Страница 24 из 54
БАТРАДЗ И ХАФТАНГУР
Домой вернувшись, нарт Батрадз спросил: «Кто землю нартов кровью оросил?» И, опустивши головы в печали, Старейшие в волненье отвечали: «Злодей коварный к нам пришел с востока, То Уангур, дерущийся жестоко. Мы вывели войска ему навстречу, Чтоб окружить и уничтожить в сече. Вступили в бой за нашею границей, До вечера не прекращали биться. Мы с Уангуром бились так геройски, Что убежал он ночью вместе с войском». Батрадз ответил старикам почтенным: «О замысле скажу вам сокровенном — Хочу я Уангура проучить, Чтоб близко к нам не смел он подходить». Батрадз коня лихого оседлал И по дороге пыльной поскакал. За ним пустились толпы молодежи: «С тобою в бой пойти хотим мы тоже. Возьми и нас, чтоб мы могли сражаться И в битвах грозных духом закаляться». Батрадз сказал им, взяв с собой в дорогу: «Вы будете в сраженье мне подмогой». Оставили они свое селенье, Не чувствуя ни страха, ни волненья. Вперед они летят лавиной бурной К земле врага, на битву с Уангуром. А на авсурге черном впереди Летит Батрадз с огнем в стальной груди. Глаза Батрадза грозно мечут искры, И своего коня он гонит быстро, А где ступают конские копыта, Там впадинами вся земля изрыта. Так подскакали к вражьему селу, Врагу послали вызова стрелу. А лучник-вестник, возвратясь в дружину, Сказал: «Врагами был я ранен в спину», И больше он не произнес ни слова, Упал с коня. Бил землю конь подковой. Отсутствовал в то время Уангур, Явился в бой брат младший — Хафтангур. Свои войска повел он в наступленье, Стальным мечом взмахнул с ожесточеньем. Батрадз в ответ на это, обозленный, Из ножен вынул меч свой закаленный. Лишь встретился с врагом Батрадз Стальной, Как и дружины их вступили в бой. Они друг друга копьями кололи, Не чувствуя в пылу сраженья боли, Без устали сражались целый день, Пока на землю не спустилась тень. Усталый Хафтангур щит опустил И отступить с войсками поспешил. А Уангур в вечерний этот час, Из дальнего похода возвратясь, Заметил, что старейшие села Несли к западзу мертвые тела. Спросил старейших он, луны бледнее: «Кто поле боя мертвыми усеял?» Старейшие ответили сердито: «Будь проклят ты за то, что мы разбиты. Своим злодейством ты навлек гнев нартов. Героев павших не вернешь обратно. С врагами биться мы не в силах боле, А завтра надо быть на бранном поле». Когда узнал могучий нарт стальной, Что возвратился Уангур домой, Он вестника к нему отправил снова. Промолвил войску Уангур суровый: «Бессильны мы. Пред нами враг могучий. Заплатим-ка дань крови нартам лучше, И в безопасности от них мы будем. Щит примиренья приготовьте, люди». Зарезали быков, столы накрыли, На кувд в знак мира нартов пригласили. Сиротам всем и неутешным вдовам Героев, павших в тех боях суровых, В оплату крови, пролитой в сраженье, Направили немало подношений.КУВД БУРАФАРНЫГА
Когда Батрадз, сражавшийся геройски, В селенье нартов возвращался с войском, С отарами для дряхлых стариков И для сирот, и для несчастных вдов, С ним встретился у крепости старинной Бурафарныга старший сын с дружиной. И встречный воин дерзко закричал: «Эй, вы, младенцы! Где же ваш причал? Откуда вы? Коль ехать далеко, То с губ своих сотрите молоко. От ваших стад, хоть я вас не неволю, Но вам придется уделить мне долю». Батрадз могучий стал мрачнее тучи: «Удар меча — задаток самый лучший. А крови дань, что взяли мы для вдов, Сирот своих и дряхлых стариков, Мы первым встречным не вернем обратно» Фарныга сын тут вызов бросил нарту. Стрелу врага Батрадз перехватил И, вынув меч, врага им поразил. Потом свой меч проворно в землю вбил, Дубовые носилки смастерил, Врагам сказал спокойно: «Не взыщите, Носилки злополучные возьмите. Заботе вашей поручаю их». Вскочили нарты на коней лихих И полетели быстрою стрелой, Лес оглашая песней боевой. И скот был отдан вдовам, дряхлым старцам, Чтоб не пришлось им более нуждаться. Тогда Батрадз отправился к Сатане И снял с себя доспехи поля брани. Надел он шубу ветхую, арчиты, Заснул в гумне на сене, как убитый. Бурафарныг в то время пир устроил И молодежь вниманьем удостоил, А сам степенно поместился рядом Со стариками и Сайнаг-алдаром. Лишь только тост произнесли почетный, Как стук потряс тяжелые ворота И на пороге появился вестник. Застыли пировавшие на месте. Он от порога два шага отмерил, Сжав плеть рукою левой — знак потери. Во двор большой он ввел коня гнедого, А вслед за ним и скакуна другого Ввел под уздцы, с седлом, но без подпруг. Опомнились пирующие вдруг. Вот показались черные носилки. Покрытый черной буркой, на подстилке Лежал погибший от руки Батрадза. Убитого узнали гости сразу. И пир алдаров, что недолго длился, Мгновенно горькой тризною сменился. Погибшему западз соорудили, И с плачем горьким труп похоронили. А утром у гонца отец спросил: «Скажи, кто сына моего убил?» «Убийца из бораевского рода, — Гонец ответил. — С виду благородный. Глаза его, как сито, велики, Железные кувалды — кулаки, Имел не зубы, а клещи тот встречный, Холмов булатных крепче были плечи. Домой он ехал, песни распевая И никого ничем не задевая. Твой сын ему дорогу преградил И дерзким словом первый оскорбил». Тогда сказал хозяину Сайнаг: «Нет, не погибнет от стрелы твой враг, Убить его возможно только ядом На южных склонах ползающих гадов». Бурафарныг созвал своих людей, И принялись они за ловлю змей. И вот корзины доверху набиты Тяжелым грузом, скользким, ядовитым. Тогда гонцов хозяин разослал, Чтоб каждый вестник всех оповещал. «Снимаю траур и прошу в мой дом Друзей и тех, кому я был врагом. Все приходите на веселый пир, Таких пиров еще не видел мир». Тут нартов хлынули живые реки. Здоровые, больные и калеки — Все собрались на этот кувд великий. Из дальних стран явились и малики. Задумано все было хорошо. Один Батрадз на пиршество не шел. Бурафарныг, пылая жаждой мщенья, Послов отправил в нартское селенье. И чтобы вдруг не получить отказа, Направил и невестку он к Батрадзу: Нарт женщине не может отказать. Батрадз пришел, чтоб с ними пировать, Бурафарныг, застыв от черной злости. С притворной лаской преподносит гостю Искусно разрисованную чашу: «Пей, нарт, до дна во имя дружбы нашей!» Склонился нарт над чашею своей, Усов концами он коснулся змей. Исколотые острыми усами, Они Батрадза испугались сами, На дно нырнули и свернулись там. А смелый нарт всю чашу осушил И, кинувши лжецу, проговорил: «Благодарю тебя за угощенье. Твой сладкий ронг я выпил с наслажденьем. Ну, а теперь, хозяин, будь смелей И сам отведай ядовитых змей». Бурафарныг был посрамлен пред всеми, А нарт, смеясь, пошел в свое селенье. С тех пор при срыве всяких дел нечестных Ответ дают пословицей известной: «Затея эта провалилась мигом, Как провалился пир Бурафарныга».