Шайба на вылет

Он делает шаг вперед, сжимая этот симпатичный член, его взгляд расплавленный.

— Ты залезешь ко мне в душ, Сиэтл. И я собираюсь прижать тебя к стене и трахать языком, пока ты не закричишь. Как только ты кончишь мне на лицо, я собираюсь напомнить тебе, как нам хорошо вместе, как сильно тебе нравится этот член. Ты знаешь, что жаждешь меня так же, как я жажду тебя. Теперь снимай свою гребаную одежду.

Я только притворяюсь крутой. Внутри я - расплавленный вулкан. Я медленно снимаю майку, бросая ее на пол. Он наблюдает за мной, его взгляд спокоен и уверен. Он знает, что нет вселенной, в которой я не залезла бы в этот душ. Он мой магнит. Нам суждено столкнуться.

Я сбрасываю свои маленькие туфли без застежек и, запустив большие пальцы в верхнюю часть леггинсов и нижнего белья, стягиваю их вниз.

— Детка, что... — Ленивая улыбка Джейка исчезает в мгновение ока, когда он делает шаг вперед. — Что случилось?

Моя собственная улыбка исчезает, когда я смотрю вниз. Стоя голой перед ним, последнее, что ты хочешь услышать от него, это «что случилось?»

Его руки скользят по моим бедрам, его большие пальцы едва касаются кожи.

— Что? — говорю я, пытаясь посмотреть вниз.

Он разворачивает меня, так что я вижу себя в зеркале.

— О... черт, — бормочу я. У меня на бедрах синяки от того, что Кей прижал меня к стойке.

— Что ты сделала? Тебе больно? — говорит Джейк, его голос такой серьезный, когда он смотрит на мое обнаженное отражение в зеркале, его руки легки, как перышко, на моих бедрах.

— Нет, — быстро говорю я. — Я, эм... Все в порядке.

Его глаза сужаются.

— О... — Я вижу момент, когда он осознает. Он выходит из-под контроля.

— О, нет, он, блять, этого не сделал. Я убью его... КЕЙ!

— Джейк, нет! — Я разворачиваюсь, хватаю его за руку, когда он пытается уйти голым и выследить Калеба. Я, честно говоря, не знаю, кто мог бы победить в соревновании по надиранию задницы. Конечно, Джейк в форме, готовый к НХЛ, но Калеб может тайно брать уроки борьбы в клетке. — Джейк, я в порядке...

— Ты выглядишь так, будто он пытался распилить тебя пополам!

— Я попросила об этом, — признаюсь я, успокаивающе кладя руку ему на грудь. — Это был важный момент для нас. Нам нужно было кое-что уладить. Мы сделали это, и теперь у нас все хорошо, и мы оба здесь. — Моя рука поднимается, чтобы обхватить его лицо. — Посмотри на меня, ангел.

Его взгляд смягчается, когда он смотрит на меня. Его рука поднимается, чтобы обхватить мое запястье.

— В Сиэтле я собрала свои вещи в слезах, — шепчу я, рассказывая ему всю свою правду. — Я покинула тот гостиничный номер... Я оставила тебя... и в тот момент, когда дверь закрылась, я сползла по стене на пол и заплакала. Я так сильно хотела вернуться. Я оставила оба ключа от номера, поэтому я не могла. Не без того, чтобы разбудить тебя...

— Ты должна была, — бормочет он.

— Я не закончила. Одной ночи было недостаточно. Мне этого никогда не будет достаточно. Я полагаю, ты думаешь, что ты один скучал, — продолжаю я. — Ты думаешь, что это односторонне... не так ли?

Его молчание - достаточный ответ.

— Кей, возможно, ворвался и потряс наши основы, но все, чем мы являемся, все, что у нас было, по-прежнему здесь. — Я беру его руку, кладу ее на свое сердце, как я делала это в Сиэтле. — Я прямо здесь, Джейк. Что бы это ни было, куда бы это ни привело, я здесь. Мы установим наши собственные правила, хорошо? Мы определим счастье на наших условиях. Но я хочу вас обоих. И здесь нет победы. Нет первого или второго места. Нет трофеев и нет выбора. Я не приз, который нужно выиграть.

Он медленно кивает. О боже, неужели это происходит? Он тоже в этом участвует? Мы даем этому реальный шанс?

Он удерживает мой взгляд.

— Но ты больше не можешь держать меня на расстоянии, Рэйч. Я не могу с этим справиться. Мне нужно, чтобы ты была со мной, хорошо? Ты должна отвечать на мои сообщения. Больше не оставляй меня непрочитанным. Твое молчание разрывает мне сердце. Называй меня прилипалой, мне все равно. Я должен быть собой...

— Я хочу, чтобы ты был собой, — говорю я, проводя большим пальцем по его щеке. — Мой Джейк, — бормочу я. — Ты мой. — Я провожу пальцами по его рту. — Эти губы... этот подбородок... — Я провожу пальцами вниз. — Это сильное сердце... — Я кладу руку ему на грудь. — Я хочу все это. Будь моим, Джейк.

Он заключает меня в свои объятия, его лоб опускается к моему, когда он вдыхает.

— Я твой, детка. Я был твоим в тот момент, когда ты повернулась на том барном стуле.

Я обнимаю его за плечи, приподнимаясь на цыпочки. Его твердый член находится под углом между нами, прижатый к синяку на моем бедре. Джейк тоже жил в боли. Его синяки не видны, но они есть. Я сделала их.

Взяв его за руку, я веду его в душ. Я встаю под горячую струю и поворачиваюсь, мои руки возвращаются к его плечам.

— Я хочу, чтобы тебе было так хорошо. Больше не беспокойся. Вернись ко мне. Найди меня снова, как ты сделал в Сиэтле...

Он заглушает мою просьбу поцелуем, его руки страстно блуждают по моему телу, и мы просто растворяемся друг в друге. Наши тела, кажется, запомнили друг друга. Я знаю, как к нему подойти. И он знает меня. Мы целуемся, когда дразнимся, моя рука вокруг его члена. Достаточно просто надавить, проведя большим пальцем по его чувствительному кончику.

Он стонет от моих прикосновений, прижимаясь бедрами. Его рука проникает мне между ног, его пальцы находят мой центр, скользкий от моей собственной влажности и освобождения Калеба. Душ смывает это, когда мы продолжаем дышать воздухом друг друга.

Затем он ведет меня задом, пока моя задница не ударяется о холодную кафельную стену. Он не ждет удара, прежде чем упасть на колени. Его руки нежны на моих бедрах, когда он оставляет несколько поцелуев на моей покрытой синяками коже. Его губы спускаются ниже, целуя мою голую киску, слегка дразня ее облизыванием. Он стонет от нетерпения, и я чувствую вибрацию прямо на своем клиторе.

Все мое тело - провод под напряжением. Я потрескиваю, как будто у меня под кожей электричество. Он прижимается ко мне лицом, его руки немного сжимаются, когда он снова стонет.

— Черт, я так по тебе скучал.

Я не могу удержаться от смеха, мое тело расслабляется у стены, когда я понимаю, что на самом деле он говорит не со мной.

— Ты думаешь, она тоже скучала по тебе? — дразню я.

— Я знаю, что она это делала, — уверенно отвечает он, раздвигая меня и проводя языком по моему клитору. — Ммм, эта красивая розовая киска, блять, вся моя. Клянусь, у тебя самая красивая киска, которую я когда-либо видел.

Мой смех замирает у меня в горле, когда он хватает ртом, его руки кружат вокруг, чтобы сжать мои ягодицы.

— Пожалуйста, — бормочу я, немного раздвигая ноги. Я хочу, чтобы Джейк ел мою киску, как будто это его последний прием пищи.

Мои руки зарываются в его мокрые волосы, и я переношу свой вес, когда он тянет мою левую ногу, перекидывая ее через плечо. Затем он идет ва-банк. Он ненасытен, его язык и губы показывают мне, как сильно он скучал по мне. Мне ничего не нужно, чтобы довести меня до такого предела освобождения.

В тот момент, когда он погружает свои пальцы в меня, я кончаю, стенки моего влагалища плотно сжимаются вокруг него. Он наслаждается этим со мной, посасывая мой клитор и щелкая по нему языком, пока я не перестану пульсировать вокруг его пальцев. Он дарит моей киске еще несколько нежных поцелуев, вытаскивая пальцы и облизывая их дочиста, когда встает.

Я веду его к выложенному плиткой сиденью скамейки, проходя под горячими струями душа, и нажимаю на его плечи. Он опускается, его руки скользят по моим бокам, чтобы обхватить мою грудь. Я осторожно забираюсь к нему на колени, оседлав его на твердой плитке скамейки. Джейк помогает мне расположиться, приподнимая меня под ребра, когда я надавливаю на его член у своего входа и медленно опускаюсь вниз, принимая его всю длину в себя на мягком выдохе.