Чердынец

В общем, вернулись мы в Кировск, прожив в Крыму полтора года.

Вроде и малой я еще был, да и что я там мог увидеть за полтора года? А вот всю жизнь меня туда тянуло, и отдыхать туда неоднократно ездил, и совсем переехать планировал, после — «Крым наш!». Так бы и было, если бы не тот придурок с карабином в руках!

В Кировске с жильем было тоже — не очень. Это сейчас, в семидесятых только начинают разворачивать программу по строительству жилья. В полной мере она начнет работать к концу семидесятых и в восьмидесятых. А сейчас — пока все грустно.

Уехав в Крым, квартиру мы потеряли.

Вот в будущем, читая статьи в интернете, и просто батлы сторонников Союза и демократов, постоянно натыкался на такой огромный плюс социализма в России — квартиры давали бесплатно. Так и есть, давали. Только, если быть уж совсем честным — как скоро тебе ее дадут, зависит от организации, где человек работает. В строительных организациях — давали жилье быстро, редко кто больше трех лет ждал. В других организациях — где как, можно и пять лет ждать! И общежитий у многих организаций просто нет! А где людям жить все эти три-пять лет? А дети как?

Про «бюджетников» — учителей, врачей, милиционеров — вообще молчу: они могли дожидаться квартиры десятилетиями! Вот реально — десятилетиями! Были у меня знакомые, которые ждали и десять, и двенадцать лет!

И еще один минус был — примерно до середины восьмидесятых годов — работник, увольняясь с предприятия, квартиру свою — терял! Уволился — будь добр, освободи жилплощадь, забирай весь свой скарб, детей, жену — и свободен! В зимнее время не выселяли, а летом — только в путь! Бывали прецеденты, ага!

Ладно, если на новом месте работы, дела с квартирами обстоят хорошо, дадут новую! А если нет?

Или еще вариант — администрация старого места работы, договаривалась, на каких-то интересах, с администрацией нового места работы об оставлении квартиры за работником. Но то — тоже было очень нечасто! Лишь в отношении каких-то уж совсем нужных и дефицитных работников!

После — начали закреплять жилье за человеком. И вот тогда уже большие проблемы у работодателей начались — человек, получив квартиру, начинал искать либо где зарплата побольше, либо — где работа полегче! Текучка пошла — мама, не горюй!

Сейчас жилье в РТС состоит из двух видов: частные дома, которых больше и жилье предприятия. РТС строил дома довольно активно, но какие это были дома? Или одноэтажные деревянные дома по три квартиры в каждом. Квартиры в таких домах были — «малюхошные»! Маленькая кухонка и примерно такая же комната. Другой вариант — двухквартирные дома: здесь и кухня, и комната уже больше!

А еще — двух и даже трехэтажные бревенчатые дома с разными квартирами. Таких домов в РТС было штук пять — пара из них с квартирами получше. Там и кухня приличная и по две комнаты — зал, побольше и спальня, поменьше. Вот такую квартиру мы и потеряли!

В других «скворечниках», как их язвительно называли, были этакие квартиры — «пеналы», где совсем маленькая темная кухня (она же — прихожая) и узкая, длинная комната, куда толком и две койки не поставишь. Ну — может стол еще между кроватями втиснешь!

Были еще и два длиннющих брусовых барака — они остались еще с довоенных времен. Входы в бараки были — с торцов, и один — посредине. Раньше с торцов располагались разные нежилые помещения — и клуб там одно время бытовал, и медпункт, и магазин, и почта. Потом для этих целей построили другие здания, а торцевые помещения отдали под квартиры. Вход посредине барака вел в длинный и широкий коридор, в котором с обоих сторон располагались двери в жилые комнаты. Комнаты, надо сказать, не совсем маленькие — не как в «скворечниках» — метров по шестнадцать квадратных. Но в торцевых комнатах площади все же — побольше, метров по двадцать!

Еще были четыре кирпичных двухэтажных, по восемь квартир в каждом, дома. Комнаты там были большие — каждая метров по двадцать. Были здесь квартиры однокомнатные (кухня+комната), а были — двухкомнатные. Дома эти были новыми, их и построили только лет пять-шесть назад! И все помнили, что раньше на месте этих домов, располагалась целая площадь, усеянная самыми настоящими землянками! Вот уж где жесть настоящая! Землянки в Союзе, в шестидесятых!

Поэтому, тот факт, что все перечисленные мной дома вовсе не располагали никакой инфраструктурой — ни водоснабжением, ни туалетами, ни газом — никого не пугал! Эти кирпичные дома еще считались и очень хорошим вариантом!

Я как-то уже в восьмидесятых спросил у бати — вот, дескать, покатался по Союзу, и в Украине был, и на Кубань меня заносило, и даже в Белоруссии отметился и понял, что нигде, кроме России и Сибири, люди так плохо не живут! Почему так?

Батя все же и умным, и мудрым человеком был:

— Ну сам подумай! У нас же войны здесь не было, а там за четыре года все было развалено! Вот всем Союзом мы и восстанавливали и Украину, и Белоруссию, и Кубань ту же. Поэтому там и города современные, и села — благоустроены. А про нас, после восстановления, как будто и забыли — что там у вас восстанавливать, ничего же не разрушалось. Поэтому мы и живем — так как живем, а они там — куда как лучше!

Да… Вот так вот русский Ваня на себе все и прет! Всю историю страны!

Да, вот такую комнату нам и дали, по возвращению, в торце барака — и то только потому, что мама, и, что еще больше — батя, пользовались уважением и ценились, как работники! Скарб мы тоже изрядно подрастеряли при переезде, потому, в первое время, пришлось собирать с родных и знакомых — «с миру по нитке» очень многое.

Ага:

«Нам счастье досталось не с миру по нитке!».

То есть жили очень небогато, и это еще — мягко сказано!