Страница 59 из 85
Глава 21
Полузабытые воспоминания прошлой жизни нашептывали о жуткой антисанитарии, царившей в средневековых городах, и что-то подобное я подспудно ожидал увидеть в Суваре. Грязь, толстый слой навоза на улицах, вальяжно шествующих крыс и всё в том же духе. Ничего подобного! По чистоте столица булгарского княжества не уступала Березову или мелким городкам, где мне прежде доводилось бывать. В принципе, логично — причины эпидемий людям прекрасно известны, так что прибавлять к и без того серьёзной нагрузке на иммунитет ещё и рукотворные факторы никто не желает. У нас за санитарную обстановку в городах отвечают старцы, вернее, старицы Обители Исцеляющей, эти дамочки просто порвут градоначальника, не уделяющего должного внимания канализации или вывозу мусора. Здесь, насколько я понимаю, схожую функцию исполняет Обитель Дарующей Жизнь и полномочий у неё не меньше.
В целом мне Сувар понравился. Каменных строений тут больше, на улицах чаще встречаются нищие, но порядок, во всяком случае, в центральных районах, поддерживается крепкий — женщины не боятся ходить без мужского сопровождения, нацепив на шею и руки драгоценности. Даже девочки носят браслеты и ожерелья из десятков мелких монеток, обычно серебряных.
Что делать в незнакомом городе без знания языка? Ходить, смотреть. И не совсем мы безъязыкие — лично я выучил сотню слов и пару десятков предложений, для примитивного торга или выяснения дороги этого хватит. Причем учил, используя методики, показанные у Короткого Шага, за счет них простимулированная память с первого-второго раза запоминала звучание и перевод. Даже записывать почти ничего не понадобилось. Вдобавок в одном из крупнейших городов булгарской земли нашлось много купцов, а они почти поголовно знают чагай, служащий в степи и прилежащих к ней странах чем-то вроде всеобщего языка. Его я тоже не знал, зато отец худо-бедно разговаривал.
В Суваре всего две Обители, уже упомянутой Дарующей Жизнь и Хозяина Садов. Последний, насколько я понимаю, совмещает в себе черты наших Синеокого и Лесного Князя. Если ехать три дня на север, то дорога приведет в Обитель Рогатого, считающегося богом порубежников и прочих борцов с тьмой. Ниже по реке стоит Обитель Отверзающего, особо меня заинтересовавшая — именно оттуда выходят «торящие серебряный путь», шкиперы и речники, благодаря которым осуществляется движение по Ра. Если будет возможность, задержусь там хотя бы на денек.
Ну а пока что мы с отцом бродили по улицам, приценивались к товарам на рынках и обменивались впечатлениями.
— Оружие местное качества среднего, наш металл получше будет, — вслух размышлял Ратибор после быстрого похода по лавкам. Мы с ним купили у продавца, низенького мужичка в смешном малахае, по лепешке с мясом и простенький туесок с молоком, отошли в сторонку и теперь сидели, делились впечатлениями. — Хорошие клинки с юга привозят. А вот стекло у них необычное, разноцветное. Купить, что ли, да в Белозерье отправить?
— Думаешь, у нас не продать?
— Я точно знаю, что к нам его уже возят, а до Белозерья, скорее всего, ещё не дошло.
— Попробовать можно. Не к ним, так в Мстиславль отправим, — прикинув, что наш северный сосед не слишком богат, уточнил я.
Отец поморщился, но кивнул. Он мстиславльцев недолюбливает после неудачной поездки в их края. Тем не менее, понимает, что рынок там ёмкий и предметы роскоши поглотит в любом количестве.
— Ещё посмотрим, — постановил он. — Может, что получше приглянется. Ну и своё бы продать.
— Как тут продашь? Еле цены на соболя узнали, — вспомнил я забавный эпизод. — А расторговаться надо. Нам без гостинцев домой возвращаться нельзя. В смысле, тебе нельзя — меня-то мать и Чаяна пощадят.
— Так уж и пощадят! — ухмыльнулся отец.
Впрочем, по главному вопросу он не спорил. Подарки родным, в первую очередь — женщинам, привезти надо.
— Не хочу я на рынке стоять, — прожевав, признался Ратибор. — За место платить, время тратить… Не хочу. Лучше бы продать кому товар чохом, за неделю город осмотреть, узнать, как тут всё устроено, заново закупиться и обратно махнуть.
— Без языка мы многого не выясним.
— То-то и оно.
Посидели, призадумавшись. Поездка, конечно, в какой-то степени изначально была авантюрой, многого от неё не ждали, однако следовало признать — мы недооценили размер сложностей.
— Ладно, — наконец, отряхнул руки и встал отец. — От грустных мыслей толку не будет. Пошли ещё по торгу побродим, может, найдём кого знающего.
Следующие несколько дней прошли в однообразных хлопотах. Мы встречались с местными торгашами, показывали им образцы товаров, худо-бедно объяснялись, не столько словами, сколько жестами и мимикой… Что характерно — среди аборигенов многие уже пытались говорить по-словенски, пусть ещё хуже, чем мы по-булгарски, но сам факт!
Покупали у нас далеко не всё. Ткань взяли с удовольствием, оружие долго придирчиво осматривали, от моржовой кости отказались напрочь. Уже потом мы узнали, что к северу от Булгарии расположена зона обитания относительно цивилизованных племен, поставляющих различный товар, в том числе ту же кость. Как они выживают рядом с темными лесами, непонятно, потому что полноценных Обителей там нет. Вроде, существуют некие жреческие структуры, обеспечивающие передачу знаний и организованно борющиеся с чудовищами. Не знаю, насколько эффективно, но пока отбиваются.
Случались ли какие-то инциденты? Серьёзных — нет. Возможно, ходи я один, то из-за моего возраста пришлось бы кому-то что-то доказывать, однако я везде сопровождал отца, а по нему сразу видно, к какому сословию он принадлежит. Расслоение здесь посильнее нашего, отношение к воинам более уважительное и опасливое. К слову сказать, многие местные уже слегка разбирались в наших традициях и при знакомстве глядели на пояс. Так вот, опасные кварталы мы не посещали, не задирались, вели себя спокойно, поэтому у стражи или окружающих к нам претензий не возникло. Без казусов, впрочем, не обошлось.