Страница 66 из 91
Но больше всего меня волновал «Глас Струве». Он работал, но никто не отзывался. Ни лэрг, ни маги, ни мои бойцы, хотя пара из них должна была дежурить. Никаких перехватов на любом расстоянии. Тишина. Вполне возможно, так действовали некие эманации близкой аномалии, как я сразу назвал, даже не видя, это чертово образование.
Хотелось выругаться в голос, упомянув ум и прозорливость магов с сотником.
Чертов Ситрус со своим адептом. И наша с ним взаимная недооценка друг друга. Впрочем, у него она имела фатальный характер.
Все осмыслил и проделал за секунд десять-пятнадцать. Частично восстановил и собственную боеспособность, для чего еще раз прибег уже к принудительному лечению. Сразу стало легче. Непонятно почему, но и в «Когтях Дисса» энергия просела приблизительно до половины. Дела. Нужно что-то предпринимать, как-то ее восполнять. И пока ответ один, сделать нечто полезное именно для Кроноса. Имелась пара идей.
Так…
Ворона на разведку.
Все зарядить до конца, до талого. В итоге остался один большой кристалл на самый крайний случай. Этот рейд мне в копеечку выливался.
Теперь можно заняться пострадавшими. Ближайший — Генри. С него слетел шлем, обнажая русоволосую голову, а броня сейчас напоминала смятую консервную банку. В первую очередь придется освободить от нее. Воин стонал, не приходя в сознание. Кусок плиты размерами с глайдер, выпавший из стены, практически перерубил обе ноги, из которых сейчас пусть не хлестала кровь, но обильно текла. Видимо сработал какой-то лечебный амулет, но залечить до конца страшные раны был не в состоянии. Из нее торчали обломанные острые белые кости. Оттащить в сторону раненого не давали остатки стальных, а может и из другого металла, сапог, от которых его тоже нужно избавить.
Остин лежал без сознания.
Оба гвардейца — обуза.
Для повышения шансов на выживание требовалось их бросить. Однако меня остановил всего лишь один факт — они готовы были сражаться рядом со мной и умирать. Неважно какими материями руководствовались, важно лишь это. И не отступили, не побежали. Если их вытащу, то кроме двух должников до гроба и других преференций от осознания людьми, что своих я не бросаю ни при каких обстоятельствах, получу самое главное — моральное удовлетворение. Тем более у меня не имелось сейчас никаких обратных приказов. Здесь и сейчас командую только я. Поэтому почему не вернуть старые долги пусть в другом мире и другим воинам?
Ворон пока не заметил ни живых, ни мертвых.
Прорвемся по-тихому или громко.
Приняв решение, сразу взялся действовать. Постоянно сканируя местность, я влил в рот Остина целебное зелье, а затем добавил бодрости.
— Глэрд? — посмотрел через минуту тот вполне осмысленно.
— Пришел в себя?
— Вроде бы да, — медленно пробормотал боец, непроизвольно ощупывая ноги и руки.
— Пошли, поможешь.
Тот встал, покачиваясь, замотал головой, словно пытаясь вытрясти воду из уха. А затем поплелся за мной, но с каждым новым шагом гвардейцу явно становилось лучше и лучше.
— Это Генри, — зачем-то сообщил мне он очевидное, показывая пальцем на раненого.
Контузило? И зелье не помогло?
Хорошо, что мои опасения не подтвердились. С головой у Остина было все в порядке.
Затем я «Кровопийцей» вырезал гранитные куски, а напарник придерживал и откидывал их в сторону. Минута работы, чтобы понять — зря.
Кроваво-мясная лепешка с перемолотыми костями. Ноги точно не спасти.
Надо было сразу делать, как задумал.
Вновь с помощью кинжала мы освободили молодого парня от доспеха, дополнительно открылись многочисленные переломы руки и явно ребер. Затем я рубанул клинком по одной ноге, чуть выше обрубка, а после по второй. Тот, словно лазером, провел ампутацию. Сразу ткнул острием «Исцеляющего поцелуя Альтуса» в шею воина. Хлынувшая с новой силой из обрубков кровь, остановилась мгновенно, раны зарубцевались. Другие сломанные кости восстанавливались. А секунд через десять раненый пришел в себя настолько, что спросил:
— Что со мной было? — затем попытался встать, но свалился.
Уселся на пятую точку и дико посмотрел на остатки брони.
— Нормально все, — ободряюще сказал бойцам, — Выберемся, если боги будут к нам благосклонны…
Завершая фразу, я понял, глядя за спину Остина, что сегодня небожители не на нашей стороне.