки исчезнувшего в пучине бога.
Вернувшись в посёлок, юноши рассказали об увиденном старому вождю. Тот был очень взволнован их рассказом и велел держать язык в клюве.
— Никто не должен знать о случившемся! — приказал вождь. — Дела богов выше нашего понимания. Наверное, небесные боги принесли жертву богам океана. Наверное, боги океана сильнее. Хорошо, что океанские боги не требуют от нас никакой дани, и мы даже не знаем их в обличье. Поэтому, дети мои, постарайтесь забыть о случившемся и впредь будьте осторожны и вовремя уходите с морского берега.
Тапочки погибшего бога, как драгоценную реликвию, вождь положил в красивый ларец, выдолбленный из ствола ароматного дерева, и хранил в своём доме среди прочих раритетов.
Юноши до последнего времени свято хранили страшную тайну, но скрывать её от богов было нельзя, ведь боги могли и покарать за это. Старый вождь разрешил им дать свидетельские показания и сам выдал следователям священный ларец с уликами. Таким образом, убийство Бриоша можно было считать раскрытым.
— Теперь они сядут как миленькие! — радостно сказал Сырников своему напарнику.
Посейдонов не был в этом уверен, ведь свидетели преступления пока ещё считались просто птицами. Лёва был грустен. Подробности ужасной смерти француза напомнили ему о том, что и сам он недавно находился в смертельной опасности.
Старый вождь, набравшись смелости, тоже начал задавать вопросы. Очевидно, новые боги уже не казались аборигенам такими суровыми и безжалостными, как прежние. За несколько дней пребывания в птичьем городке участники экспедиции сумели расположить к себе всех его обитателей от мала до велика.
— О добрые боги! Не встречали ли вы у себя на небе наших сородичей? — спросил вождь у Сырникова и Посейдонова. — Прежние боги забрали их в свой огненный дом и скрылись за облаками. С тех пор мы ничего о них не знаем. Там был мой сын Кырх Клок, его жена Клуих Цак, её брат со своей женой и ещё две молодые женщины из рода Гурл-гурл.