Страница 22 из 217
10
Рэйчел
Тренировочная арена гудит от активности. Тайлер ведет меня к закрытой части трибун прямо в центре льда за стеклом. Холод льда поднимает тонкие волоски на моих руках. Несколько людей уже сидят в этой секции с планшетами в руках. Мы делаем краткий раунд вступлений, но это трудно услышать из-за взрывной звуковой системы.
Эйвери я уже знаю. Он крупный парень, сложен как полузащитник. Он тщательно выбривает волосы, а его лоб изборожден морщинами. Он сидит рядом с молодым парнем, которого я видела в комнате физиотерапии ранее. Я думаю, что он может быть стажером. Он очень красивый, высокий и долговязый, с сильно загорелой кожей, усыпанной веснушками по всему лицу. Его глаза пронзительно зеленые, а черные волосы собраны в пучок, убранные с лица спортивной повязкой. Когда он видит нас, он улыбается и машет Тайлеру.
На дальней стороне катка места на арене заполнены возбужденными болельщиками, жаждущими посмотреть показательную игру. Музыка гремит из динамиков, когда ребята катаются на коньках.
— Это медведь? — говорю я Тайлеру, указывая на вратаря.
Тайлер хихикает.
— Киннунен? Черт возьми, нет. Это Келсо, парень из третьей линии. Он борется с Дэвидсоном за место на скамейке запасных. Поверь мне, когда Киннунен выйдет на лед, ты поймешь.
Я замечаю Калеба, склонившегося над коньком парня, вытаскивающего лезвие. Он вставляет новый, похлопывая парня по лодыжке. Через несколько мгновений игрок перепрыгивает барьер и возвращается на лед.
Калеб оглядывается, замечая меня, и я машу. Он кивает мне, как классному парню, и отворачивается. Я закатываю глаза, но через мгновение мой телефон звенит.
КАЛЕБ(11:03): Как проходит первый день, Горячий Доктор?
Я издаю смешок, бросая на него взгляд, но он ушел.
РЭЙЧЕЛ(11:03): Горячий Доктор? Серьезно? Что случилось с Ураганом?
Раздается звонок, и все парни очищают лед.
КАЛЕБ(11:04): Для меня ты Ураган. Для остальных парней, ты горячий Доктор.
К моему ужасу, на моем телефоне появляются снимки экрана из группового чата. По-видимому, ребята отслеживали мое местонахождение в течение последнего часа, как будто я сбежавший гепард, разгуливающий по зданию. Это не просто неловко.
— О боже, — стону я, набирая ответ.
РЭЙЧЕЛ(11:04): Сколько мне будет стоить, чтобы ты помог мне избавиться от прозвища Горячий Доктор?
Мой телефон замолкает на несколько минут, и я устраиваюсь со своим планшетом, готовая делать заметки, когда ребята начинают выходить на лед под радостные крики болельщиков. Это просто показательные, так что это Рэйс на Рэйс. Первая половина парней одета в белые тренировочные майки, вторая половина в бирюзовые. Келсо, вратарь третьей линии, одет в белую майку.
Толпа ревет, когда новый вратарь выходит на лед в бирюзовой форме, и у меня перехватывает дыхание. Он массивный. Вратарские колодки уже делают обычного парня похожим на Оптимуса Прайма. Этот человек мог проглотить Келсо целиком.
— Этооооо Киннунен, — говорит Тайлер с усмешкой. — Двукратный обладатель Кубка Стэнли, звезда Финской Лиги. Это Медведь.
— Да, я уловила это, — отвечаю я. Мой телефон звенит, но я не могу отвести от него глаз. Как такой крупный мужчина может играть за вратаря? У него не может быть ловкости, необходимой для достаточно быстрого перемещения. Прямо сейчас он неторопливо приближается к воротам, как невозмутимый гризли, в два раза больше ближайшего парня.
Киннунен занимает свое место перед воротами, поднимая шлем, чтобы сделать глоток воды. Трудно что-то разглядеть за светлой бородой.
— Киннунен включен в список олимпийской сборной Финляндии, — говорит Тайлер. — К нам в город приезжают несколько скаутов, чтобы посмотреть пару игр.
— Круто. — Я сажусь вперед на скамейке запасных. — Кто-нибудь из других парней претендует на Олимпийские игры в этом году?
— Не уверен, — отвечает он. — Я знаю о Киннунене только потому, что представители Финской ассоциации хоккея на льду связались со мной, желая получить его медицинскую карту.
— И мы можем это сделать?
— С согласия игрока, да. Если он согласится, мы можем отправить его медицинскую карту его почтальону. — Я снова смеюсь, проверяя свой телефон.
КАЛЕБ(11:10): Весь чай в Китае, Ураган.
Я усмехаюсь, оглядываясь на скамейку запасных, чтобы снова увидеть Калеба внутри. Он разговаривает с одним из парней в бирюзовом, вручает ему шлем, когда называют его номер, и парень едет дальше.
— № 19, Джош О'Салливан, — говорит Тайлер, указывая на игрока. — Парни называют его Салли. Получил свою долю травм. Левое плечо немного болит. Следи за ним, как ястреб. — Я киваю, записывая его номер. — И парень в белом там, № 22 – это Нови. Лукас Новиков. Он большой шутник. Два дня назад идиот споткнулся на беговой дорожке из-за развязавшегося шнурка и тяжело упал. Проверь его колено в течение следующих нескольких дней. Он говорит, что с ним все в порядке, но эти парни спрячут проколотое легкое, если подумают, что это означает время вдали ото льда.
Я записываю и его имя тоже.
— Я уверен, ты уже знаешь это, Прайс, но есть то, что тебе говорят, это неверно, затем есть то, что ты видишь своими собственными глазами, и, наконец, есть то, что подсказывает тебе твоя интуиция, — объясняет он. — Тебе нужны все три, чтобы добраться до истины вещей.
— О, я знаю, — говорю я. — Ты когда-нибудь пытался сказать полузащитнику, что он не может начинать с разрыва мениска во время плей-офф?
Он хихикает.
— Да, ты поняла. Не всегда весело играть в плохого полицейского, но мы, в конечном счете, здесь, чтобы защитить их, даже от самих себя, — добавляет он. — Игра длится всего пару лет, если им повезет. Затем они получают остаток своей жизни, чтобы справиться с повреждением.
Я смотрю, как ребята катаются в строю, когда шайба отбрасывается. Они играют в своей собственной команде, поэтому нет серьезных ударов, нет насилия. Нападение белой стороны постоянно переносит шайбу по льду. Очевидно, что у них более сильная линия.
Я внимательно наблюдаю за Киннуненом. Его первые пару сейвов достаточно легки. Ему почти не приходилось двигать блокирующим или клюшкой. Два удара просто сбили его с ног, и он отбросил шайбу ожидающему защитнику.
Он, должно быть, намного выше 6 футов. Он сгорбился в своей стойке, его массивное тело практически блокирует доступ к верху и бокам сетки. Это умная тактика, просто поставить самого большого парня, которого вы можете найти, перед сеткой, но его рост на самом деле ставит его в невыгодное положение. У него огромная дыра между ног. Шайба имеет широкое отверстие, чтобы лететь вправо.
— Вау, — бормочу я, широко раскрыв глаза.
Киннунен двигался так быстро, что я моргнула и пропустила это. В одну секунду он небрежно присел, в следующую он был в полной бабочке, бедра согнуты, а колени вывернуты, полностью прижаты ко льду. Он фактически перекрыл весь доступ к сетке. Еще одно моргание, и он на ногах, пригнувшийся и небрежный.
— Он такой быстрый, — бормочу я. — Можно подумать, что с его размерами...
— Это он слишком большой, чтобы играть? — Тайлер говорит со смехом. — Нет, Марс Киннунен гладкий, как масло. Он не будет слишком нагнетать на показательной игре. Он позволит паре ударов пройти мимо, просто чтобы поднять эго парней, как... да...
Толпа ликует, когда белые забивают гол. Но я все время наблюдала за Киннуненом. Он даже не пытался блокировать это.