Шайба на вылет

48

Джейк

У меня отвисает челюсть, когда я смотрю на массивную игрушку в руках Рэйчел. Она легко достигает метра в длину. Он сужается на одном конце, становясь больше у основания. Мы говорим о банке Принглс. Черт, если бы она села на эту штуку, она бы пощекотала ее чертовы гланды.

— Ты, блять, серьезно сейчас? — говорю я, мой взгляд мечется между ней и Калебом.

Она все еще ухмыляется.

— Ты слишком устал, чтобы играть, ангел? Ты всегда можешь посмотреть.

Я бросаюсь вперед, беру ее лицо в ладони и целую ее до бесчувствия. Я нуждался в своей девушке, как в воздухе. Путешествия и странный график - худшая часть хоккейной жизни. Я просто хочу быть в постели каждую ночь с ее теплой киской, создающей приятный дом для моего члена.

Она перемещается, бросая член-кальмар на стол, ее руки возвращаются, чтобы сжать мою рубашку. Она стягивает ее через мою голову, руки тянутся к моей груди, разглаживая мои мышцы.

— Кей, иди сюда, — зову я.

Она улыбается мне, ее темный взгляд теплый и чувственный. Мне нравится, как она надувает губы. Я провожу по ним большим пальцем, когда Кей соскальзывает с кровати и подходит к ней сзади.

— Каков план игры, малышка? — говорю я, убирая свободные завитки с ее лица. Она поворачивает лицо к моей руке и целует мою ладонь.

— У меня есть несколько идей.

— Хочешь поделиться с командой?

Она тянет за руки Калеба, притягивая его ближе, когда она кладет его руки вокруг себя, помогая его пальцам найти молнию на ее толстовке. Ее руки возвращаются к моей груди, когда он расстегивает ее.

Я смотрю вниз и вижу, что у ее спортивного бюстгальтера тоже есть молния.

— Еще одна, Кей.

Его руки возвращаются, находят молнию, тянут ее вниз. Он расстегивает две застежки-молнии, и эластичная ткань открывается, обнаженная грудь Рэйчел, которая опускается под ее естественным весом.

— Черт возьми, они такие идеальные, — бормочу я, впиваясь в одну. Мне нравится их размер, их полнота, темно-розовый цвет ее чувствительных сосков.

Она выгибается в моей руке, улыбаясь и откидывая голову назад, когда Калеб снимает с нее оба предмета одежды, полностью демонстрируя ее обнаженную татуированную кожу.

— Чего ты хочешь? — говорю я еще раз.

Ее взгляд затуманен похотью.

— Я хочу тебя, — отвечает она. — Джейк, я должна обладать тобой.

Ее руки спускаются по моей груди, кончики пальцев касаются моего пресса, когда она опускается на пояс моих шорт.

Мой член уже такой твердый. Я не подхожу для этой девушки. И для Кея тоже. Я хочу, чтобы он был здесь. Идея поделиться ею, иметь два члена, которые сводят ее с ума, это просто что-то делает со мной. Это сводит меня с ума, потому что помимо того, что я делю ее с Кеем, я чувствую себя диким при мысли о том, что другой мужчина даже дважды посмотрит на нее. Но Калеб кончающей ей в рот, пока я трахаю ее киску? По-видимому, это каждый раз делает меня тверже стали.

Она спускает мои шорты с бедер, позволяя моему члену высвободиться. Ее рука готова обхватить его, ее кожа мягкая, когда она гладит меня, что заставляет меня стонать. Я смотрю, как Калеб подходит к ней, отводит ее волосы в сторону, чтобы поцеловать в шею в том же месте, которое мне нравится.

— Встань на колени, Ураган, — шепчет он ей на ухо. — Покажи ему, как сильно тебе нравится его симпатичный член, — добавляет он, подмигивая мне.

О черт, как я всегда забываю, что у него в штанах? Я все еще не могу поверить, что он это сделал. Преимущества того, что ты не профессиональный игрок, которому приходится запихивать свой член в ракушку шесть дней в неделю. Это преимущество?

Я все еще не определился. И Рэйчел чертовски уклончива в этом.

Она улыбается мне, как будто ждет моего согласия.

Мое сердце в горле. Все кажется более чувствительным, когда Калеб здесь, чтобы наблюдать. Я киваю, и она опускается по мне с удовлетворенным тихим звуком. Она не торопится, целует мою грудь, мой член все еще в ее руке. Затем она опускается на колени между нами и смотрит на меня. Черт, и она обвиняет меня в том, что у меня взгляд «трахни меня».

Она наклоняется, позволяя своему теплому дыханию обдувать мой кончик. Это заставляет меня дергаться в ее руке. Затем она дразняще облизывает его. Медленно она раздвигает эти губы и берет только кончик, кружа своим теплым языком, пока я не начинаю стонать.

— Кей, — бормочет она, оглядываясь на него через плечо.

Они прошли долгий путь за эти последние недели. Как будто он просто знает, чего она хочет, он подходит, зарываясь руками в ее волосы. Она расслабляется в его объятиях и открывает рот, позволяя его прикосновениям направлять ее обратно на мой член.

О, черт.

Мои руки опускаются на ее плечи, в то время как Кей держит руки на ее голове.

— Вот так, — напевает он, перемещая ее рот дальше на мой член. — Расслабь горло и прими его до конца. Почувствуй его глубоко. Такая хорошая девочка. Отсоси ему сильнее.

— Черт, ты не можешь грязно говорить, или я не продержусь долго, — тяжело дышу я, уже чувствуя, как это спиралевидное ощущение становится все туже.

Рэйчел сосет меня, ее талантливый язычок работает с моим кончиком, пока Калеб двигает ее.

— Детка, я собираюсь... дерьмо... — шиплю я, толкая ее за плечи, пока она не слезает с меня. Мое дыхание прерывистое после двухминутного минета? Да, я официально в беспорядке. Я поднимаю ее и стягиваю с нее леггинсы, помогая ей выбраться из них.

— Пора показать нам свою игрушку, малышка. Ложись на кровать и раздвинь ноги для нас.

Она приподнимается на цыпочки и целует меня, ее язык касается моей нижней губы, прежде чем она поворачивается, ее рука гладит грудь Калеба, когда она целует его тоже.

— Ты собираешься присоединиться к вечеринке, дьявол? — спрашивает она его. Затем она выскальзывает и неторопливо подходит к кровати.

Я смотрю, сердце в горле, как она заползает на кровать, показывая нам свою круглую задницу.

— В ее волшебной сумке есть смазка?

Кей хватает игрушку и протягивает ее мне, засовывая руку в ее сумку.

— Я жду, — зовет она.

Оба наших взгляда возвращаются к ней. Рэйчел приподнялась на локтях, согнув колени. Когда мы смотрим на нее, она держит эту мягкую улыбку и раздвигает ноги, обнажая свою блестящую киску.

— О, черт с этим, — рычу я, бросая игрушку обратно Калебу. Я пересекаю комнату и ныряю на кровать, зарываясь лицом в ее киске.

Она вскрикивает, ее бедра обхватывают мою голову, пока она не расслабляется, позволяя себе раскрыться. Затем я прямо пожираю ее. По-видимому, не всем парням нравится вкус киски. Из-за множества разговоров в раздевалке кажется, что это рутинная работа. Черт возьми, я бы жил на коленях ради хорошей киски. И Рэйчел так чертовски хороша на вкус. Милая и женственная. Я хочу перевернуть ее. Я хочу, чтобы она оседлала мое лицо. Я хочу утонуть.

Но затем матрас прогибается, и Калеб заползает на кровать рядом со мной, бросая фаллоимитатор и бутылочку смазки на одеяло. Я запустил в нее два пальца, растягивая ее, ощупывая внутреннюю стенку в поисках того места, которое заставит ее пальцы скручиваться. Она выгибается от моего прикосновения, ее глаза открыты, когда она принимает.

— Попробуй ее, Кей, — говорю я, отодвигаясь назад. — Попробуй нашу девушку.

С голодным стоном он опускается на локоть, втискиваясь рядом со мной, когда он закрывает рот вокруг ее киски.

— О... — Она выгибается ему навстречу.

Двумя пальцами левой руки он раздвигает ее, обнажая ее клитор. Она дрожит от его прикосновения, одна рука поднимается к ее глазам.