Страница 30 из 177
Осторожно опустив руку в вязкую жижу, Эйн тронул шею пришелицы, дабы проверить пульс, и уловил его с большим трудом. Это было похоже на глубокий анабиоз. Никакой реакции на прикосновение не последовало. Равно как и попыток сделать вдох — рогатая пришелица продолжала недвижимо лежать в своей экзотической ванне.
Эйнсток аккуратно просунул руки под спину и колени гуманоидки, приподнимая её и вытаскивая из капсулы. Рёбра тут же отозвались тянущей болью, хоть уже и не такой острой, как час назад, — выданный Гастом регенерат работал отлично. Синяя жижа была холодной, скользкой и одновременно липкой. Она быстро пропитала двойную ткань куртки и футболки, отвратительным образом холодя кожу.
— Живая, — коротко констатировал Эйн, со своей поклажей на руках оборачиваясь к спутникам.
Крокус в безмолвном восторге таращился на обнажённую пришелицу, а недоверчиво щурившаяся Эмильен отчего-то совершенно не торопилась оказывать медицинскую помощь, ради которой она и напросилась в спасательную группу.
— Надо, чтобы начала дышать. Если…
Что именно «если», договорить Эйнсток уже не успел: тело в его руках вздрогнуло, грудная клетка судорожно дёрнулась и тут же опустилась обратно, так и не вобрав воздуха. Инопланетянка выскользнула из рук пилота и с глухим стуком приземлилась на четвереньки. Распахнула глаза, окидывая окружающих ошалелым взглядом. Тело снова скрутила жестокая судорога, и изо рта девушки на пол хлынуло всё то же синее содержимое капсулы. Ещё один спазм — и жидкость потекла уже из носа, позволяя сделать первый жадный вдох. Уже в следующее мгновение пришелица резво вскочила и, оскальзываясь на полу, опасливо попятилась. Согнувшись, словно перед прыжком, она не спускала со своих спасителей пристального взгляда.
— Тише, — Эйн развёл руки в стороны, демонстрируя, что они безоружны. — Спокойнее.
В ответ вперемешку с кашлем и плевками синей жижей послышались звуки, похожие на звериное рычание. Являлось ли это попыткой прочистить горло, выразить своё негодование или же это и вовсе был странный грубый язык — Эйнсток так и не понял.
Глаза продолжали неотрывно следить за Эйном. Видимо, рогатая сочла его либо самым главным среди присутствующих, либо самым опасным.
Эйнсток не двигался, точно так же внимательно глядя на пришелицу и прикидывая, способна ли она к внезапному нападению. Ему не хотелось бы пускать в ход тейзер.
— Твой корабль разбился, — медленно и с расстановкой произнёс он, прикинув, что даже если незнакомка не поймёт слов, спокойный тон голоса уж точно не сделает хуже. — Мы засекли сигнал SOS. Мы хотим помочь.
Ещё пара несмелых шагов назад, беглый взгляд по обугленным стенам, копоти и песку, скрипящему под пальцами босых ног, по далёкой сияющей дневным светом дыре в обшивке. Видимо, все эти наблюдения позволили девушке сделать какие-то выводы: она перестала пятиться и выпрямилась, оказавшись довольно высокого роста — всего на полголовы ниже Эйнстока. Хотя, возможно, такое впечатление создавалось лишь из-за её рогов. Гибкое тело было подтянутым и жилистым, словно у профессиональной бегуньи. Узкие плечи и грудная клетка, куда более мощные ноги и бёдра. Длинные голени чуть прогибались назад, а миниатюрная по сравнению с вытянутыми ступнями пятка не касалась пола, даже когда пришелица стояла прямо.
Рычание, сорвавшееся с её губ, на этот раз прозвучало с вопросительной интонацией.
Медленно, без резких движений, Эйн поднял руку, коснувшись сперва своих губ, затем уха, одновременно двинув в воздухе вправо-влево раскрытой ладонью второй руки в знак того, что не понимает сказанного. Конечно, было мало вероятности, что неизвестная пришелица знакома с армейским языком жестов. Но шансов на то, что она поймёт человеческую речь, не было вовсе. Коснувшись ладонью противоположного плеча, Эйнсток указал в сторону выхода, надеясь, что жест «следуй за мной» просто невозможно перевести как-то иначе.
Девушка склонила голову набок с таким скептическим выражением лица, которому вполне мог бы позавидовать сам капитан Штрудль, но всё же кивнула. Невозмутимо вытерев рот от остатков синей жидкости и вальяжно качнув бёдрами, пришелица уже совершенно расслаблено сделала пару шагов назад, снова произнеся нечто рычащее. А потом и вовсе развернулась к спасителям спиной и преспокойно двинулась глубже в тёмный коридор. Эйну оставалось лишь проводить её озадаченным взглядом, теряясь в догадках, направилась ли пришелица искать свои уцелевшие вещи или же только что послала его в пеший сексуальный тур посредством непереводимого инопланетного мата. В ответ на все его сомнения через полминуты в глубине коридора что-то звучно бахнуло. Потом ещё раз, ещё и ещё, чередуясь с отрывистым порыкиванием, уже куда более очевидно походившим на грязные ругательства.
Корабль неожиданно ожил и загудел, вспыхнуло яркое освещение коридора. В той стороне, куда направилась пришелица, обнаружился ещё один проход — с выломанной перегородкой, к которой вели влажные следы босых ног.
Эйнсток проследил взглядом путь спасённой, прикидывая, стоит ли беспечно следовать за существом, способным вот так вот запросто ломать двери.
— Доктор Лиувиллен, профессор Штейн, — пилот скосил взгляд в сторону безмолвствующих спутников, видимо, единодушно решивших передать ему все бразды правления спасательной операцией. — Продолжите сканирование. Возможно, есть ещё выжившие.
— Вы точно справитесь один, Эйнсток? Я мог бы помочь, — в голосе профессора Штейна прозвучало гораздо больше любопытства, нежели обеспокоенности. — Вы знаете, я ведь ещё на первом курсе института изучал универсальный язык жестов, негласно принятый для встречи контактёров на дальних колониях. И я всё ещё достаточно сносно помню его — не смотрите, что прошло уже почти полвека! Хотя оказии проверить его мне так ни разу и не выпало, но, может быть, это окажется полезным… Ох, что же я такое говорю — я же не могу оставить госпожу Лиувиллен совсем одну в этом жутком месте! К тому же… Ох, госпожа Лиувиллен, погодите минутку, я уже иду!..
Эйн счёл за благо незамедлительно направиться по следу влажных отпечатков ног, дабы не дослушивать воистину неостановимый словесный поток Крокуса.
Скоро Эйнсток очутился у входа в помещение, чем-то похожее на инженерную палубу. Хитросплетение обгоревших кабелей, сплавленная в бесформенный ком аппаратура и всё тот же сладковатый смрад разложения напополам с запахом жжёного пластика. Из-за нагромождения разбросанных ящиков через мгновение появилась и рогатая, уже успевшая стереть с себя остатки синей жижи, одеться в серебристо-серый комбинезон и прихватить какую-то коробку. При свете обнаружилось, что обрамлявшие желтовато-оранжевую радужку склеры её глаз были чёрного цвета, что вкупе с короткими, но густыми чёрными ресницами делало взгляд пришелицы диким, как у настороженного зверя. Отставив коробку в сторону и вновь прорычав что-то нечленораздельное, девушка протянула Эйну выуженный из-за пояса девайс, чем-то похожий на слуховой аппарат образца XXI века.
Конструкция достаточно сильно отличалась от человеческих моделей, однако всё равно не составило особого труда опознать в этой вещи портативный синхронный переводчик. Пару раз прокатив микронаушник меж пальцев, Эйн вставил его в ухо.
— Калибррровка речь необходимость. Ты, я — обои-двои благоприятственно. Понятие? — было первым, что он услышал от рогатой. Правда — вперемешку со всё тем же рычанием: видимо, качество языковой базы переводчика оставляло желать лучшего.
— Ты и я — благоприятственно? — брови Эйна чуть приподнялись. — Контакт цивилизаций? — он улыбнулся, перетекая из сосредоточенно-напряжённой позы в чуть более расслабленную.