Изгои 4

Глава 21

Секретная лаборатория Арийской Империи

Не знаю сколько я так сидел, пытаясь дышать пореже, глупо считая, что арахниды смогут услышать моё дыхание. Если бы такое могло произойти, то они бы давно ворвались сюда. Однако и Матрокс сидел, не издавая ни звука, и только молча следил за огромным голо-экраном, на котором сновали сотни, если не тысячи ярких точек, обозначающих корабли арахнидов. Если верить той информации, что была видна мне, вокруг нас сейчас кружило как минимум три арахнидских улья. По крайней мере я видел три огромных корабля-астероида, подобных тому, с которым мне уже доводилось сталкиваться. Рядом с ними кружилось не меньше тридцати кораблей поменьше. А уж что касается москитного флота, то их я даже не пытался считать. Сама система показывала от трёх до пяти тысяч целей, которые всё время то залетали, то вылетали из гигантских кораблей-носителей.

— Хорошо, что ваши спутники сейчас спят в медкапсулах, — наконец произнёс Матрокс. — Если бы они были в сознании, то эти мерзкие насекомые могли бы и учуять наше убежище.

— Хм… это почему это? — изумился я. — И прошу вас поменьше употреблять подобные выражения, а то вы можете навлечь на себя большие проблемы.

— Прошу меня извинить, — слегка поклонился ничуть не смущённый Матрокс. — Эти выражения записаны в меня моими создателями, которые и программировали мою начальную личность. Но я приму к сведению ваши предупреждения и буду сдержаннее в выражениях. Особенно при вашей жене и детях.

— А вы очень проницательны, Матрокс, — усмехнулся я. — Я уж думал, мне придётся объяснять, почему эти выражения при нас неприемлемы.

— Ну конечно! Я же сделал анализ ДНК всей вашей группы, так что остальные выводы сделать было достаточно просто. В конце концов, генная инженерия — это моя основная специальность. Но также могу вас заверить, что ни ваша жена, ни ваши дети не являются насекомыми. У них только есть некоторые генные фрагменты, присущие насекомым, а это, надо сказать, слишком мало, чтобы причислять их к этому виду фауны.

— Ну… Чика когда-то была кем-то вроде насекомого, — пожал я плечами. — У нас на планете есть раса, которая умеет изменять внешность и питается чувствами. Их чейнджлингами называют. Вот Чика как раз из них будет. Правда, потом она связалась со мной и изменилась.

— Очень жаль, что меня не было рядом в то время, — проговорил Матрокс с явным сожалением в голосе. — Было бы очень интересно понаблюдать это прямо в процессе развития. Тем более, что я мало сталкивался с существами с планет с сильным магическим фоном.

Я не успел ничего ответить, нас прервал тревожный сигнал системы, а рамка центрального окна информационной панели окрасилась в красный цвет, да ещё и замигала.

— Что это?! — встревожился я.

— Один из кораблей арахнидов подошёл слишком близко к базе, — пояснил ИскИн.

— Капитан, я жду приказаний! — рядом со мной появилась Рита в мундире Арийских ВКС.

— Стоп! Прошу вас ничего не предпринимайте! — тут же вклинился Матрокс. — Я не думаю, что они полетят в метеоритный поток… если, конечно, не засекут чего-то подозрительного.

— А они точно не засекут? — я слегка приподнял бровь, повернувшись к Матроксу.

— За всё время, что я управляю этой станцией, — пожал плечами ИскИн, — они ни разу этого не делали. Правда, их ни разу ещё не было так много.

— Рита, пока замри, но будь наготове, — приказал я девушке.

Та молча отдала мне салют, давая понять, что поняла приказ, и испарилась. А я снова уставился на экран, наблюдая за мельтешением подсвеченных красным точек. Мне всё это очень и очень не нравилось. Просто сидеть и ждать — это вообще как-то мне не очень свойственно — не умею я этого. Но что ещё я мог сейчас сделать? Расчёты Матрокса и Риты давали слишком малые шансы на то, что мы сможем удрать, будь даже сейчас весь экипаж в сознании, а отбиться от этой армады у нас и вовсе нет никаких шансов — это даже и без расчётов понятно. Тем более что мой экипаж был сейчас в медкапсулах и вытаскивать их было нельзя — Матрокс однозначно запретил это делать, и у меня уж точно не было причин не прислушаться к мнению специалиста. Вернее, он даже сказал, что предпочёл бы и меня засунуть в медкапсулу, будь у него ещё одна свободная. Я тут же вспомнил, что у меня на корабле тоже есть медкапсулы, пусть и не такие совершенные, как здесь.

И да, я заметил, что очень не хочу ложиться туда — словно какое-то предчувствие меня останавливало. Или это у меня фобия развилась? Так что я предпочёл промолчать о них, а Матрокс сам, видимо, не додумался до такой простой мысли. Рите же я велел молчать об этом, а то она по доброте душевной хотела предложить этот вариант, но сначала предпочла донести эту мысль до меня. Тут-то я её и обломал! А то лежал бы сейчас беспомощной тушкой в этом высокотехнологичном гробу, пока тут такие дела творятся. Ха! А я, похоже, знаю, откуда у меня эта фобия! Это ж, скорее всего, с того случая на Ковусе, где я от наёмников бегал. Правда, ту гадкую трубу не сравнить с медкапсулой, но, похоже, с тех пор осадочек всё же остался.

Ещё около трёх часов мы наблюдали, как корабли арахнидов крутились около нашего убежища, но потом они как-то быстро свернулись. Мелкие корабли вернулись на большие астероиды, и вся эта шобла нырнула в гипер, перестав нервировать охранные системы базы.

— Уф! — выдохнул Матрокс, облегчённо вытирая рукавом виртуальный пот со лба. — Я уж думал, что всё! Отжился! Впервые они подошли ко мне так близко и такими силами! И знаете, что я вам хочу сказать? Да то, что мне как-то очень не хочется прекращать своё функционирование! Жить, знаете ли — хорошо!

А я в это время думал о другом. Меня интересовало то, почему я…

— Рита, а почему я в этот раз не рвался в бой? Почему закладки Академии не сработали?

— Я не знаю, — пожала плечами та. — Возможно, оттого, что сейчас этот бой был бы действительно самоубийственным?

— Хочешь сказать, что тогда он был не такой?

Та только молча пожала плечами. Ясненько — нет у неё ответов.

— Сильная личность может преодолеть психокодирование, — подсказал Матрокс. — В моей памяти хранится диссертация одного арийского учёного, который занимался этой проблемой. Очень, знаете ли, интересный труд! Но, думается мне, что всё дело в отличии вашего мозга от арийских стандартов. Позже, когда вы ляжете в медкапсулу, я смогу точнее подтвердить или опровергнуть эту теорию.

— И обновите мне эти установки? — усмехнулся я.

— Молодой человек, — возмутился Матрокс. — Я учёный, а не мозгокрут из допотопной учебки, в которой вы проходили своё обучение! В моей программе нет таких установок!

— Хочется в это верить, — пробормотал я себе под нос.

Секретная лаборатория. Чика

Ох, как же великолепно я себя сейчас чувствую! Превратиться снова в пони и чувствовать каждую мышцу, каждую клеточку своего прежнего тела — это так здорово! Сейчас я находилась в таком приподнятом настроении, что хотела буквально бегать по потолку! Впрочем, почему бы и нет? Этот спортзал, в котором мы разминались после всех процедур, вполне позволяет это. Так что я тут же и пробежала по стене и забралась на потолок, вызвав изумление на мордочках и лицах остальных разминающихся. Ох и забавно они выглядели, смотря на меня с задранными головами. Пришлось подмигнуть и показать язык, а то очень уж прикольно было наблюдать за ними. И вообще я сама себя не узнавала — после этих процедур в медкапсуле я словно скинула с себя какой-то груз, что висел на мне постоянно с самого моего попадания в эту вселенную. Чувствую себя сейчас молодой глупой кобылкой без всяких забот, которой вожжа попала под хвост.