Космоэколухи

— В том числе, — вежливо ответил капитан, припоминая, что Мерак находится в этом же секторе. — Хотите, чтобы мы туда что-то доставили?

— Т-та. — Инопланетянин коснулся парой щупалец своего по-прежнему безмолвного и как будто чем-то одурманенного спутника. — Нахс-с-с.

— Но это не пассажирское судно, — слегка растерялся капитан. — Боюсь, мы не сможем обеспечить вам должный уровень комфорта. К тому же… — Станислав замялся, намекая, что понятия не имеет о жизненных потребностях меракийцев. Может, им озонированный воздух нужен, кислотный душ или вакуумный туалет.

— Нах-хша ра-а-аса крайне непкри-ихотлива, — развеял капитанские опасения инопланетянин. — Мы спсобны схщствовать в ку-уда больтшем ди-ипазоне темпртур, с-сред и изс-случений, чем люуди. На-ахс ус-строит лубо-ое пмщение, где мы смжем вытха-ануться во весь росхт и прхстегнуться на-а-а время пшерегрузок.

— У нас есть несколько свободных кают, — признался Станислав, все еще колеблясь. — Но мы не рассчитывали на пассажиров, придется срочно пополнять запасы провизии и воды…

Синие отметины на лбу меракийца потемнели еще больше.

— Нхе сто-оит бс-спкойства, — проскрипел он. — В эт-то время ци-ыкла мы не птаемся.

— Но почему бы вам просто не купить билет на один из этих красавцев? — Станислав кивнул на ряд почти одинаковых межзвездных лайнеров, различающихся только корпоративной расцветкой.

— Мы опздали на-а свой рейхс, — инопланетянин мелко задрожал боками, выражая скорбь или досаду, — а схледуюш-ший букдет тлько чрез не-еделю. Мы нхе-е мо-ожем позволить с-себе такую з-задержку: два, от си-илы тхри дня. Вы — нахш еди-инственный ша-анс попахсть на Мера-ак в-время.

— А зачем вам туда? — неделикатно, но благоразумно поинтересовался Станислав. Не хватало еще связаться с нелегальными беженцами или, хуже того, преступниками в розыске.

— Трдиции нашей рас-сы, — коротко ответил инопланетянин. — Мы длжны вс-с-стретить семна-адцатый всен-ний пхрилив на родной планете, ина-аче наши жзни утратят счмысл, а ду-уши не верхну-утся в пхрародитеель-окхеаан.

— То есть это нечто вроде паломничества? — на всякий случай уточнил капитан.

— Дха-а, — помедлив, подтвердил меракиец. — Хотя в ва-ашем языке дхля этого е-есть более пдходящее сло-ово…

— Мигх-храция, — внезапно подал голос его спутник. И, округлив пасть, издал низкое горловое гудение, едва уловимо меняющее тональность. Первый меракиец ответил ему утробным бульканьем и снова обратился к Станиславу:

— Мы зплатим вам три-ихста едниц. При ухсло-овии, что вы дставите на-ас на Мерак не пзднее чем чхрез пять дней.

— Хорошо, по рукам… в смысле, договорились, — с легкой обидой согласился капитан, догадавшись, что разговор был в духе «да предложи ты ему наконец денег, людей интересует только это!». — Где ваш багаж?

— С-сдесь. — Инопланетянин бережно переплел щупальца на животе. — Бльше на-ам уже ни-ичего не нжно.

Оставив меракийцев обживаться в каютах, Станислав задержался в коридоре, почесывая макушку под фуражкой. Надо бы предупредить команду о пассажирах, ибо внезапно встретить их в санузле означало остаться там еще надолго. Но, похоже, все остальные еще бессовестно дрыхли. Только за дверью Полининой каюты слышалась какая-то возня.

Станислав постучался, дождался сонного: «Да, войдите!», и сенсор замка сменил цвет с красного на зеленый.

Едва дверь приоткрылась, как кошка выскочила из-под кровати, проскользнула меж капитанских ног и унеслась в неизвестном направлении.

— Полина! — возмутился Станислав, запоздало подскакивая. — Я же приказал тебе избавиться от этой дряни!

— Я пыталась, — печально зевнула девушка. — Но наткнулась на ту сумасшедшую волонтершу с микрофоном. Пришлось вернуться.

— Что, она всю ночь у нашего корабля крутилась? — изумился капитан, выглядывая в иллюминатор. За ним порошил мелкий снежок — сто лет назад, до глобального потепления, в середине декабря здесь лежали бы сугробы до пояса. А сейчас земля едва подернулась тонкой белой пленочкой, на которой отчетливо пропечатались чьи-то следы.

— Не знаю, я больше не выходила, — чуть виновато призналась Полина. — Струсила. Если кошка для них ценнее грузовика, то за ее вышвыривание, наверное, полагается смертная казнь.

Станислав поскреб подбородок и нехотя решил:

— Ладно, выпустим кошку в следующем порту. Только поймай ее поскорее, пока она снова куда-нибудь не залезла!

Полина так тоскливо посмотрела на капитана, что тот вспомнил, что сам еще с утра не умывался, не брился, не пил кофе и вообще стоит перед подчиненной босиком и в растянутой майке. Кашлянув, Станислав коротко сообщил девушке новость и отправился приводить себя в порядок.

К завтраку меракийцы не вышли, повторив, что в этом нет нужды. Даже на халяву.

— Может, они как удавы? — предположил Теодор, без интереса ковыряясь в отбивной земного производства: без добавок, консервантов, красителей и настоящего мяса. — Проглотили по кролику — и месяц переваривают.

— Надо бы на всякий случай в энциклопедии почитать, что там за кроликов они глотают. — Вениамин предпочел булочку с маслом, купленным на отсталой сельскохозяйственной планете, где молоко добывали из допотопных коров, а не из ферментационного аппарата. Масло подозрительно пахло сливками и было плебейского желтого цвета, но доктора это не смущало. — Кстати, кто куриные окорочка доел, признавайтесь? В холодильнике вчера две штуки оставалось.

— Я, — мужественно соврала Полина.

Кошка в отличие от людей экологически чистую и этически безупречную отбивную есть отказалась.

— Ты же не любишь курятину, — удивился Теодор.

— Все познается в сравнении. — Девушка выразительно посмотрела в свою тарелку.

По-хорошему надо было заполнить кладовую еще в позапрошлом порту, но со Станиславом рассчитались только на Земле, там же пришлось и закупаться. Про зарплату команда тактично не напоминала, чтобы не расстраивать капитана еще больше.

В пультогостиную с опозданием вошел Алексей. Босиком и с ботинком в вытянутой руке.

— У меня такое ощущение, — неуверенно сказал новичок, поднося ботинок к носу, морщась и снова его отодвигая, — что туда что-то пролили.

Алексей, видно, успел притерпеться к запаху, потому что остальные члены экипажа учуяли его без дотошного принюхивания, когда парень только появился в дверях.

— Я бы даже сказал — отлили, — злорадно заметил Теодор, отодвигая тарелку. — Нечего было каюту нараспашку бросать. По инструкции, во время стоянки двери всех отсеков должны быть закрыты, я же предупреждал! Во избежание утечки либо проникновения чужеродной биомассы.

Станислав кашлянул и выразительно посмотрел на пилота. Если бы за каждое нарушение устава гражданского космофлота платили по единице, то за минувшие два месяца Теодор сколотил бы миллион. Каюту, правда, пилот закрывал — чтобы чужеродная биомасса не ужасалась царящему там беспорядку.

— Но я же выходил всего на пару минут, в уборную! — отчаянно защищался Алексей.

— Кошке пары минут тоже хватило.

— А разве она до сих пор на корабле? — изумился новичок.

Полина заерзала под его взглядом и смущенно пообещала:

— Сейчас доем и обязательно ее поймаю.

— А мой ботинок?!

— Хорошо-хорошо, — девушка брезгливо взяла ботинок двумя пальцами за задник, — попробую его отмы… Ой, слышите?

Члены экипажа друг за другом повскакивали с мест и прильнули к иллюминаторам. За столом остался сидеть только Дэн — камеры наружного наблюдения передавали Маше и заодно киборгу изображение сразу с двух точек. По космодрому медленно ехала бронированная машина, сопровождаемая двумя полицейскими флайерами — один спереди, другой сзади. За ней шлейфом тянулась толпа с плакатами на щитах и растяжках. В первом ряду — кто бы сомневался! — маршировала Анастасия, на ходу что-то упоенно вещавшая в микрофон.