Связи с общественностью

Лиам идет прямо за мной.

— Эйвери, подожди.

Я резко разворачиваюсь и пригвождаю его убийственным взглядом.

— Я не хочу сейчас об этом говорить. Ты и так устроил мне достаточно неприятностей. Я не хочу, чтобы меня видели с тобой.

Он принимает небрежную позу.

— Отлично. Я выпью в баре, а потом встретимся наверху.

— Отлично, — фыркаю я.

Я игнорирую любопытные взгляды и жду лифта. Оказавшись в своей комнате, я сбрасываю туфли и хожу взад-вперед, делая глубокие вдохи. Одно можно сказать наверняка — когда Лиам Максвелл войдет в эту дверь, он получит по ушам.

Глава 18

Лиам

Оглядываясь назад, понимаю, что нападение на этого придурка было не самым умным шагом, но я не мог позволить ему разговаривать с Эйвери подобным образом. Когда я увидел, что он стоит рядом с ней, положив руку ей на плечо, не подумал, а просто отреагировал. Да еще как неандерталец.

Я захожу в свой гостиничный номер и бросаю взгляд на соседнюю дверь. Эйвери настояла на том, чтобы у нее была своя комната на случай, если мы сведем друг друга с ума, но не собирался позволять ей уйти далеко. Я позвонил в отель сразу же после того, как она покинула в тот день мой офис, чтобы убедиться, что у нас были смежные номера.

Дверь с ее стороны закрыта, и я стучу, готовясь к ее гневу. Разве это неправильно, что мой член становится твердым только при мысли о том, чтобы увидеть ее всю возбужденной?

Через несколько ударов она открывает дверь и отступает в сторону, чтобы я мог переступить порог. Более скромный мужчина обмочил бы свои штаны от того взгляда, которым она на меня смотрит.

Я многозначительно смотрю на кровать.

— Ты явно злишься. Наверное, нам стоит просто вытрахать это из тебя. Было бы стыдно упустить возможность воспользоваться кроватью теперь, когда она прямо перед нами.

Прежде чем пересечь комнату и сесть за письменный стол, она окинула взглядом огромный матрас.

— Меньше всего мне сейчас хочется заниматься сексом.

Я ослабляю галстук и расстегиваю две верхние пуговицы рубашки.

— Я ничего не говорил о сексе. Я сказал «трахаться» — то, что мы очень хорошо с тобой делаем, особенно когда злимся.

Эйвери закатывает глаза.

— Ты даже не представляешь, в какое опасное положение меня поставил, правда? Не представляешь, как твоя выходка в стиле «ревнивый парень» может испортить мою репутацию.

— Ревнивый парень, черт возьми, — бормочу я.

Она вскакивает со стула и раздраженно вскидывает руки.

— Ты вообще слушаешь себя, Лиам? То, как ты вел себя там внизу, было неприемлемо! Мало того, что я стану предметом всех сплетен в городе, но теперь люди будут действительно сомневаться в моих достижениях. Они еще подумают, что я достигла всего через постель!

— Это чертовски смешно, — фыркаю я. — Любой, у кого есть хоть капля мозгов, может увидеть, насколько ты чертовски умна и способна. Я защищал тебя там внизу, Эйвери. Тебе следовало бы поблагодарить меня. Предпочтительно с моим членом в твоей заднице, но меня бы устроил и твой рот.

— Ты что, совсем спятил? Я не хочу, чтобы ты был рядом со мной. — Она хлопает меня ладонями по груди, пытаясь оттолкнуть назад. — Ты чертов нарциссический социопат!

Я сжимаю свои руки вокруг ее сжатых кулаков, когда она снова пытается толкнуть меня.

— Следи за своим гребаным ртом.

Эйвери борется с моей хваткой и отшатывается назад, когда я отпускаю ее.

— Или что, Лиам? Что ты можешь сделать со мной такого, что было бы еще хуже, чем-то, что случилось в том бальном зале? Ты, бл*ть, меня унизил!

— Может, ты откроешь свои чертовы глаза? — кричу я. — Ты упускаешь главное!

— Упускаю главное? — кричит она.

— Что я бл*ть люблю тебя! Половину времени я тебя терпеть не могу, но все равно почему-то влюбился в тебя. — Я делаю глубокий вдох и добавляю: — Он прикасался к тебе, Эйвери. Никто не трогает то, что принадлежит мне. А. Ты. Моя.

Она быстро моргает, словно ошеломленная. А в следующее мгновение она набрасывается на меня и прижимается губами к моим губам.

— Я так сейчас зла на тебя, — бормочет Эйвери.

Я прикусываю ее нижнюю губу.

— Да, и я сейчас не так уж без ума от тебя.

— Просто заткнись. — Она вытаскивает мою рубашку из брюк и начинает расстегивать пуговицы.

Я вожусь с застежкой-молнией на спине ее платья, затем на мгновение прерываю поцелуй, чтобы стянуть рубашку и галстук через голову. Наше отчаяние не имеет себе равных — оно настолько всепоглощающее, что не успокоится, пока не загорится и не сгорит дотла. Мы торнадо из небрежных поцелуев и жадных рук, когда раздеваем друг друга.

Мы смеемся, когда в спешке падаем на пол, переплетаясь руками и ногами, пока, наконец, не оказываемся кожа к коже. Когда ее обнаженное тело прижимается к моему, это уже не смешно.

Вместо того, чтобы двигаться к кровати, я хватаю бедра Эйвери и сползаю вниз, пока ее блестящая киска не оказывается прямо над моим лицом. Она задыхается, когда мой язык вырывается наружу и находит ее горячий центр, уже распухший от возбуждения. Я наслаждаюсь ее прекрасным рывком, пока она не начинает громко стонать. Поднимаю ее бедра выше, чтобы обвести языком ее анус, одновременно погружая пальцы в ее влагалище.

Обычно я не делаю этого, но, кажется, с ней просто не могу остановиться. Эйвери так громко кричит, как сильно она этого хочет, как сильно ей это нравится, что я не удивлюсь, если люди двумя этажами ниже смогут нас услышать.

Эта потрясающая женщина беззастенчиво катается по моему лицу, выкрикивая мольбы «больше», «сильнее», «вот здесь», и «не останавливайся», пока она не кончает так сильно, что я, бл*ть, вижу звезды. Наверно потому, что ее бедра сжимают мою голову, как самые изысканные тиски. Как только дрожь утихает, подхватываю ее, перегибаю через край матраса и снова, и снова вонзаюсь в ее тугой канал, а она вцепляется в одеяло, крича от удовольствия.

Я смазываю свой палец ее соками, раздвигаю ее ягодицы и трогаю пальцем ее сморщенную дырочку. Ее спина выгибается, когда я добавляю второй палец. Она нетерпеливо толкается назад, поднимая попку все выше и выше оттого, что ее так широко растянули. Несмотря на то, что внешне Эйвери кажется очень сдержанной, в постели она просто чертова львица. Моя грязная девчонка обожает двойное проникновение.

Я сжимаю пальцы в ее тугой дырочке.

— Мне нужна твоя задница, Эйвери. Ты собираешься отдать ее мне?

— Да! Да! Боже, да! — кричит она, когда очередной оргазм пронзает ее тело.

Я вытаскиваю свой член и пальцы, когда ее мышцы расслабляются.

— Не шевелись.

Я бегу обратно в свою комнату, направляясь прямо к своей сумке, чтобы взять тюбик смазки, которую я привез с собой. Никогда не знаешь, когда это может понадобиться, а я человек, который считает, что всегда нужно быть ко всему готовым.

Я покрываю свой член скользким гелем и глажу себя, когда возвращаюсь в соседнюю комнату. Эйвери сделала все, как я просил, не пошевелила ни единым мускулом. Я провожу пальцем вниз по ее спине и раздвигаю руками ее ягодицы.

— Ты готова для меня?

Она стонет, когда я прижимаю головку члена к ее тугому маленькому розовому бутону.

— Перестань валять дурака и засунь в меня свой член.

Эйвери стонет, когда я шлепаю ее по киске за то, что она умничает. Я подаюсь вперед, и мой член легко скользит в ее тугую маленькую попку. Я щиплю ее клитор, облегчая путь, чтобы проникать все дальше и дальше, пока мои яйца не коснутся ее круглых ягодиц.

Мы делали это уже несколько раз, так что я должен знать, чего ожидать, но я никак не могу подготовиться к тому, насколько она напряжена.