И опять Пожарский - 1

Иван Пырьев, стрелец полка Афанасия Левшина, лежал без сил на лавке в своём новом дому и стонал. Сегодня был "кросс", так княжич называет это издевательство над людьми. Они в зимней одежде и с мушкетом тяжеленным за спиной пробежали десять вёрст. Если бы с ними не бежал в первых рядах сам Пётр Дмитриевич, то стрельцы не выдержали бы и остановились на отдых. Но княжич бежал впереди и задавал скорость. Приходилось стиснуть зубы и терпеть. Добежали. Только чуть отдышались, как Пётр погнал их на следующую пытку. "Перекладина" называется. И нужно было на той перекладине подтянуться сто раз. Не за один подход, конечно. Кто за сколько сможет. Сам княжич одолел за четыре раза. Некоторые и за двадцать подходов еле сладили. На этом "тренировка" закончилась, и стрельцы еле живые разбрелись по домам. Ничего. Сейчас Иван отлежится немного и пойдёт баню топить. Сегодня суббота, а значит, в бане нужно попариться обязательно. Завтра в церкву и потом общий сход всех жителей Пурецкой волости. Княжич уже второй раз это вече собирает. На первом он обещал, что все крестьяне скоро будут богатыми, а жёнки их будут в золотых серьгах щеголять. И что же, на одной Иван уже в церкви видел золотые серёжки, да такие, что и княгине впору носить. Чудной всё же отрок Пётр Дмитриевич.

Иван сейчас с лютой ненавистью вспоминал боярина Колтовского, по чьему указу его подрядили отравить княжича. Вот вернётся Пырьев в Москву и, как любит говорить Пожарский, Колтовскому с его прихвостнями "мало не покажется". Покажется аспиду в самый раз, уж, он Иван об этом позаботиться.

Сейчас, по истечении почти трёх месяцев с их выезда из Москвы, Иван отчётливо понимал, что воины из них всех двадцатерых были, как "из дерьма пуля", ещё одна шуточка княжья. Наверное, он сейчас один справился бы в лесу с двумя десятками таких горе воинов. Тренировки были каждый день. Они рубились под руководством ляха пана Янека на саблях. Они стреляли по мишеням из мушкетов и пищалей. Но не только на меткость с мушкетами были тренировки. Они ещё учились и быстро заряжать. Самая же интересная тренировка была "конвейер", это название немецкое тоже Пожарский придумал. Один стрелец прицеливался и стрелял из мушкета, а двое в это время заряжали. Получалась скорострельность такая, что попри против десятка таких "конвейеров" сотня стрельцов и ни один не добежит до стреляющих, все полягут. А ещё они учились кидать ножи. Ножи княжич заказал у кузнецов в Нижним Новгороде особые. Лезвие было тяжёлое и толстое, а рукоять наоборот лёгкая. Летели эти ножи в цель замечательно и обязательно впивались в мишень. Было упражнения на скорость бросания и на дальность и на меткость. Лучшим был пока он Иван Пырьев. Он бросал в цель до двадцати ножей за пятьдесят ударов сердца. Дать ему сотню таких ножей и ни один ворог не подойдёт к нему ближе, чем на десять шагов, все отправятся в преисподнюю одноглазыми.

Были у стрельцов и упражнения с арбалетами. А ещё бег ежедневный и подтягивания эти. На прошлой же неделе начались и новые упражнения. Их учили захватывать крепостные стены. Построили на опушки у леса забор трёхсаженный и выдали всем "кошки". Это тройные крюки такие с привязанной к ним верёвкой. Закидываешь ту кошку на забор, она цепляется там крюком, и забираешься по ней на самый верх. Пока получалось не очень. Тяжело по тонкой верёвке карабкаться на такую верхотуру, хоть на верёвке той и навязаны узлы.

Проводил с ними княжич и тренировке по бою с применением казачьих ухваток. До мастерства Петра Дмитриевича им всем было ещё ой как далеко, но ведь ещё и трёх месяцев не прошло. Что же будет, когда они год проучатся. Кто-то из более опытных стрельцов, кому доводилось пересекаться в стычках с ляхами, сказал, что если бы всех стрельцов учили так, как их учит воевать княжич, то ляхов ни то, что на Руси, но и в Речи Посполитой бы не было. Не так давно Иван поинтересовался у пана Янека, что тот думает об этих словах. Лях тогда криво усмехнулся и сказал странные слова. Иван тогда не понял. И только сейчас вот догадался. Лях сказал, что нет больше Речи Посполитой, они там думают, что есть, а её уже нету. Вот сейчас и дошло до Ивана, что понимает лях, зачем их готовят. С ляхами воевать. Нет, двадцать стрельцов армию в десять тысяч ляхов не одолеют. Только эти двадцать стрельцов могут обучить каждый по сотне, скажем. И тогда две тысячи "таких" воинов разнесут любое войско в кровавые ошмётки и ни одного своего стрельца при этом не потеряют. Нет больше Речи Посполитой. Прав пан Янек.

Иван кряхтя, как старый дед поднялся с лавки и пошёл топить баню. Завтра будет Михайлов день. Завтра нельзя будет ни топором работать, ни ножом резать ничего, чтобы Архистратиг Михаил не обиделся. Крестьяне завтра будут ублажать дворового. Нужно и Ивану поставить младшему брату домового ужин в хлеву. Вон, какой двор богатый, ни дай бог, дворовый обидится и уйдёт, а вместо него злой придёт. Такой справный двор беречь надо.