Страница 15 из 19
В этом году Лиама чествуют в списке сорока людей, которые известны тем, что переосмыслили роль коммуникаций, PR и маркетинга, поэтому он должен быть здесь и участвовать в течение всего мероприятия. Официальная конференция начнется только завтра, но прямо сейчас, к большому огорчению Лиама, мы идем на приветственную коктейльную вечеринку.
Лиам наклоняется к моему уху.
— Вся эта болтовня и подлизывания — чушь собачья.
Я улыбаюсь.
— Болтовня — это то, чем ты зарабатываешь на жизнь.
— Да, потому что именно за это мне и платят, — ворчит он. — Пустая болтовня с кучкой придурков никак не влияет на мой доход. Во всяком случае, это мешает мне зарабатывать деньги, потому что я должен быть здесь и общаться, а не работать. Я не люблю делать то, за что мне не платят.
Мои губы дергаются.
— О, я даже не знаю… Я могу придумать несколько вещей, которые по-настоящему доставляют тебе удовольствие. Вещи, что у тебя очень хорошо получаются, и ты не зарабатываешь ни цента.
Его глаза загораются весельем.
— Мисс Джейкобс, вы флиртуете со мной? — Лиам театрально прижимает открытую ладонь к груди. — Успокойся, сердце мое!
— Не стоит так волноваться. — Я закатываю глаза. — Я не говорила, что мне нравится заниматься с тобой такими вещами.
— Не заставляй меня целовать тебя перед всеми этими людьми и доказывать, что ты ошибаешься. Я уверен, что это вызовет настоящий переполох, но ты и так уже должна знать, как далеко я готов зайти, чтобы доказать свою точку зрения.
Я свирепо смотрю на него.
— Ты не посмеешь.
Лиам не смог бы выглядеть более самодовольным, даже если бы попытался.
— Поверь мне.
Между нами повисает молчание по меньшей мере на минуту, прежде чем нас прерывают.
— Лиам Максвелл! — Клинт Робертс, главный публицист крупной социальной медиаплатформы, хлопает Лиама по спине, как будто они лучшие друзья. — Я не видел тебя уже много лет! Им пришлось подкупить тебя наградой, чтобы ты пришел сюда, да?
Лиам натягивает на лицо улыбку, но она явно вымучена.
— Клинт, рад тебя видеть. — Лиам кивает в мою сторону. — Ты знаком с моим директором по связям с общественностью Эйвери Джейкобс?
Клинт пожимает мне руку и говорит моей груди:
— Да, конечно. Эйвери была настоящей звездой здесь, в Нью-Йорке. Рад снова тебя видеть. — «Но я предпочел бы видеть тебя голой», — это явно подразумевалось в его тоне. — Так этот парень вытащил тебя на западное побережье, да? Если ты когда-нибудь устанешь от всех этих голливудских типов, для тебя всегда найдется место в моей команде.
«И в моей постели», — вот чего он не говорит.
Я привыкла иметь дело с такими парнями. Публицисты вообще слишком самоуверенны, но такие люди, как Клинт, поднимают это на новый уровень. Он не только чертовски высокомерен, но еще и женоненавистник. Видит бог, я уже достаточно наработалась на отца Стюарта.
Лиам выглядит так, как будто собирается ударить этого парня, поэтому я слащаво улыбаюсь и говорю:
— Спасибо за предложение, Клинт, но я вполне счастлива в «Максвелл». — Я заговорщически наклоняюсь к нему и понижаю голос. — Кроме того, ты никогда не сможешь заплатить мне достаточно, чтобы я работала на такого придурка, как ты.
Клинт прищуривается.
— Я вижу, что твой новый босс начинает тебе надоедать. — Он переводит взгляд на Лиама. — Вы меня извините, у меня встреча с другими людьми, с которыми я предпочел бы поболтать.
— Да уж, ты это сделаешь, — бормочет Лиам. Когда Клинт оказывается вне пределов слышимости, он поворачивается ко мне. — Ты в порядке?
— А почему нет? — Я пожимаю плечами.
— Потому что этот парень — придурок, — отвечает он. — И он не переставал смотреть на тебя так, словно ты была самым сочным бифштексом, который он когда-либо видел.
— Ты тоже всегда такой придурок и смотришь на меня точно так же.
— Верно, но тебе же нравится, когда я это делаю.
Я смеюсь.
— Ты как всегда, слишком самоуверен.
— Я бы предпочел, чтобы ты была наполнена мной. Мы должны это сделать. Разве мы не пробыли здесь достаточно долго?
— Мы могли бы сделать это быстрее, если бы разделились, — предлагаю я. — Как насчет того, чтобы ты занялся левой половиной комнаты, а я — правой? Встретимся наверху через час.
Лиам кивает.
— Сделай это за сорок пять минут, и дело в шляпе.
Сорок минут спустя, не то чтобы я считала, я уже собираюсь выскочить из бального зала, где проходит вечеринка, но меня останавливает слишком знакомая хватка на моей руке.
Я отшатываюсь от него.
— Стюарт, ты потерял право прикасаться ко мне десять месяцев назад.
Мой бывший жених одаривает меня вкрадчивой улыбкой.
— Да ладно тебе, Эйвс, не будь такой. Я не видел тебя целую вечность.
— А также ты потерял свои права, когда солгал, чтобы меня уволили.
— Я действительно думал, что так и было, — настаивает он. — Но потом… Я понял, что был неправ, и мне очень жаль. Я даже отцу сказал, но ты уже была в Калифорнии.
Я улучаю момент, чтобы оглядеть его. Как я вообще могла найти этого мужчину привлекательным? Конечно, он, красив в обычном смысле этого слова, но в глубине души он — ядовитая змея, ищущая любую возможность нанести удар. Почему же я этого не видела?
Очевидно, я слишком долго смотрела на него, потому что Стюарт воспринял это как приглашение войти в мое личное пространство.
— Я скучаю по тебе, Эйвс. Я скучаю по нам. У тебя ведь есть комната наверху, верно? Мне бы очень хотелось попасть туда, заново с тобой… познакомиться.
Я снова отмахиваюсь от его нежелательного прикосновения.
— А что подумает об этом Каллиста, Стюарт?
Он пренебрежительно машет рукой.
— Каллиста была пятном на радаре, ошибка в суждениях, если хочешь. Она и в подметки тебе не годится, Эйвери. Никто не годится.
Можете ли вы поверить, что этот парень такой нервный? Прямо перед тем, как я собираюсь броситься на него, позади меня грохочет низкий голос.
— Эйвери, ты готова идти? — Лиам собственнически кладет руку мне на поясницу, что не остается незамеченным Стюартом.
— Да… конечно, — говорю я. — Я покончила с этим разговором еще до того, как он начался. — Лиам слегка надавливает на мой позвоночник, чтобы вывести меня из комнаты.
— Так вот в чем дело? — усмехается Стюарт.
Я останавливаюсь.
— И в чем же дело, Стюарт?
Он делает жест в сторону Лиама и меня.
— Ты спишь со своим боссом? Я думаю, это объясняет, как ты получила такое большое повышение. Хотя стандарты Максвелла явно низки, учитывая твою паршивость в койке.
Он что, нанял кого-то, чтобы тот держал свечку? Прежде чем я успеваю сказать Стюарту, чтобы он отвалил, Лиам прижимает его к стене.
— Слушай меня, ублюдок, — рычит Лиам. — Во-первых, Эйвери получила эту работу, потому что она более талантлива, чем ты когда-либо будешь. Черт возьми, она талантливее большинства людей в этой индустрии. Мы с тобой оба знаем, что она делала всю работу, а ты просто болтался рядом.
Лиам наклоняется ближе и понижает голос, чтобы только мы трое могли его слышать.
— Во-вторых, она просто потрясающе трахается. Невероятно отзывчивая. Восторженная. Готова попробовать все что угодно. Она такая ненасытная, что в обеденный перерыв отсасывает мне под столом. Прямо сейчас мне очень хочется придушить тебя, но я думаю, что должен поблагодарить тебя за то, что ты все испортил. — Лиам отступает назад и поправляет галстук. — Она — самое лучшее, что когда-либо случалось с моим бизнесом или моим членом.
Лицо Стюарта так покраснело, что стало багровым. Его глаза расширяются, когда он оглядывает бальный зал и видит, как много внимания мы привлекли. Я делаю то же самое. Я хочу задушить обоих мужчин перед собой, но это только вызовет еще большую сцену. Вместо этого, я спокойно выпрямляю спину и выхожу за дверь, не сказав больше ни слова.