Страница 33 из 48
Как во сне, дохожу до возвышения, на котором меня ждет Шамиль.
Здесь уже мама с отцом. И самые высокие чины города.
Те, кто часто бывал у нас в гостях. Но ни один из них не взял трубку, когда отец звонил им. После случившегося с Тамилой.
Сама она так и осталась в санатории. Вроде, ей стало лучше послу курса лечения. Но все же родители побоялись, что Тамила сорвет помолвку. Выкинет то-то в самый ответственный момент.
Шамиль подходит ко мне. Близко.
Наклоняется¸ чтобы поцеловать мне руку. Вручает огромный букет белоснежных роз
Все как во сне. Как в дурмане.
Не про меня и не со мной.
Очень хочется проснуться. Понять, что все это мне только показалось!
Но… Он берет меня за руку. Ведет в самый центр украшенной цветами и огнями площадки.
– Друзья. В этот счастливый день мы с Саидой хотим поделиться с вами новостью. Счастливы, что вы можете разделить в нами эту радость…
Он говорит еще что-то в микрофон, а я вся горю. Пылаю.
Впервые в жизни стою рядом с ним так близко. Впервые рассматриваю его. Как мужчину. Раньше совсем не обращала внимания. Ведь я совсем не думала о замужестве, тем более, о Шамиле Сабурове!
Кажется, ему тридцать пять. Высокие виски слегка тронуты сединой.
Странно, как он улыбается. Одними губами.
А глаза остаются холодными. Цепкими. Внимательными.
Он явно привык здраво и хладнокровно оценивать обстановку. И сейчас тоже вовсе не обольщается дружелюбием гостей, собравшихся на это мероприятие.
И глаза… Его глаза не вспыхивают. Совсем. В них нет ни одной искры! Хотя на меня смотрит с теплом.
Между бровей залегла глубокая складка.
Он уверен в себе. И его голос тоже звучит уверенно.
Кажется, отец говорил, что Шамиль добился всего сам. Сам поставил на ноги неплохой бизнес.
Наверняка, он волевой человек. Сильный.
Это чувствуется и в его манерах.
Да. Наверное, если бы я любила Шамиля, то была бы рада такому браку. За ним уж точно, как за каменной стеной!
И нет никаких страстей, раздирающих на части!
Он заканчивает свою речь, которой все аплодируют.
Обвивает властно и уверенно мою талию рукой. Притягивает к себе….
Наклоняется для поцелуя, у меня темнеет перед глазами.
И… Теперь я вижу. Вижу взрыв в его глазах! Страсти. Желания. Предвкушения.
Он точно, в отличие от меня, думает о брачной ночи! Я вижу этот голод в его глазах!
Не могу себя заставить.
Отворачиваю лицо.
Его губы задевают лишь край моей губы, но там начинает полыхать, как от ожога.
Еще немного, и, кажется, мне понадобится тот же доктор, что и Тамиле! Чтобы вколол мне какого-нибудь успокоительного!
Меня начинает трясти.
А внутри дикое чувство, как будто я предательница. Как будто изменяю ЕМУ.
Ведь…
Разве не один мужчина должен целовать женщину?
Сердце колотится, вылетая из груди.
Разве только целовать? А прикасаться? И… Все остальное?
Мне даже кажется, что я слышу глухое рычание.
Обвожу диким взглядом людей вокруг.
Так и кажется, что сейчас схлестнусь глазами с тем самым взглядом.
Но… Давида нет. Может, это рычание только у меня в голове?
– Я понимаю, Саида, – хрипло шепчет Шамиль мне в губы.
Никто не слышит этого, кроме нас.
– Понимаю, что все слишком быстро. Я готов дать тебе время. Ты должна привыкнуть ко мне… И ко всему… Что будет потом!
Только киваю с благодарностью.
Хорошо, что он не настаивает!
Но…
Разве я смогу к этому привыкнуть?
– Спасибо, Шамиль, – еле слышно выдыхаю.
Только почему все равно этот зуд никак не проходит?
Давида нет. Это точно. Я бы увидела!
Но то самое чувство, что меня прожигает его взгляд, никак не проходит!
Все просто замечательно.
Даже на миг получается забыть, что все происходящее фарс. Что гости пришли сюда по приказу, а слова и их улыбки фальшивы.
Не говоря уже о самой помолвке.
О том, что никакой любви между невестой и женихом нет.
Шамиль отпускает меня.
Отходит решать какие-то вопросы со своими партнерами.
Знаю. Во многом он это делает и ради отца. Чтобы восстановить его репутацию и сотрудничество.
– Совсем ты заскучала. Говорю же. На похоронах и то веселее!
Шипит Лена.
Спасибо ей. Ни на минуту от меня не отходит.
– Перестань. Сама же прекрасно знаешь. Просто все слишком быстро. И состояние Тамилы меня беспокоит.
– Прогуляемся? Вдвоем? Твой жених все равно занят. А ты явно не горишь желанием находиться с ним рядом каждую секунду!
Отвлекать Шамиля неловко.
Но мне и правда. Хочется куда-нибудь отойти.
Туда, где поменьше света. И поменьше шума. Глаз. Неискренних улыбок. Сбежать, одним словом, чего уж там!
Он кивает в ответ на мой вопрос, могу ли я прогуляться с подругой.
Мы уходим от освещенного места. И даже дышать становится сразу как-то легче.
– Давай поплывем на лодке.
Предлагает Лена, указывая рукой на островок.
Мы часто туда забирались. Грести вообще для нас обеих не составляет труда.
Только киваю, радуясь, что гости на меня уже и не обращают особого внимания.
Кто-то уже пьян и веселиться, кто-то решает свои деловые вопросы, как Шамиль.
Мы усаживаемся в лодку.
Постепенно не остается ничего. Только чернота ночи. Тишина и всплески весел. Огромные звезды прямо над головой. Такие, что рукой, кажется, достать можно.
Становится спокойно.
И вспышкой пронзает что-то внутри воспоминание. Яхта. Совсем другие звезды. Воздух, от которого все полыхало…
– Саида. Что у тебя с Багировым?
Лена задает вопрос тихо. Но мне кажется, что он звучит оглушительно.
– С чего ты взяла.
Пожимаю плечами. Радуюсь, что моего лица в темноте ей не рассмотреть.
– Ну… Сомневаюсь я, что он прям такой благотворитель. Не просто так собрал людей сегодня.
– Откуда мне знать, что у него в голове?
– Мне кажется, или ты все-таки темнишь? Не пойму. У Тамилы с ним что-то было, или у тебя?
Воспоминание ножом пронзает сердце.
– Давай не будем об этом, Лен. Не сейчас.
– Ладно, –вздыхает. – Но однажды ты мне все расскажешь.
– Обязательно, Лен.
Расскажу. Когда смогу это все выговорить.
– Лен!
Не понимаю! Что пошло не так?
Но миг, и мы вдруг переворачиваемся!
– Ленааааа!
Платье быстро набухает, набирая воду.
Я хорошо плаваю, но оно становится слишком тяжелым.
Барахтаюсь. Изо всех сил машу руками.
Но тяжесть юбок тянет меня вниз!
– Тихо! Я держу!
Меня и правда обхватывают вдруг крепкие руки. Мощные. Горячие. Огненные!
Даже видеть не нужно!
Так прикасаться может только один человек на свете! И только в его руках мое тело начинает так дрожать! Терять полный контроль!
– Лена!
Шепчу, задыхаясь.
Его же не было? Как я могла не заметить?
– Ее уже вытащили, – мы так и барахтаемся в воде.
Давид разворачивает меня. Крепко прижимает к своей груди.
Так крепко. Что я слышу, как колотится его сердце!
– Зачем ты здесь
Шепчу, чувствуя, как пьянею. Голова кружится дико.
Не успеваю договорить.
На мои губы обрушивается ураган.
До безумной дрожи даже в кончиках пальцев.
До сладкого стона, который сам срывается с моих губ.
До боли в груди, где так бешено бьется сердце.
– Пусти!
Тяжело дышу, с огромным трудом отрываясь. Вернее, вырывая свои губы из его плена. Из жадного захвата.
– Нет, – хрипло шепчет, тяжело дыша.
Вжимает меня в свое тело еще крепче.
Зарывается в мои волосы руками.
Дико. Жадно. Одержимо!
А в глазах такой огонь, что все звезды становятся бледной тенью!
А мне даже смотреть на него больно.
На эти губы. На нереально красивое лицо!
Чувствовать, как напряжены мышцы на его груди.
– Отпусти, Давид, – шепчу, начиная барахтаться в его руках. – Ты не должен здесь быть!