Страница 204 из 240
Глава 17. Триумф и его последствия
Чем сложнее конфликт, тем значительнее триумф.
Наладить работу оккупационной администрации и всего необходимого в Ба Синг Се оказалось, с одной стороны, несколько проще, чем было на Северном Полюсе, но вот с другой — много сложнее. Однако… всё по порядку.
Итак, основной управленческий аппарат города состоял или из агентов Дай Ли непосредственно, или из тех, кого эти агенты держали за яйца. «Вспомогательный персонал», в смысле, просто чиновники-писцы и прочие винтики в большой административно-бюрократической машине, как правило, были достаточно «информированы» о конторе уважаемого Лонг Фенга. И боялись её до усёра. Что это означало? Что «государственная машина» как работала, так и продолжила работать, толком не обратив внимания на смену центральной власти.
Нет, я понимал, что большинству людей реально плевать, кто там наверху, пока их не трогают, а уж у представителей исполнительной власти (именно исполнительной, а не военного ведомства) подобный «талант» и вовсе возведён в абсолют, однако вид того, как клерки за пару дней перекрасили свои одежды из зелёно-коричневого в ало-чёрный и как ни в чём не бывало продолжили ходить на службу, вызвал внутри черепа странное почёсывание и похрустывание.
Да, это было легко, приятно и удобно. Никто не роптал, не пытался в диверсии и саботаж, но подобное даже не отсутствие патриотизма, а просто наплевательское отношение к своей родине что-то коробило внутри меня. Хотя я прекрасно понимал, что в прошлой жизни был примерно таким же и вопрос пополнения личного бюджета и обустройства личного комфорта занимал меня куда как больше, чем кто и как там страной рулит. Разве что известие о кончине некоторых рулящих или пытающихся рулить вызвало бы у меня небольшой прилив радости и энтузиазма… и ничего в моей жизни не поменяло. Суть олигархии, как бы она ни маскировалась под демократию, состоит в том, что «говорящая голова» может меняться сколь угодно часто и нести какой угодно благолепный бред, самых красивых выражений и правильных мыслей, давая любые обещания, но жить общество будет согласно правилам, что спускают вниз конкретные кланы, владеющие основными капиталами и, следовательно, властью.
В общем, получилась у меня такая своеобразная «встреча со своим прошлым», которая принесла далеко не самый приятный налёт эмоций. Не каждый день узнаёшь, что, по сути, презираешь себя прошлого. И пусть я достаточно уверенно и не кривя душой мог сказать, что при установленной мной власти в Ба Синг Се станет лучше и как раз готовность сотрудничать с новой администраций в данных условиях — это правильный и хороший поступок, ощущения не менялись. В конце концов, легко так рассуждать, будучи де-факто третьим человеком в стране, что уже правит миром. А вот с точки зрения «маленького человечка»… Ну да не будем об этом. Лучше перейдём к проблемам.
Их было… много. Причём шли они от «мелких неудобств» до «и что с этим головняком делать?». Самой простой, как ни странно, были армейцы. Из-за предпринятых манёвров потери при штурме города были просто смешными. Меньше пяти сотен с обеих сторон, при колоссальном перевесе потерь у землероек. Вот только потери эти были велики только на фоне наших, а по факту войска противника, считай, просто сдались в плен в полном составе. Это создавало определённое напряжение, — шутка ли, когда у тебя пленных не сказать что сильно меньше, чем твоих собственных войск? — но поскольку вели мы себя прилично, местных не трогали и радели за дисциплину, то и сами пленные тоже не бузили. Разумеется, некоторые казусы случались, особенно с идейными ребятами из того же Омашу, что оказались в Ба Синг Се, но несколько спущенных шкур и весёлых плясок в петле проблемы, как правило, решали.
Однако те методы решения, что подходили для простых солдат и полевых командиров, категорически не годились для старшего офицерского состава и аристократии. Тем более что почти весь старший офицерский состав из этих аристократов и состоял. С водниками было проще — там сопротивление было ожесточённее, что позволяло нам действовать более «резко», да и во время этого сопротивления мы всю верхушку, за редким исключением вроде Пакку, перебили. К тому же что ни говори, но водники, в понимании остальной ойкумены, были не то чтобы «дикарями», но… это обособленная община, живущая в городе-государстве у чёрта на рогах, они даже назывались «
Самым печальным в этом было то, что понимали этот расклад и сами пленные — и потому не то чтобы борзели, но… да, борзели. Отловленный генерал Сунь, что сбежал с обороны внешней стены впереди собственного визга, как немного успокоился и осознал, что жив, здоров и на плаху его не тащат, начал требовать — да, именно требовать — поселить его в его поместье с его слугами и наложницами! И это было нормально! Это было в рамках традиций и правил войны, которых нужно было придерживаться! И да, на своих солдат ему было насрать.
К счастью, Лонг Фенг старался показать свою полезность и пусть и не «держал за яйца» местных аристо, но умел с ними говорить и убеждать в своей правоте. А ещё — подсказал, кого всё-таки можно вздёрнуть, чтобы потом сильно облегчить себе жизнь. Ну или устроить «убит при попытке к бегству» или «подавился фиником». Не самые популярные методы, злоупотреблять которыми очень не стоит, но чуть-чуть, дабы вразумить остальных, — можно.
А ещё это успокаивало Аузулу. В том смысле, что… да, девочку явно учили «рулить» куда как лучше и вдумчивее, чем Зуко, и потому со всяческими организационно-управленческими моментами она справлялась на удивление хорошо, но, привыкнув к совсем другому отношению, девушка натурально «горела» от заносчивости оборзевших аристо землероек. Да чего там, даже Айро, при всех его миролюбивости и добродушии, спокойно подписывал указы на «расстрелять» — ибо да, он у нас наместник, и потому поперёк него мы влезать не собирались.