Страница 16 из 18
— А что вы последнее помните? — профессиональным тоном спросил врач.
Я задумалась.
— Экскаватор… Я создавала его…
— Во время вашей работы произошёл несчастный случай. Ваша сфера загорелась. Но вас вовремя успели спасти.
— Кто? — прохрипела я, подумав о Шоне.
— Вас привезли в больницу представители службы безопасности Пантеона вместе с «небесными» медиками. Насколько мне известно, на посту охраны сработала сигнализация, и вам сумели быстро прийти на помощь.
Я устало смежила веки, переваривая информацию. Выходит, привиделось. Мозг снова выдал желаемое за действительное. А может, воспроизвёл обрывок старого воспоминания. Почему бы и нет? Шона ведь в капсуле не было. Наверное, я подсознательно воспринимала его как кого-то надёжного, безопасного. Того, кого мечтаешь увидеть в критической ситуации, на чью помощь надеешься. И это несмотря на его предательство. Паршивая мысль. Горькая, унизительная.
— Поспите. Сон поможет скрасить ожидание, пока питательная среда и репаратор, кстати, изобретение вашей коллеги — Зои Гамильтон, будут лечить организм. Если осложнения не возникнут, завтра вас переведут в обычную палату. И мы добавим несколько процедур для восстановления мозга. Вы ведь до сих пор принимаете препараты от галлюцинаций? — Я легонько кивнула. — Мы с коллегами это учли. Выздоравливайте.
Послышался стук каблуков, шелест одежды, а его изображение начало растворяться.
— Доктор, постойте… — выкрикнула я прежде, чем он окончательно скрылся из виду. — Мои шрамы… Те, что на спине и плече… Они исчезнут?
— Только если вы того пожелаете.
–Уберите тот, что на руке, а остальные… оставьте. Пожалуйста.
— Хорошо. Поправляйтесь.
К счастью, никаких осложнений не возникло, и вскорости меня выпустили из того плотного пузыря, заполненного отвратительной жидкостью. Резкой боли в шее, груди, спине и плечах больше не ощущалось. Остался лишь приглушённый след. Вполне терпимый, хотя и неприятный.
Я лежала в одноместной палате. Светлой, просторной, но с едва уловимым запахом медикаментов. Он смешивался с ароматом цветов. На прикроватной тумбочке и подоконнике уже красовались дорогие букеты. К моей вене была подключена капельница, а шея и рёбра хотя больше и не были зафиксированы, но врач попросил не делать лишних движений.
Сотрясение, переломы, внутреннее кровотечение, множественные порезы… Я особо не вслушивалась в перечень повреждений, но это запомнила. Однако мои мысли по большей части были прикованы к неудачному эксперименту.
Почему в меня ударило энергетическим импульсом? Я ведь не открывала портал в свой мир, не старалась сделать картинку чётче или каким-то образом взаимодействовать с увиденным. Считай, всего лишь напала на след. И чуть не погибла при этом. Что за завеса отделяла Эдем от других веток реальности? Откуда она взялась? И что если её природа была той же, что и у аномальных зон?
В палату постучали.
— Войдите! — крикнула я.
Дверь растворилась в воздухе — и на пороге в эфириусном белоснежном костюме появился Фредерик Штольцберг. За его спиной маячили фигуры трёх с виду солидных серьёзных мужчин.
Стало страшно. Они знают, что я пыталась совершить!
— Здравствуйте, Кара, как самочувствие? — вежливо поинтересовался Верховный архонт.
Во рту сделалось сухо. Я сглотнула, облизала потрескавшиеся губы и хрипло сказала:
— Уже лучше. Спасибо.
— Рад это слышать. — Он улыбнулся, но взгляд серых глаз остался ледяным. — Ваш лечащий врач сказал, что скоро вы должны окончательно выздороветь. Мне жаль, что приходится вас беспокоить в такой момент, но мы вынуждены расследовать обстоятельства произошедшего несчастного случая.
Точнее, выяснить, что его спровоцировало и при необходимости отправить меня обратно на рудники!
Пульс зачастил, о чём предательски сообщил монитор одного из подключённых ко мне приборов, и я поняла, что надо срочно брать ситуацию в свои руки.
— Господин Штольцберг, вы… вы можете рассказать мне о том, что случилось? Доктор что-то говорил про пожар, но… я не понимаю, как он возник! Я… я работала, как обычно… Пыталась создать экскаватор… Тестировала двигатель, рычаги… А потом меня ударила в грудь силовая волна…
Я жалобно всхлипнула и осеклась, имитируя недоумение, сожаление и посттравматический страх.
— Откуда она взялась? Неужели это произошло из-за фантазийной грозы? Или я опять утратила контроль над фантазией?
— Моя дорогая, мы считаем, что вы каким-то образом сумели коснуться Покрова.
— Покрова? — растерянно переспросила я. — Что это такое?
— Дело в том, Кара, — произнёс он, буравя меня въедливым взглядом, — что вокруг Эдема существует своего рода завеса, которая не даёт нам перемещаться в другие ветки реальности. Её невозможно преодолеть…
— Кажется, я что-то такое слышала, — пробормотала тихонько.
Можно было бы притвориться, что мне про неё ничего не известно, но в ходе расследования могло бы всплыть упоминание о подобном случае с Йелло… А раз мы с ним друзья, то такое обстоятельство бросало тень подозрений на нас двоих. Нет, разумнее было сделать вид, что я имела представление о Покрове, но проламывать его не собиралась.
— Но… какое отношение этот… Покров имеет к моему проекту? Не понимаю… Он же опасен…
На лице Штольцберга отразилось искреннее изумление. Тем не менее, Верховный архонт быстро пришёл в себя.
— Постарайтесь припомнить, моя дорогая, что вы делали и говорили перед тем, как ощутили силовой удар?
Я нахмурилась, изображая задумчивость. От страха задрожали пальцы. Пульс стал почти нереальным. Я ненавидела Штольцбрега и боялась его. Господи, как же сильно боялась. Того, что он мог сотворить со мной и того, что мог сделать с друзьями.
— Я… я… толком не помню… В «Творце» не было симуляции аномальной зоны, и я выставила максимально сложные настройки… Потом стала создавать дополнительные шумовые факторы… Действовала вслепую. Тараторила всё подряд… Выдавала первое, что приходило в голову…А потом раз — и…
Я потянулась рукою к груди и снова всхлипнула, стараясь изобразить истерику. Но из глаз тут же брызнули горькие слёзы, потекли по щекам — нервы, натянутые до предела, в один момент сдали. Так что притворяться мне и не пришлось.
— Я… я не хочу умирать… во второй раз… Только не так… Посреди недоделанного проекта… В шаге от мечты…
Штольцберг ободряюще коснулся моей руки. Чудом её не отдёрнула.
— Моя дорогая, всё позади. Вы скоро поправитесь и снова вернётесь в Пантеон.
— А как же моя сфера? Там ведь был пожар… Где теперь мне творить?