Страница 47 из 108
СВЕРИМСЯ С ДАННЫМИ
Как и в предыдущих главах, статистические данные подтверждают переход от диктатур страха к диктатурам обмана. Начнем с выборов: за последние 200 лет они стабильно распространялись по всем типам автократий. За десятилетие, предшествующее 1820 году, лишь в одной из пяти недемократических стран проводились выборы законодательного органа или президента. К 1870-м годам выборы проходили почти в половине таких стран, а перед Первой мировой войной их доля выросла до двух третей. К концу 1930-х цифра поднялась до 75 %. После Второй мировой войны произошло проседание, но потом этот показатель для недемократических режимов стабильно шел вверх, достигнув 85 % в 1961-м и 93 % в 2018-м141.
Конечно, цифры включают и голосования-ритуалы, организуемые многими диктаторами страха. Но менялся также и характер выборов. Многопартийные выборы распространялись по миру автократий параллельно трем волнам демократизации, о которых говорилось в первой главе. Доля недемократических стран, которые в предыдущие десять лет провели хотя бы одни парламентские или президентские выборы с участием оппозиционной партии, стабильно росла и увеличивалась с 14 % в 1820-м до двух третей в 1933-м. В годы Второй мировой войны эта доля сократилась, в послевоенную «вторую волну» слегка подросла, а потом рухнула почти на все время холодной войны, достигнув минимума – 37 % – в 1983-м. Всплеск многопартийных выборов совпал с наступлением эпохи диктатур обмана: в 2018-м году они проводились в 78 % автократий142.
Мы отмечали, что диктаторы страха побеждают с результатом, близким к 100 %, а диктаторы обмана предпочитают более правдоподобные результаты. Так как диктатур страха со временем становится меньше, мы должны увидеть и сокращение числа выборов с аномально высокими результатами. Так оно и есть. В 1960-е, 1970-е и 1980-е победители почти половины всех национальных выборов в недемократических странах набирали более 90 % голосов. Но с тех пор таких крайностей стало гораздо меньше. К 2000-м в недемократических странах победители получали больше 90 % голосов менее, чем в 1/5 всех президентских выборов, и менее, чем в 1/10 парламентских143.
Следуя нашему эмпирическому правилу, можно установить, отличаются ли результаты диктаторов обмана и диктаторов страха. Выясняется, что да. Начиная с 1946-го на президентских выборах диктаторы страха побеждали с результатом выше 90 % в 57 % случаев; диктаторы обмана делали это в 26 % случаев, большинство из которых приходится на ранние годы, а для демократических лидеров этот показатель равен 1 %. На выборах в законодательные органы в диктатурах страха победившая партия набирала 90 % голосов в 55 % случаев, в диктатурах обмана – в 16 % случаев, а в демократиях – ни разу144. Многие диктаторы страха и не стремились придать итогам голосования видимость правдоподобия, а вот диктаторы обмана такую цель, как правило, ставили. Средний результат победителя на президентских выборах для диктаторов страха составил 85 %, для диктаторов обмана – 72 %.
Удается ли диктаторам обмана одурачить граждан? Для ответа на этот вопрос используем данные Всемирного опроса Института Гэллапа (GWP), на который мы уже ссылались в четвертой главе. Респондентов, в частности, спрашивают: «Уверены ли Вы, что в Вашей стране выборы проводятся честно?». Им предлагается выбрать из вариантов «да», «нет» и «не знаю». Мы рассчитали среднее значение для всех доступных опросов для каждой страны в 2005–2015 гг. Первое, что бросается в глаза, – это скептическое отношение к выборам даже в демократиях. Только 46 % респондентов в средней демократической стране (с индексом Polity2 ≥ 6) сказали, что уверены в том, что выборы в стране проводятся честно. Даже в совершенных демократиях (с индексом Polity2 = 10) таких ответов было всего 58 %. Мы уже отмечали, что жители автократий часто считают, что выборы в демократических странах тоже фальсифицируют. Похоже, многие жители демократических стран с ними согласны.
Скептический настрой довольно равномерно распределен по всем типам режимов: честными выборы считают 36 % граждан средней диктатуры страха и 46 % граждан средней демократии. Диктатуры обмана расположились точно посередине с результатом 41 %145.
Это несколько выше, чем уровень доверия к честности выборов в несовершенных демократиях (с индексом Polity2 = 6–9). В этом мире скептиков диктаторам обмана удается продать свои выборы избирателям в среднем так же хорошо, как демократическим руководителям таких стран, как Малави (Polity2 = 6), Грузии (Polity2 = 7), Мексики (Polity2 = 8) и Эстонии (Polity2 = 9).
Мы упоминали несколько технологий, с помощью которых диктаторы обмана манипулируют выборами для защиты своей власти, продолжая при этом выглядеть относительными демократами. Один из приемов – манипуляции с правилами подсчета результатов, которые обеспечивают им еще больший отрыв от конкурентов. Простой способ измерить перераспределение голосов в их пользу – которое достигается изменением границ избирательных округов («джерримендеринг») и другими процедурными уловками – это вычислить разницу между долей кресел в парламенте и долей голосов, которые победившая партия получила на последних выборах. Если при 60-процентном результате партия диктатора получает 60 % мест, проблем нет. Но если ей достается 80 % мест, то 20 процентных пунктов были перераспределены в ее пользу искусственно.
Можно ожидать, что манипуляций с правилами подсчета результатов в диктатурах обмана будет больше, чем в диктатурах страха, которые побеждают в основном за счет прямого недопуска и запугивания. Поэтому в последние несколько десятилетий должен расти разрыв между результатом партий на выборах и долей полученных в парламенте мест. И действительно, среднее перераспределение в недемократических странах, снизившись в период между 1930-ми и 1960-ми годами, затем начало расти и достигло пика в 1990-е. С 1990-х средняя разница между количеством мест и голосов, полученных крупнейшей партией, находится в пределах 10 процентных пунктов146. В номинации «джерримендеринг» приз забирают диктатуры обмана. За весь период 1946–2015 гг. в диктатурах страха средний разрыв между местами и голосами составил всего 1 процентный пункт. Демократии прибегают к подобным манипуляциям несколько чаще: средняя разница в их случае – 6,6 процентных пунктов. А диктаторы обмана побеждают с результатом 11,1 пунктов. В искусстве перераспределения результатов они превзошли даже несовершенные демократии.
Диктатуры обмана используют меньше насилия, поэтому, в соответствии с нашей теорией, они манипулируют СМИ, чтобы обеспечить себе популярность и электоральные победы. Данные, собранные политологами Сьюзан Хайд и Николаем Мариновым, проливают свет на это явление147. Хайд и Маринов установили, в скольких случаях в преддверии выборов, проводившихся в разных странах мира с 1945 года, СМИ обвиняли в том, что они занимают провластную позицию. Как и ожидалось, приписываемая СМИ ангажированность растет в последние десятилетия – с уровня около 30 % на выборах в недемократических странах в 1980-е до более 60 % в 2010-х. Такие подозрения типичны для диктатур страха – все-таки они используют открытую цензуру, и поэтому неудивительно, что ее замечают. Но ранее мы указывали на то, что диктаторы обмана тоже активно манипулируют средствами массовой информации: обвинения в предвзятости СМИ выдвигались в ходе 40 % альтернативных выборов, проводившихся в их странах. Это намного больше 10 % – такого же показателя в демократических режимах148.