Страница 54 из 90
Среди «своих» Кевин Розендейл через год получил репутацию «умеренного либерала». И иногда в своих статьях даже упоминал имя Джудит — как помощницы, собравшей очень ценный и очень нужный для него материал. За то же время Вирджил Чип стал «своим» во всех мало-мальски значащих государственных учреждениях штата.
Розендейл размышлял в своих статьях или делал вид, что размышляет.
Чип получал «стерильную» информацию от Федерального бюро расследований и Центрального разведывательного управления, завербовавшего его на четвертом курсе университета. Но этого он в своих статьях конечно же не указывал.
За весь тот год Чип получил от сестры четыре поздравительные открытки. Джудит получила пять.
Четыре поздравительные. В пятой брат сообщал, что он обязательно нагрянет к ней в Сан-Франциско. Когда — известит особо. Но выбрался он туда нескоро…
ВИРДЖИЛ ЧИП ДОСТАЛ толстый желтый фломастер и под именем своей сестры крупными буквами вывел: «Кевин Розендейл». Сложил лист пополам и убрал в портфель, не забыв защелкнуть замки и набрать цифровой код.
— А вы любите острые блюда, наверно, и острые ощущения. — Какое-то поддразнивание почудилось Чипу в голосе стюардессы.
— Вы знаете, — делая вид, что он размышляет вслух, произнес Чип, — что бы я отнес к острым ощущениям? Один мой друг прочитал в газете объявление похоронного бюро, предлагавшего свои услуги по торжественному погребению любимых домашних животных. Он позвонил туда и спросил: «А сколько стоит похоронить моего любимого африканского слона, который скончался у меня на руках сегодня утром?» Его немедленно соединили с управляющим похоронным бюро, который был воплощением любезности и сообщил: гроб для слона влетит ему в десять тысяч долларов. Но, поскольку мой приятель был для похоронного бюро выгодным клиентом, они тут же посулили ему скидку: если слон скончался вместе со слонихой и нужно готовить гробы для обоих, то это будет стоить не двадцать тысяч, а всего лишь восемнадцать.
— А где же он его держал, этого слона? — изумленно спросила стюардесса.
— У него вообще не было слона. У него не было ни одного домашнего животного. А когда он узнал, что погребение слона стоит так дорого, то пошел наниматься землекопом в то самое похоронное бюро.
Стюардессу окликнули: нетерпеливые пассажиры, жаждавшие получить свою порцию гуляша, сосисок, мороженого, яблочного пирога, напомнили ей, что Чип не единственный пассажир в самолете. Однако он был единственным пассажиром в самолете, за которым стюардесса обязана была вести наблюдение. Даже не подозревая, что она уже внесена в документы ФБР как «способный агент по кличке Реактивная».
Управившись с гуляшом, Вирджил Чип снова взялся за «Вашингтон пост» и нашел страницу объявлений о продаже автомашин. Чип, как и множество американцев, любил хорошие машины. Хорошей машиной в его понимании был «де лорен», который он купил совсем недавно за 30 тысяч долларов. Двухместная машина спортивного типа из нержавеющей стали не годилась для семьи, но семьи у Вирджила Чипа не было, а на второе сиденье он всегда находил, кого посадить. «Де лорен» был престижен, олицетворял скорость и силу.
Раньше, когда Вирджил Чип считал, что марка автомобиля не имеет никакого значения, лишь бы под капотом находился работающий двигатель, он никогда не читал объявлений о продаже машин. Обладание машиной высокого класса приучило его регулярно их читать и откладывать деньги на банковский счет. Не в страхе за черный день. Чип считал, что все черные дни в его биографии позади. Во всяком случае, с тех пор, как он начал работать в ЦРУ, у него в худшем случае выпадали дни серые.
— Уже пора пристегиваться ремнем, мистер Чип, — послышался голос над ним, — Блондинка-стюардесса стояла, слегка склонившись над ним. — Через десять минут мы будем в Канзас-Сити.
— Конечно же, в Канзас-Сити, — среагировал Чип. — А где же еще? Во всяком случае, у меня билет именно туда. А у вас?
Она пожала плечами:
— Летаю по всей Америке, и нигде не встречают с оркестром и почетным караулом.
«У меня оркестра и караула не будет, — подумал Чип. — Но могут обеспечить «почетным» эскортом».
Через 15 минут после приземления самолета Вирджил Чип уже вставлял ключи в замок зажигания красного «файрберда», который взял напрокат в фирме «Авис». Он направлялся в огромную гостиницу «Краун-центр», красиво вписавшуюся в архитектуру Першингроуда. Впрочем, Чип мало что понимал в архитектуре. Просто эта гостиница всегда нравилась ему своим уютом, точно так же как она отпугивала многих туристов своей дороговизной и множеством магазинов на первом этаже, где столь легко было потратить деньги.
Отъехав метров на пятьсот от аэропорта, он заметил за собой серый «мустанг» двухлетней давности. В нем сидели двое. Мужчина — за рулем, мужчина — на переднем сиденье.
Чип точно рассчитал время и дистанцию: он подъехал к светофору, когда зеленый свет уже сменился желтым, и резко придавил акселератор.
«Файрберд» пролетел светофор на красный свет. Серый «мустанг» выскочил на перекресток вслед за ним и с трудом увернулся от огромного трейлера, тащившего в двухъярусном прицепе новые автомобили.
Чип вытащил сигарету, зажег ее и включил приемник.
«…И преступник был задержан полицией. Расследование началось. А сейчас, дорогие слушатели, вспомним Элвиса Пресли. Вспомним его незабываемый «Рок круглые сутки»!»
Чип прибавил громкость и увидел впереди движущуюся со скоростью тридцать миль машину в правом ряду. Он замедлил ход и пристроился за сиявшей массой хромированных деталей «тойотой».
«Новичок», — определил Чип после того, как они около километра двигались стройной колонной по шоссе: впереди — желтая «тойота», за ней — Чип в «красном» и двое в «сером».
Отстав от «тойоты» метра на три, Чип, не включая указателя левого поворота, резко обогнал «тойоту» и снова перестроился в правый ряд. Он снизил скорость до тридцати миль, и колонна, в которой машины поменялись местами, продолжала двигаться дальше. Красная, желтая, серая. Чип выбросил окурок прямо на дорогу, закрыл ветровое стекле и резко нажал на тормоз. Покрышки взвизгнули. И сразу же взвизгнули еще раз, прокручиваясь на месте, потому что Чип мгновенно отпустил тормоз и столь же резко нажал педаль акселератора.
Все вышло так, как он и рассчитывал: новичок испуганно затормозил, и «мустанг» уверенно врезался в «тойоту». Чип даже не стал смотреть в зеркало заднего вида. Чрезвычайно довольный собой, под звуки рок-н-ролла он следовал в гостиницу «Краун-центр». Для того чтобы принять душ после дороги и тут же позвонить Гарольду О’Брайену.
ЧАРЛЬЗ УИК ВО ВТОРОЙ РАЗ за этот день отправился к президенту. Заместитель директора Уилбур Робинсон пользовался этими частыми отлучками своего шефа для того, чтобы спокойно решать самые срочные дела. Сегодня он должен отработать доклад, который Робинсон озаглавил «Пресса и «Проект «Истина».
За основу он взял отчет ЦРУ о работе с прессой через УМС. И Робинсон должен был исполнить роль центрифуги в стиральной машине: выжать из отчета всю воду и оставить тот самый необходимый минимум, который вполне удовлетворит его директора.
«Центральное разведывательное управление давно поддерживало прочные дружеские связи с более чем 50 американскими журналистами или сотрудниками информационных агентств. Все они — составная часть сети, состоящей из нескольких сотен работников, разбросанных по всему миру. В их задачу входит сбор разведывательных данных, данных об умонастроениях в той или иной стране и попытки влиять на общественное мнение этой страны путем использования пропагандистских методов. Эти сотрудники обеспечивают управлению прямой доступ к большому числу иностранных газет и журналов, множеству пресс-служб и информационных агентств, радио- и телестанций, издательств.
ПРИМЕЧАНИЕ. Существует опасность «выпадения осадков». «Выпадение осадков»: информация возвращается в США и вводит в заблуждение также и американскую общественность. Как заявил в 1967 году заместитель директора отдела планирования Десмонд Фитцджеральд, «выпадение осадков» в Соединенных Штатах из публикаций иностранной печати, которую мы поддерживаем, неизбежно и возможно».