Страница 20 из 89
Зоя подняла наконец взгляд от покрывала и замерла, глядя на Чёрного, как удав на кролика.
— Нет. То есть…, - женщина стремительно покраснела, — думала до сегодняшнего вечера.
Начиналась самая тяжёлая часть разговора, и потому Чёрный неловко поёрзал на диване, выбросил левую руку на спинку и попытался принять максимально непринуждённую позу.
— Зоя, — тяжело вздохнул он и начал, — в том, что ты увидела — ничего криминального нет, и это факт. Ты его должна принять… взрослый мужчина, тем более не женатый, может время от времени встречаться с женщинами, которые этого тоже хотят. Не обязательно это проститутки… Это так происходит, это нор…
Он не успел договорить, как Зоя устало и тихо произнесла:
— Сегодня утром он предложил мне выйти за него замуж и купить кольца.
Сильно загорелое лицо мужчины потемнело, он впервые в жизни не знал, что сказать женщине. Через минуту молчания он добавил:
— Может быть, для него эта связь несерьёзна?
И тут же пожалел о сказанном, потому что синие глаза Зои посмотрели с глубоким укором.
— Нет, отношение ко мне несерьёзно, — медленно произнесла она, и по лицу женщины снова побежали слёзы. — Но, знаешь, даже не это меня так задело. Я не выйду за него замуж, и поэтому переживу, может быть, он даже избавил меня от такой необходимости… У меня в голове не укладывается, что такое возможно в нашей общине. А что, если много таких, которые живут по своим законам?
— Главное, что ты живёшь по божьим, и переживай за себя, — мудро сказал он. — Только не говори мне, что общение со мной сейчас — грех. Этого я не смогу понять. Я к тебе даже не подхожу и на шаг.
— Ты ни при чём, Слава, это мой грех, я нахожусь с тобой здесь одна и приехала сюда по своей воле.
Он вскочил и, быстро приблизившись к женщине, наклонился над постелью:
— Мы ничего грешного не делаем, давай ты не будешь усложнять. Хотя, честно скажу, удержаться просто нет сил. Ты бы видела себя со стороны — такая красивая, сидишь на моей кровати, а как будто за сотню километров, не позволяешь даже подойти к тебе.
Слёзы по её щекам стали бежать сильнее. Она запрокинула голову и смотрела в лицо мужчине.
— Иногда я жалею, что выросла такая… с такими правилами. Наверное, я так и останусь одна в жизни. Предательство Николая не приму и не пойму, а другие просто побоятся дойти до брака. Я ведь не похожа на девушек, с которыми ты привык общаться.
Чёрный чуть улыбнулся и не отошёл, а сел на постели рядом с ней.
— Ты сейчас обо мне говоришь? Я — другие, которые побоятся?
Зоя смутилась своей откровенности, догадываясь, что дело в спиртном, те две трети стакана на голодный желудок.
— Да, возможно, — уклончиво ответила она. — Мне скоро 33, через 2 недели, а как ты меня называл? Престарелая?
Чёрный тихо хмыкнул:
— На престарелую ты не тянешь, в тебе наивности лет на 15.
— Я понимаю, но ты имел в виду внешне. Уж не 18.
Мужчина почему-то смотрел на её лицо, не отрываясь.
— Тебе так важно, что я говорил? — тихо спросил он. — Значит, я нравлюсь тебе?
Зоя молчала, поглаживая пальцами с коротко стрижеными ногтями тёмно-зелёное покрывало. Тяжело подняв взгляд, она встретилась с его чёрными глазами, и вновь подумала, что они похожи на два провала, куда можно улететь и не вернуться.
— Да, мне важно, что ты говорил, потому что ты нравишься мне.
— Тогда не пугайся меня, ладно? — еле слышно сказал он и наклонился, чтобы прикоснуться губами к её губам.
В голове молодой женщины набатом били колокола, предупреждая об опасности, но там, где жила душа, всё дрожало от нежности и любви.
Он едва заметно погладил её волосы, потом кончиками пальцев провёл по скулам, подбородку, плечам, всё это время целуя закрытые губы Зои.
Чувствуя, как желание бьёт в кадык, Слава всей грудью вздохнул её запах и не удержался, обнял широко раскрытыми ладонями, жадно проводя по спине и бёдрам.
— Не надо, — услышал он и зажмурился.
— Прости, девочка, я не могу иначе. Если ты рядом и тебя нельзя коснуться — это смерть для меня.
— И я не могу иначе, — тихо произнесла она, смаргивая слёзы, — пойми и ты меня.
Он отпустил Зою и, встав с кровати, отошёл.
— Ты тоже всё время хранила чистоту добрачных отношений? И ни разу не сорвалась? — вдруг спросил он сдавленным голосом. — Скажи правду, уж я пойму.
Она молчала, и он повернулся, чтобы ответ прочесть в глазах женщины.
— Я никогда не была с мужчиной, — подтвердила она его догадки словами. — И не буду, если это не будет мой муж. Несерьёзных связей у меня никогда не было и не будет.
Он кивал в такт каждого её слова.
— Понял, извини меня, — бросил Слава и стал ходить по комнате, как зверь в клетке.
Очень долгое время они молчали. Потом Зоя вдруг обратила внимание на то, что он не надел майку и вспомнила, почему — на его боку краснела грубая рана.
— Нужно обработать рану, есть чем? — спохватилась она, вскакивая с кровати.
Слава без интереса посмотрел на болящую проблему и вяло кивнул на дверь в ванную, где стояла на полке «зелёнка».
Зоя издевалась над ним, заставив принять душ, хорошенько промыть порез, а потом густо намазала лекарством. Всё это время он беззастенчиво любовался её ножками и втайне от женщины еле сдерживался, чтобы не посадить её к себе на колени и не дать свободу соей фантазии и рукам.
Находиться с ней наедине в комнате и не дотрагиваться — было настоящей мукой.
— Скажи, у меня нет даже самой маленькой надежды на твою благосклонность? — спросил он, сжимая челюсти. Аккуратно забинтовав рану, молодая женщина помогла ему надеть майку.
— У тебя есть моя благосклонность, — твёрдо ответила она, и её синева слилась с его чернотой взгляда. — Я могу отдать тебе всё, кроме тела. Очень хочу верить, что тебе нужно не только оно.
Чёрный промолчал, сильно нахмурив брови.
— Друг другом можно обладать не только в браке, это в прошлом, — с силой произнёс он, и его высказывание походило на крик отчаяния.
— Значит, я живу в прошлом, — тихо согласилась она. — Но перед Богом должно совершиться венчание. Для меня даже не важна гражданская церемония…
— Ладно, я понял, — перебил Зою он, и она замолчала, кусая губы. Женщина поняла, что он никогда не примет её условий, и потому ей придётся жить мечтами и воспоминаниями о своей любви и, кто знает, быть может, и сожалениями.
Зоя прилегла спиной на подушки и напряжённо вслушивалась в равномерный шум дождя по крыше. Больше они не заговаривали.
Слава тоже устал и, покурив возле распахнутого окна, лёг на диван. Его тело на нём помещалось только на половину, и ноги свешивались с подлокотника. Около четырёх утра от задремал даже при включённом свете, а, проснувшись, увидел, как Зоя глубоко и расслабленно дышит, раскинувшись на подушках.
Чёрный выключил свет и взглянул на позеленевшее окно — дождь продолжал идти, хоть и не так бурно. Он вышел в бар на полминуты, чтобы взять себе минералки попить — в тумбочке были только уважаемые им крепкие напитки.
Там ему встретился Герцог абсолютно трезвый и клеящий сонную девчонку из местных. Они сидели за барной стойкой, больше народа в такую рань не было. Музыка играла тихо, ненавязчиво, от разговора парочку не отвлекала.
Чёрный был не в духе, и потому даже не кивнул девушке.
— Здравия, брат! Тебя центровой[24] искал, ты был дико занят, да?
По речи молодого байкера можно было бы подумать, что он пьян в стельку, но, бросив на парня взгляд, Чёрный увидел — тот прикидывается. Девица рядом с ним по-дурацки хихикала.
— Да. Занят, а что он хотел?
— Спросить, кого ты сегодня привёз ночью, — небрежно пожал плечами Герцог, улыбаясь голубыми глазами.
— Девушку привёз — это запрещено? — взбеленился мужчина, с шипением открывая бутылку минералки и выливая половину на каменный пол.
— Да это ты у него спроси, я откуда знаю, не киксуй[25], - махнул рукой Герцог, поддёргивая на плечах чёрную кожаную жилетку с цветами клуба на спине.
24
Президент клуба (байк. жарг.)
25
Психовать (байк. жарг.)