Страница 122 из 217
63
Илмари
— Поцелуй меня, — говорю я, мое тело гудит от желания.
Вспышка желания в глазах Рэйчел быстро сменяется удивлением, когда они становятся шире, темные омуты, в которые я хочу погрузиться.
— Что?
Я застал ее врасплох. Мне нравится, что она этого не ожидала.
— Ты спросила меня, чего я хочу, — объясняю я. — Я хочу, чтобы ты поцеловала меня так, будто умрешь, если не сделаешь этого. Поцелуй меня, и я вернусь туда. Поцелуй меня, и я сделаю снимки.
Она фыркает, как будто возмущена, но я вижу огонь, горящий внутри нее.
— Ты вымогаешь у своего врача сексуальные услуги, Марс? Не самый лучший способ.
— Мне все равно.
— Мы на улице, — рассуждает она, указывая вокруг.
— Мне все равно.
— Ну... поцелуй, чтобы спасти жизнь, был бы не в возрастном ограничение, — добавляет она, приподнимая одну темную бровь, когда она улыбается.
— Покажи мне.
Мое тело уже реагирует на нее, а она еще даже не прикоснулась ко мне. Мы оба знаем, что она поцелует. Мы умирали оба. Она была удивлена в первый раз. Она не просила об этом. Она боялась ответить взаимностью, боялась быть пойманной. Теперь я передаю власть в ее руки. Она собирается поцеловать меня, и она это предвидит. Она будет той, кто начнет это.
Я знаю момент, когда она приняла решение. Я готов к ней, бросая сумки к ногам. В то же время она роняет свою сумочку. Ее руки ложатся на мои плечи, когда она прыгает. Я легко ловлю ее, ее ноги обвиваются вокруг моей талии, а руки делают то же самое на моей шее.
А потом мы целуемся. Рэйчел прижимается ближе, ее губы приоткрываются, когда она напевает о своей потребности в мой рот. Ее губы такие мягкие, ее язык теплый, когда она щелкает и дразнит.
Я обхватываю левой рукой ее задницу, поддерживая ее вес, в то время как моя правая рука обнимает ее за плечи. Я не отпускаю. К черту то, что я сказал в самолете. Между нами ничего не закончено. Мы только начинаем. Эта женщина моя.
Ее хватка на моей шее ослабевает, зная, что я не позволю ей упасть. Затем она разворачивает их, чтобы обрамить мое лицо, ее пальцы касаются моей бороды. Я стону, когда она прикусывает мою нижнюю губу, мой член становится тверже с каждой секундой. Мы тяжело дышим, нуждаемся в дыхании, даже когда отчаянно хотим продолжать целоваться. Ее руки в моих волосах, убирая их с моего лица.
Кто-то свистит, и мы замираем. Рэйчел отстраняется, ее губы приоткрыты, когда она фыркает, глядя мне в глаза. Ее темные глаза с золотыми крапинками проникают сквозь мои стены. Я хочу ее так, как не хотел ничего.
Она толкает меня в плечи, и я ослабляю хватку, позволяя ей соскользнуть с моего тела на землю. Мы стоим, ее руки на моей груди, мои руки на ее бедрах, пока город движется вокруг нас.
— Вот так, — бормочет она. — Ты получил то, что хотел, верно?
Я киваю, не в силах вымолвить ни слова.
— Хорошо. Теперь хватай сумки, и пошли. Там ждет рентгеновский аппарат с твоим именем.
***
— Вы вернулись, — говорит Халла, переводя взгляд с меня на Рэйчел.
— Как видишь, — отвечаю я, благодарный за ее спокойную силу, когда она стоит рядом со мной.
Сначала мы зашли в отель, оставив сумки на стойке регистрации. Затем она заставила нас зайти в кофейню. Она сказала, что если ей снова придется встретиться с Халлой без подкрепления кофеином, она может провести ночь в тюрьме.
— Вот как это будет, — говорит она, прищурившись, глядя на него, крепко сжимая в руке чашку кофе. — Ты проведешь медицинский осмотр. И мы хотим рентген и МРТ. Если мы подтвердим, что это разрыв, я хочу...
— Ты ожидаешь, что я сделаю укол кортизона, чтобы облегчить боль в суставе, — говорит он, явно раздраженный. — Я знаю, Прайс. Это моя практика, помнишь? — Он смотрит на меня. — Что я получаю взамен?
Она на дюйм впереди меня, расправив плечи перед своим бывшим боссом.
— Ты испытываешь теплое и нечеткое чувство осознания того, что ты не был гребаным мудаком для моего травмированного пациента, — отвечает она за меня.
Уголок его рта изгибается, как будто он впечатлен. Я не удивлен. Она львица. И она моя. Я даже не пытаюсь бороться с желанием приблизиться к ней на дюйм.
— А ужин, который ты обещала? — говорит он, переводя взгляд между нами.
Она насмехается.
— Боже мой, ты перестанешь это говорить? Я никогда не обещала тебе ужин с Илмари. Ты был тем, кто предложил это. Я просто думала, что ты пытаешься быть чертовски хорошим человеком. Я не знала, что ужин из морепродуктов будет сопровождаться таким количеством условий.
— Мы пойдем на ужин, — говорю я, мои пальцы касаются ее поясницы. Я действительно не хочу отрывать ее от него, когда она решит выцарапать ему глаза.
Она слегка расслабляется, расправляя плечи. Она делает самый маленький шаг назад ко мне, ее плечо задевает мою грудь.
Он переводит взгляд между нами, его улыбка становится шире.
— Прекрасно. Мы согласны.
***
Остаток дня мы проводим в клинике, Халла проводит полное медицинское обследование, включая стресс-тесты и ряд двигательных упражнений. Он заставляет меня ходить и бегать на беговой дорожке, прежде чем я показываю ему свою тренировку по растяжке перед игрой. Когда я пытаюсь сделать полный шпагат, боли в правом бедре достаточно, чтобы я застонал.
— Ладно, этого достаточно, — говорит Рэйчел, вступая в игру. — Мы не хотим усугублять.
— Согласен, — бормочет Халла. — Я сделаю дополнительные тесты.
Спустя несколько часов я пережил серию рентгеновских снимков и разновидность МРТ, во время которой в тазобедренный сустав вводили краситель. Когда Халла вернулся, было уже почти пять часов.
— Его снимки готовы, — говорит он, не сводя глаз с Рэйчел. — Не хотели бы вы проконсультироваться со мной, доктор Прайс?
Она вскакивает со стула, отставляя пакет с крендельками и диетической содовой в сторону.
— Да, сэр. Спасибо.
— Я тоже хочу их увидеть, — говорю я, поднимаясь на ноги.
— Ты не врач, сынок, — говорит он по-фински.
— Это мое тело, — отвечаю я. — И я не твой сын.
— На английском, — вмешивается она, бросая на меня хмурый взгляд.
— Прекрасно. Пойдемте за мной, вы оба, — говорит он по-английски.
Он ведет нас по коридору в кабинет и показывает Рэйчел снимки моего бедра. Они тихо разговаривают, указывая на различные части черно-белых изображений. Они, кажется, не обеспокоены. Рэйчел просто кивает, когда он говорит, ее темные брови сосредоточенно сузились.
— Вот что тебе нужно увидеть, — говорит он, указывая на новое изображение на экране.
— Вот оно, — бормочет она, вздыхая с облегчением, когда наклоняется, ее палец проводит по шаровидному суставу моего бедра. — Марс, иди сюда. — Она берет меня за руку, чтобы притянуть ближе. — Посмотри сюда. Видишь это темное пятно? Это разрыв.
Я прищуриваюсь, замечая маленькую черную точку в белой полоске, которая покрывает подушечку моего тазобедренного сустава. Я был в этом виде спорта достаточно долго, чтобы знать опасность разрыва. Это обычная травма для вратарей, но для меня это впервые.
— Он маленький, — добавляет Халла. — Я не думаю, что для его восстановления нужна операция. По крайней мере, пока.
— Я согласна, — бормочет она. — Ты сделаешь инъекцию кортизона?
— Да, это должно принести ему некоторое облегчение. — Он поворачивается ко мне. — Твое бедро уже находится на пути к восстановлению. И мне не нравится выполнять процедуры, когда в этом нет необходимости. Тебе нужно умерить свою физическую активность, пока выздоравливаешь. Не делай ничего, чтобы рисковать этим бедром. Компенсируй на льду, как можно больше. Я доверяю Прайс руководство.