Страница 51 из 93
— Ты видишь, Бакстер, — по американской традиции мы со второй минуты называли друг-друга по именам. — как больно барону отдавать вина за бесценок?
— Не нужно Айвен! Я знаю цены, просто остальные продают шабли в бутылках.
— Дешевле не будет. Уникальные элитные вина делаются только в Жуаньи. Виноград давят специально отобранные красивые француженки. Не младше шестнадцати и не старше восемнадцати лет. Своими голыми, красивыми, загорелыми ногами. Процесс брожения — по тайному семейному рецепту, передаваемому в Эстонии от поколения к поколению. Неповторимейший букет.
В общем договорились. И мне и покупателю было ясно, что мы друг про друга все поняли. Ему нужно вытащить какой-то контрабас, нам продать вина. И мы недорого взяли, тем более что он, если всерьез возьмется, неплохо заработает даже с этой ценой.
Через три часа все было кончено. Пребывающий в прострации барон позвонил мэру Жуаньи. Сообщил мне по-русски, что мэр, узнав цену, в судорогах оргазма.
— Мэр Жуаньи рыдает от горя, Бакстер. — перевел я американцу. — Но я прослежу, чтобы на следующей неделе вино доставили на твой склад.
— Вы понимаете, барон, что водителем у вас сейчас — спаситель французского виноделия? — я вез Якова домой.
— Кольцов! Этот балаган ты называешь торговлей?
— Папка у вас в руках — реальна?
— Да! И это ужаснее всего.
— И чем не доволен?
— Иван! ты опять втравил меня в аферу!
— Конечно. А ты не понял? Ему нужен груз в бочках. Он с ним протащит какую-то свою контрабанду. За это он готов платить.
— Но это же преступление!
— В каком месте? У тебя целая провинция без масла последний член доедает, на ослах пашут. А ты мне про преступления будешь трындеть? Да пусть хоть пол-Лувра утащат, мы здесь не при чем. Мы продали вино. Все.
— А как ты понял, что ему можно давать высокую цену?
— О! Это тайное искусство постигается только на практике. Лучше скажи, сколько ты мне заплатишь за выдающиеся достижения?
— Как!!?? Тебе еще и платить нужно? Брать с меня деньги, Кольцов — безнравственно.
— Хорошо, Яков Карлович. Я отправляюсь в Бордо. Когда господин Аллен объявится в следующем году, я думаю, мне будет что ему предложить.
— Сто франков?
— Еще бы червонец добавить.
— Какая жадность! Я узнаю, если можно будет записать в расходы, то так и быть сто десять.
— Вот ваш дом, барин.
Эльза Скиапарелли и Наташа отправляются на модный показ, но ужин я буду должен. И ты меня не жди, Ванечка, я поздно вернусь. И я поехал домой.
В кабинете плотно поселилась Наташа. Все было завалено и завешано какими-то эскизами, картинками, выкройками, и, почему-то, кусками мела.
Поэтому я занял другую комнату, решив сделать её своим кабинетом. Сварил себе кофе, и сел писать экономический прогноз для господина Келлера. Хотел кратенько, но вышло несколько страниц. Особо заострил его внимание на переориентации в производстве каучука из Африки и Аргентины с Бразилией, на Юго-Восточную Азию. И введение Германией в торговле широчайшего применения клиринга, и бартера. Что позволить им увеличит объемы с Латинской Америкой в четыре раза в тридцать пятом году. Потеснив США и Британию.
Запечатал в конверт, и бросил на столик чтобы экономка отправила с утра. Посмотрим, на реакцию друга Тима. Было уже заполночь и я улегся спать. Поздно ночью ко мне в постель скользнула Наташа и прижалась всем телом. Не просыпаясь прижал к себе. Стало совсем хорошо.