Страница 48 из 92
Глава 10
Маринка обвязала шею толстым темно-синим шарфом и засунула руки в карманы длиннополого гимназистского пальто. Не лучшая погодка для сбора кружка Эмманила, но на встрече две недели назад он сказал, что несмотря на погоду им всем нужно будет собраться у озера. Потому что накануне Дмитриевской субботы — одного из важных праздников Китежа — в дубовую рощу у гимназии прилетают алконосты и сирин. Можно послушать их пение. Она надеялась, что пение птиц заглушит шепот — что-то он сегодня какой-то совсем доставучий.
Сам праздник только праздник завтра, а пока волшебные птицы. Маринка и Вику с собой звала, и Юлю с Катей. Ну чего в башне спать, когда такое чудо можно увидеть! Старшие соседки лишь рассмеялись. Вика, под влиянием этого своего Ромы, изменила мнение и о волшебных животных, и о кружке, и, похоже, о всех леших. Оказалось, изучать животных — это просто не круто. А леших почему-то тут многие недолюбливали. И если среди ведьм эта нелюбовь не распространялась на хорошего учителя, то вот маги не выделяли даже его. Шумели на занятиях, не делали уроки, часто прогуливали.
Из всех «пятерок» Маринка присоединилась к кружку одна. В прошлую встречу они наблюдали обычных птиц рощи — снегирей, синиц, свиристелей. Это было не так интересно, поэтому пришло учеников десять с двух гимназий, больше светлых, пара колдунов-выпускников из темной. Сегодня они надеялись встретить особенных птиц, и у дуба, где Эмманил назначил встречу, собралось ребят тридцать. Все-таки алконосты и сирин редкость и для Китежа, и в неволе не живут, в зоопарке не приживаются.
Маринка бросила на озеро взгляд, и отошла вглубь берега подальше. Вспоминать о встречи с водяным она не любила — ни ведьмам, ни Вике не рассказала, и новой встрече, которая пусть и закончилась прекрасным ксифосом, надеялась избежать. Проверив, что точно никто не пускает «лягушек», она повернулась к собравшимся гимназистам.
Знакомых не нашла. Постоянно живущих в гимназии учеников, которых Маринка уже не плохо знала после внеклассных занятий — не было. Ни одна из ведьм тоже так и не явилась. Эта их сплоченность Маринку уже начинала подбешивать — одна с курса как закудахчет «нет, не пойду», другие подхватят, с курса на курс перенесется. И все «нет» да «нет». Как попугаи. И на Маринку еще глазами хлопают, не понимают, почему она к этому квохчанию не присоединяется. Пф!
Эмманила еще не было, Маринка встала чуть в сторонке подальше от воды, спряталась за стволом и от ветра, и от лишних взглядов. По-хорошему учебник по теории магии перечитать пока, но собравшиеся в таком количестве светлые приковывали всё внимание. Ведь она почти ничего о них не знала!
Маринка еще дважды встречала Сережу с Барсом на прогулке с Азой — светлый жил в школе не постоянно, а только когда его мама уезжала в командировку. И тогда и собаку брал с собой, а в обычные дни приезжал без нее и повода встретиться не было. Маринка с ним болтала, пока собаки весело скакали по лужам и листьям, но она не могла сказать ничего ни о Сереже, ни тем более о всех светлых по нему одному — таким закрытым он ей казался. А тут вот сразу столько светлых собралось, любопытно.
Один из светлых привлек к себе больше внимания. На него, в принципе, вообще все смотрели. В красной куртке, шапка из кармана топорщилась, русые вихры разлетались на ветру, уже задорно всем присутствующим читал лекцию об алконостах. И интересно так рассказывал. Маринка и сама в учебнике успела прочитать параграф о волшебных птицах, о гнездовании, о возникновении иллюзии с человеческим лицом — всё сухо и по полочкам. Но этот мальчишка говорил так, будто он сам недавно вышел из леса после годового увлекательного наблюдения за тем, как родители выводят птенцов. Будто серию «В мире животных» посмотрела.
Мальчишка был ровесником Маринки, но к нему с интересом поворачивали головы и «однушки». И ему как будто нравилось, что все слушают, смотрят. Поэтому Маринка удивилась, когда он внезапно оборвал лекцию, бережно поднял руку и нежным голосом заговорил в рукав:
— Ну ты чего проснулся? Мы же договаривались, что ты не будешь выходить! Вот испугаешься вороны, как мне тебя потом из-под корней опять доставать?
Но подставил под рукав ладонь, на которую тут же вытек мелкий зверек с длинными полосками по всей спине и длинным пушистым хвостом.
— Кто это у тебя? — спросила одна из девушек в молочно-белом пальто.
— Бурундук сибирский, — гордо подтвердил мальчишка.
— Ух ты! Никогда таких в Китеже не видела.
— Потому что они тут и не водятся, — кивнул мальчишка и протянул девушке усатую мордочку к лицу. — Сибирский же. Хочешь подержать? Смотри какие глазки!
— А какие когти и зубы, у-у-у, — сказал светлый парень рядом. Никого не напугал — все с улыбкой тянули к зверушке руки. И Маринке тоже очень захотелось подойти и погладить зверька, которого, как и алконостов, только в книгах-то и видела. Уже шагнула было вперед, но одернула себя и, скрестив руки на груди, осталась у дерева.
— Что это у вас здесь? — послышался звонкий голос Эмманила. Он шел со стороны парка с биноклем на шее.
— Здрасьте, Эмманил! Это мой бурундук. Я вам о нем рассказывал. Хотите подержать?
— Благодарю! — серьезно сказал Эмманил, протянул к бурундуку руку, и тот спокойно забралась на плечо учителя, посмотрела на всех свысока и юркнул ему за ворот куртки. — Кажется, ветер ей не по нраву, — краешком губ улыбнулся Эмманил. — Пока бурундук устраивается спать, начнем знакомство с птицами. Итак, алконосты и сирин — птицы одного вида, всегда собираются парами. Вероятно, гермафродиты. Но гнездятся редко, далеко от поселений…
— Да, — перебил учителя светлый старшекурсник, — нам Жорик уже все рассказал. Алконосты предпочитают самые глухие леса, но вместе с тем рядом с большим сгустком внешней энергии. Особенно дубовые и осиновые рощи, места силы. Прилетают перед важными праздниками к Бездне. На равноденствия, на Дмитриевскую субботу, Рождество, на Сороки весной и Купалу летом. Так вы нашли кого-нибудь из них? Сможем увидеть?
— Глефов, да вы отбираете мой хлеб? — усмехнулся Эмманил и с наигранным укором посмотрел на мальчишку с бурундуком, который не прекращал довольно улыбаться.