Страница 7 из 217
2
Рэйчел
— Я не знаю, что еще вам сказать, мэм. Я смотрю на экран и не вижу никаких записей о ваших сумках, — бубнит в третий раз портье авиакомпании.
Я издаю раздраженный стон, жонглируя своим тяжелым рюкзаком и сумочкой на плече, пока хватаю чеки со стойки.
— Тогда, объясните это, — говорю я, взмахивая ими в воздухе. — Парень в Цинциннати проверил все три мои сумки. Очевидно, что они где-то связаны, потому что смотрите, у меня есть одна прямо здесь! — Я указываю на сумку у моих ног. Это одна из старых сумок Тесс. Дело в том, что она держится чуть лучше, чем молитва.
Это официально катастрофа. В двух пропавших сумках почти все, что мне нужно. Сумка, которую мне удалось забрать, была набита в последнюю минуту, всякой всячиной – несколькими медицинскими учебниками, громоздкой зимней одеждой, двумя вечерними платьями и случайными вещами для тренировок. Я собираюсь выглядеть великолепно, вальсируя в свой первый рабочий день, завтра, надев сшитое на заказ платье Шанель с открытой спиной и в кроссовках.
— Не могли бы вы, пожалуйста, проверить еще раз, — говорю я, швыряя квитанции обратно на стойку.
Это были 32 часа чистого хаоса. Я голодна, измотана, и я чувствую себя совершенно на взводе после долгого дня, связанного с многочисленными задержками рейсов. Я даже не спала прошлой ночью, слишком была занята сборами. Я со слезами попрощалась с Тесс, прежде чем в 6:00 была в аэропорту на свой первый рейс.
Но серия механических задержек означает, что сейчас уже 17:00, а я только приземлилась в Джексонвилле. И теперь эта человеческая горгулья с металическим значком на жилете с надписью: «Я люблю корги» сообщает мне, что мой багаж исчез с лица земли.
— Я не понимаю, как две сумки могут просто пропасть...
— О... подождите, — бормочет она, экран компьютера светится в отражении от ее очков. — Ага... вот они. Я неправильно ввела номер рейса.
Я остаюсь неподвижной. Так проще. Я не позволяю менеджеру обращаться ко мне таким образом... или офицеру полиции.
— Пожалуйста, просто найдите их.
Пока она начинает щелкать, я перекладываю сумки на плечо, глядя на свой телефон. Он взрывается с тех пор, как я подошла к стойке. По-видимому, он, наконец, решил выйти из режима полета. Все сообщения приходят сразу.
Я уверена, что Тесс хочет новостей. В групповом чате семейства Прайс тоже есть несколько сообщений. У меня также есть несколько сообщений с неизвестного номера. Я прочитала их первыми.
НЕИЗВЕСТНЫЙ(17:05): Привет, это Калеб Сэнфорд из «Рэйс». Я заберу тебя из аэропорта. Я буду на синем джипе.
НЕИЗВЕСТНЫЙ(17:15): Я здесь. Выход 2.
НЕИЗВЕСТНЫЙ(17:20): Не могу больше сидеть, прежде чем парень снова заставит меня ездить вокруг.
Черт. Никто не говорил, что меня встретят в аэропорту!
НЕИЗВЕСТНЫЙ(17:30): ПРОПУЩЕННЫЙ ЗВОНОК
НЕИЗВЕСТНЫЙ(17:45): Слушай, я не хочу быть мудаком, но я не могу больше ждать. Здесь говорится, что твой рейс прибыл 45 минут назад.
НЕИЗВЕСТНЫЙ(17:47): Это доктор Прайс, верно?
— Боже, мой, — плачу я, перекладывая все свои вещи на плечо.
Отлично, теперь я выгляжу как полная дура, которая просто игнорирует звонки и сообщения в течение часа, оставляя людей ждать меня. Мне нужно перезвонить этому парню. Мне нужно выбраться из этого проклятого аэропорта!
— Пожалуйста, — говорю я, через стойку, кажется в сотый раз. — Если сумок здесь нет, я могу вернуться, но я не могу просто продолжать стоять здесь.
Она поднимает руку перед моим лицом.
— Мэм, мне нужно, чтобы вы успокоились.
О, нет, она этого не сделала.
— Успокоиться? — Я киплю. — Я еще не начала быть неспокойной. Вы та, кто сказал, что моих сумок даже не было в системе две секунды назад... — Я задыхаюсь от остальной части своей тирады. Оно того не стоит. — Пожалуйста, — повторяю я. — Просто скажите мне...
— Поняла, — бормочет она, снова переводя взгляд на экран. — Похоже, что две сумки были неправильно отправлены во время вашего транзитного рейса в Шарлотте. Мы можем их перенаправить их сюда завтра утром.
Я вздыхаю с облегчением.
— Слава богу. Что вам нужно от меня?
— Ничего, — отвечает она, возвращая мне квитанции о сумках через стойку. — У нас есть вся ваша контактная информация. Кто-нибудь свяжется с вами, сообщив, когда сумки прибудут.
Я хватаю квитанции.
— Спасибо, — бормочу я, только добавляя «ни за что» в своей голове.
— Добро пожаловать в Джексонвилл, — невозмутимо говорит она, уже махая следующему человеку в очереди.
Я борюсь с ремешком своей сумочки, которая теперь завернута в лямку моего рюкзака и зацеплена за мою металлическую бутылку с водой. В тоже время я тянусь к ручке своей клетчатой сумки. Эта штука весит тонну! Как бы то ни было, это закончилось. И теперь я в ударе.
Я спешу прочь от стойки потерянного багажа, волоча за собой свою единственную сумку. У меня сумочка пристегнута поперек тела, так что моя левая рука может быть свободной. Я уже нажимаю кнопку вызова на своем телефоне. Он звонит, и парень сразу берет трубку.
— Алло? — У него глубокий голос.
— Привет. — Черт... как звали это парня? — Это Рэйчел Прайс, — говорю я. — Мне так жаль! Мои сумки были потеряны, а затем мой телефон застрял в режиме полета... это был беспредел. Я уже выхожу!
— Я снова тяну время, — говорит он. Я слышу музыку на заднем плане. — Синий джип. — Он вешает трубку.
Я мчусь к двойным дверям, помеченным большой цифрой 2, и выбегаю на улицу. Жара во Флориде бьет меня, как пощечина. Я привыкла к сухой жаре калифорнийского лета, а не к этому болоту. Слава богу, мои волосы уже собраны в узел. Мне нужно срочно снять эту толстовку.
Темно-синий джип останавливается на пешеходном переходе примерно в десяти ярдах от меня. К верхним поручням привязана доска для серфинга, а собака выглядывает с заднего сиденья. Он очарователен – черные заостренные уши, с белой мордой, как у бордер-колли. Его розовый язык высовывается изо рта.
Я бегу к джипу, колеса моей сумки гремят по цементу. Я поднимаю руку, держащую телефон, неловко машу джипу. Парень на водительском сиденье кивает. На нем авиаторы и бейсболка с низко надвинутым козырьком.
— Привет, — говорю я, затаив дыхание, когда останавливаюсь с пассажирской стороной джипа. — Я, Рэйчел Прайс. Я очень извиняюсь еще раз! Мой телефон не работал, и две мои сумки пропали, и я не спала 36 часов, и я просто раскаленный беспорядок. Но сейчас я здесь, и я готова ехать и... о, боже, ты такой милый...
Парень на переднем сиденье напрягается, его рот слегка приоткрывается от удивления, но я на самом деле не обращаю на него внимания. Когда я изливала душу, собака прыгнула между сиденьями, высунув морду из-за края пассажирской двери. У него великолепные ледяные голубые глаза, такие яркие и любопытные. Я большой любитель животных. У меня никогда не было их, когда я росла, потому что мы всегда путешествовали, поэтому теперь я становлюсь болезненно неловкой, если речь идет о собаке.
— Сай, назад, — командует его владелец, заводя джип.
Собака извивается всем телом, его хвост хлопает перед лицом парня, прежде чем он послушно запрыгивает на заднее сиденье.
— Нужна помощь с сумками?
— О, нет. Я могу сама, — говорю я, мой взгляд возвращается к нему.