Изгои 4

Глава 18

Корабль «Призрак». Лёха

Проснулся я с давно забытым чувством — руки затекли и теперь болели тупой, неприятной болью. Но всё это было как-то несущественно, потому что рядом, уткнувшись в подмышку, лежала, прижавшись ко мне, Чика. Любимая по-хозяйски закинула на меня ногу и отлежала мне руку, на которой уместила свою головку. А улыбка у неё такая довольная-довольная. Интересно, чего это ей такое снится? Вторую руку прихватизировали Трикси и Вельвет. Причём Вельвет так же, как Чика, положила на неё голову, прижимаясь ко мне всем телом и обнимая меня руками, а Трикси крепко сжимала мою ладонь в своих. Улыбки у этих двух были непохожи на улыбку Чики, но мне они нравились не меньше. Глядя на них, даже шевелиться не хочется, чтобы, не дай бог, не потревожить их сон. Так бы и лежал всё время и просто смотрел на них и любовался. Внезапно кое-что изменилось — я уловил изменение эмоционального фона. Всё ясно — Чика проснулась, но пока не показывает виду, лежит с закрытыми глазами и прислушивается. Есть у неё такая привычка. Даже не знаю, зачем это ей? Я же всё равно её чувствую.

— Доброе утро! — проговорила Чика, не открывая глаз, а потом неожиданно широко зевнула.

Только после этого она убрала голову с моей руки, которая тут же отозвалась болью от впившихся в руку тысяч маленьких иголочек.

— Прости-прости! — раскаялась Чика, руками попытавшись растереть мою отлёжанную конечность.

Не сказал бы, что от этого мне стало лучше, но такая забота была приятна. Я попытался пошевелить рукой, однако она почти не реагировала, словно и не моя вовсе. Но постепенно я всё же смог двигать ею и тут же попытался ухватить Чику за руку, но она с тихим смехом увернулась. От издаваемого нами шума проснулись Вельвет и Трикси. Кто-то из них испуганно ойкнул, и вторую руку мне обрабатывали уже в четыре руки. Мда… даже не верится, что это всё не сон, а реально происходит наяву — слишком долго я не видел моих поняшек, так что всё происходящее теперь кажется каким-то невероятным сном, мечтой, словно я сплю и выдаю желаемое за действительное. Вот будет облом, когда я проснусь по-настоящему!

От этой мысли я на мгновение испытал страшный ужас такой силы, что Чика испуганно вскрикнула, невольно отстраняясь от меня.

— Что это было?! — спросила она, требовательно глядя мне в глаза.

— Извини, — вздохнул я. — Ничего такого. Просто я представил на миг, что вы мне снитесь. Вот и ужаснулся тому, что обнаружу это, когда проснусь.

— Да уж! Мне что-то подобное снилось, — призналась Трикси. — Но когда я взялась за твою руку, мне сразу стало легче.

— Вы не поверите, но мне тоже что-то подобное снилось, — призналась Вельвет. — Но когда обняла и прижалась к тебе — сны стали очень хорошими и радостными.

— Хм… это довольно забавно, — усмехнулся я. — Но зато явно показывает, что мы семья — даже думаем одинаково и сны у нас общие.

— Если мы думаем одинаково, то, наверное, вы тоже беспокоитесь о Аой и Куро? — спросила Трикси. — Я… мне… как-то не по себе — вдруг они тоже сюда попали?

Мы тут же замолчали, обдумывая её слова. Правда, я сколько ни пытался, но так и не мог подобрать слова, которые успокоили бы её. Не было у меня их. И всё от того, что я думал о том же. Когда с тобой рядом почти вся твоя семья, то невольно начинаешь думать, где же недостающие её члены? Тем более, что они совсем ещё маленькие и вряд ли смогут о себе позаботиться в этом жестоком мире.

— Никто из нас не встречал упоминаний о них в то время, когда мы были порознь? — спросила Чика, внимательно оглядывая всех нас.

Мы все переглянулись и отрицательно помотали головами.

— Ну и замечательно, — улыбнулся я. — Значит, мы можем предположить, что они остались в Эквестрии или на Лунной Базе.

— Или в мире СССР, — добавила Вельвет.

— Точно! Я, кстати, хотела у вас спросить! — воскликнула Чика. — Кто-то из вас помнит, как мы здесь оказались? Ну или откуда мы сюда попали? И как?

Мы замолчали, растерянно переглядываясь друг с другом, но в итоге так никто и не обрадовал Чику ответом. Что касается меня, то я не помнил, как сюда попал, почему, зачем и откуда, словно моя память была стёрта каким-то злодеем, который и забросил нас сюда. Вот что я точно помню последнее из моей жизни в Эк…

— Кто вообще что помнит последнее из того, что было с нами в Эквестрии? — прервала мою мысль Чика.

Тут мои жёны снова задумались. Да и я сам стал рыться в своей памяти, чтобы обнаружить самые поздние воспоминания из нашего прошлого. Только почему-то самое последнее, что я помнил из них — это то, как мы победили Пернатого Змея и вернулись потом на Лунную Базу. Дальше воспоминания были какие-то обрывочные, но я был точно уверен, что позже было что-то ещё. Просто не мог вспомнить что это и где. Вроде бы, мы потом были в СССР, но эти сведения были какими-то отрывочными и словно… замыленными что ли?

— Лунная База древних демикорнов, после того как мы вернули детей из другого мира, — ответила Чика на собственный вопрос.

— То же самое, но ещё смутно помню, что мы летали в будущее того мира. — высказалась Трикси. — Но эти воспоминания словно какие-то не такие. Словно эти воспоминания — часть какого-то сна.

Трикси стушевалась, не в силах объяснить, что имела в виду под этими словами.

— Словно из памяти вырвали кусок воспоминаний размером в полжизни, — кивнула Вельвет. — Я тоже помню наш визит в СССР, но у меня есть чёткая уверенность, что я что-то забыла. То, что было между нашим возвращением и визитом в СССР. Вернее, я уверена, что этот визит был не первый, но других я не помню.

— У меня то же самое, — киваю я. — Но до этого даже не замечал ничего такого. Просто даже не задумывался об этом. Знал, что не помню, как попал сюда, но не задумывался об этом.

— Осталось спросить об этом у детей, — подытожила Чика.

— Скорее всего, с ними то же самое будет, — вздохнула Вельвет. — Похоже на то, что это сделано специально.

— А можно ещё проверить память на ментоскопе. Считать слепки нашей памяти и изучить с помощью ИскИна, — предложил я, напомнив, что у нас на корабле в медотсеке есть такая полезная штука.

— Эта та самая фиговина, которой вы вчера того агарца мучили? — спросила Вельвет.

— Ага, — киваю я ей в ответ. — Но Рита говорила, что у аппарата есть более щадящий режим, и если объект сканирования не сопротивляется, то никаких повреждений не будет. Правда, скорость сканирования будет в разы медленнее.

— Да и пусть! — фыркнула Трикси. — Мы, вроде, никуда не торопимся.

— Пожалуй, да, — согласилась с ней Чика и взглянула на меня, ожидая подтверждения.

— Согласен, — киваю я. — Не думаю я, что нам есть куда торопиться, но вот выяснить, как мы сюда попали и как нам вернуться — это было бы очень хорошо.

— Хорошо, — кивнула Вельвет, глядя на одобрительно кивающую Трикси. — Раз это нужно для дела, то и я согласна. Хоть меня и трясёт от того, что было с тем агарцем вчера.

— Вспомни, что он хотел сделать с нами и нашими детьми, — предложила Трикси. — Мне это сразу же помогло — теперь я этого гада совсем не жалею!

— Только этим себя и успокаиваю, — вздохнула Вельвет.

В этом вся Вельвет Ремеди — она всё же точно Элемент Доброты из жестокого постапокалиптического мира. Даже врагов способна жалеть.

Приняв решение, мы спокойно оделись и вышли из моей спальни. Я уговорил жён не залазить в сканер прямо сейчас, так что сначала у нас по расписанию гигиенические процедуры и лёгкий завтрак, а то чувствую я, как дети нетерпеливо ждут нас за столом. Наверняка и эта четырёхрукая девушка Лапа вместе с ними. Да и про странную аграфку не стоит забывать.