Страница 23 из 54
КАК БАТРАДЗ ЗАКАЛЯЛСЯ
Лишь брызнули рассветные лучи, Батрадз проснулся, на ноги вскочил И в ручейке, под черною скалой, Омыл лицо жемчужною водой. И взвился он по солнечным лучам, Протянутым, как нити, к небесам. И, двигаясь стрелой по небосклону, Примчался к кузнецу Курдалагону, Остановился на его пороге, Сказал: «Хозяин, я к тебе с дороги. Наружу выйди, встреть земного гостя, С поклоном он тебя об этом просит». На зов его пришел Курдалагон, Спросил его, кто и откуда он. Тогда Батрадз решил ему открыться. «Да будет фарном труд твоей десницы! Хочу закал, необходимый мне, Принять в твоем немеркнущем огне». Курдалагон подумал про себя: «Коль закалю такую силу я, То никому не даст она покоя». Но вслух кузнец сказал совсем другое: «Работаю я каждый день упорно, Но в праздники не разжигаю горна. Да и к тому ж задача нелегка, Когда в запасе нет и уголька. Ты знаешь сам, что для закалки крепкой Потребуются угли, а не щепки. Коль через год придешь ты в это время, То на себя возьму я это бремя. Ну, а теперь входи без огорченья, Домашнего отведай угощенья. Уже давно от нартов гостя жду я». Ответил нарт: «Тебя благодарю я, Но должен возвратиться я обратно, К себе домой, задолго до заката». И маленький Батрадз пустился в путь. Ему волненье разрывало грудь. По солнечным лучам он вниз спустился, С Сатаной неудачей поделился: «Ни с чем пришел я от Курдалагона, Не хочет он, чтоб был я закаленным». Тогда Сатана мудрая спустилась В сокровищницу, где кольцо хранилось, И вынесла его на свет к Батрадзу. И золото сверкнуло солнцем сразу. Она сказала: «Не найдешь ты краше. Возьми кольцо — наследство предков наших. С ним в небо поднимись без промедленья. Оно небесной лестницы ступени Тебе, как солнце, осветит лучами. По лестнице ты поднимись сначала, Как я советую, к владыке бурь. Он молниями разожжет лазурь И бурями огонь легко раздует, И небеса пожаром забушуют. Огня владыка — и к нему зайди — Тебя огнем и углем наградит. К владыке туч ты соберись потом, На землю он обрушится дождем, И вздуются озера и моря. Тогда, одним желанием горя, Ты крепче стали закалиться сможешь, Стальную мощь во много раз умножишь». И вот Батрадз, покинув стены дома, На небеса зашел к владыке грома. Дал Бардуаг ему небесных искр. К владыке бурь его поход был быстр. Усилил бурю Бардуаг великий. Огонь и уголь дал огня владыка. Владыка туч — потоки вод студеных. Потом Батрадз пошел к Курдалагону. Там, в облаках, он стал еще проворней И спрятался без разрешенья в горне. Никто его не видел, и в углу Он со своим фандыром сел в золу. Владыка бурь развел огонь в том горне. Огня владыка свой огонь огромный Одной рукою в этот горн кидал, Другой рукою уголь подавал. И все сильнее раскалялся горн, Огонь, слепя, пылал со всех сторон. Себя Батрадз в том горне ловко скрыл, Поет себе, лаская свой фандыр. Курдалагон был сильно удивлен, Когда увидел, что пылает горн. Он в кузницу вошел и обомлел: «Я много видел необычных дел, Но не видал такого чуда в мире. Эй, кто играет в горне на фандыре? Как видно, гость. А я и не приметил». Батрадз из горна кузнецу ответил: «А ну, кузнец, раздуй меха сильнее, От холода я, право, коченею». Кузнец Батрадза смелого узнал По голосу и так ему сказал: «Ну, ладно, я свое нарушу слово. Лишь для тебя», — добавил он сурово. Курдалагон снял со стены совок, Все угли всыпал в горн до одного. Батрадза тело долго накалялось, И грудь его от жара расширялась. И нарт фандыр свой в руки взял опять И струны ловко стал перебирать. И чем Батрадз играл искусней в горне, Тем и кузнец бил молотом задорней. Стук молота и грохот наковальни Сливались с пеньем в небесах хрустальных. Как гром, те звуки отзывались в мире И всех существ на свете пробудили. Кузнец небесный продолжал стараться, Хоть угля перевел возов двенадцать. И выбился из сил Курдалагон. А нарт Батрадз поет под гром и звон: «Великий мастер неба и земли, В огне меня скорее закали!» И час желанный, наконец, настал: Он закалил Батрадза, как металл. С работой справился Курдалагон, Своим закалом был доволен он. Курдалагон промолвил Бардуагу: «В награду за великую отвагу, Чтоб до конца Батрадз стал закаленным, Отдай его пучине разъяренной. Пусть охладится он в воде холодной». И Бардуаг тогда вздохнул свободно, Высоко поднял молот свой, не споря, И выбросил Батрадза в волны моря. Батрадз исчез, покрытый белой пеной. От жара море высохло мгновенно. Донбетры моря, дружные с водой, Вдруг очутились на земле сухой. Тут Бардуаг послал свирепый ливень, Что несравним с дождями проливными. Тогда морские рыбы и донбетры Нырнули в море под напевы ветра И от мучений были спасены Прохладою и влагою волны. И вновь вода дошла до берегов, Обильным снова в море стал улов. А маленький Батрадз покинул море, Пошел домой он, торжествуя, вскоре, Пошел он к нартам с сердцем облегченным, Огнем, водой навеки закаленный.