Страница 225 из 306
14
Эдуард
– Верно я понимаю, сэр Эдуард, что вы принадлежите к партии сэра Павла Зеленого? – спросил Франц, когда они, наконец, оказались на ступенях ратуши.
Бушующий зал совета они покинули одними из первых – благо сидели недалеко от выхода. Участвовать в разгоревшейся дискуссии, в любой момент готовой перерасти в рукоприкладство, у Эдуарда не было ни малейшего желания. Что до его спутника, тот, оказавшись на свежем воздухе, перевел дух с явным облегчением. Но тут же задал этот свой вопрос.
– Выходит, что так, – буркнул молодой рыцарь. – Хоть до сегодняшнего дня и не подозревал об этом.
– То есть? – не понял юноша.
– Мы с сэром Гуго не так часто бывали в Убежище, а если и возвращались сюда, то обычно ненадолго, – принялся объяснять он. – Так что проникнуться местными настроениями времени у меня особо не было. Нет, я, конечно, слышал и разговоры о Второй Верфи, и призывы штурмовать Гнездо, но никогда не воспринимал их как что-то серьезное. А оно вон, оказывается, как… Партии, лидеры… Чушь какая-то! Принцесса найдена – что вам еще нужно? Нет, несут какую-то околесицу…
– А мне кое-что из сказанного показалось довольно разумным, – заметил Франц.
– И что же, интересно знать? – запальчиво вскинул голову молодой рыцарь.
– Например, то, что мало отбить Верфь – нужно ее потом удержать. Не выйдет – потеряно будет все, включая… новую королеву.
– Ну, сэр Павел ясно же сказал: Владыки не решатся на атаку! – раздраженно ответил Эдуард. – Им тоже нужны «седла», поэтому они не станут рисковать и вступят в переговоры. Контролируя Верфь, мы сможем добиться выгодных для себя условий. Вроде того, как делили выдачу Гнезда после призвания Владык – перед реконкистой: сколько-то, скажем, три четверти, – нам, четверть – им. Цифры условные, это уже как удастся договориться…
– Напомнить, чем закончилась та договоренность насчет Гнезда? – с невинным видом спросил Франц.
– Можно подумать, есть иной выход, – бросил молодой рыцарь. – Идти туда, не знаю куда, искать то, не знаю что? Это я про предложение сэра Альбрехта. Или положить всех в атаке на Гнездо? Я не трус, брат Франц, будет приказ – пойду хоть на Гнездо, хоть в сам хаос, но если уж отдавать жизнь, хотелось бы сделать это не просто так, не зазря. Гнездо нам не взять – сэр Павел все хорошо расписал, а кому, как не ему, в этом разбираться. Сэр Анжел, надеюсь, тоже это хорошо понимает. Наше дело – Верфь и ее Черный Трон. Тем более что Владыки тоже засуетились. Шпионы доносят, что после пяти лет бездействия они предпринимают попытки пробудить Верфь, возводя на трон нартов из числа рабов. Рано или поздно среди них наверняка найдется носитель крови Антона и Альфреда – и тогда рассчитывать нам и вовсе будет не на что.
– Я уже говорил, что не доверял бы слепо шпионам среди драконьей крови, – напомнил его собеседник. – В ней не бывает предателей.
– Все когда-то случается в первый раз, – покачал головой Эдуард. – А человек сэра Анжела уже доказал свою верность. Это же не первое наше Убежище. Предыдущее было Владыками раскрыто, но он успел предупредить нас, и Драконы остались с носом. И это только один, наиболее яркий пример.
– Ну, возможно, – не стал настаивать на своем юноша. – А вот что касается крови Антона и Альфреда, за это можно не беспокоиться, она Владыкам не поможет.
– Сэр Анжел тоже так считает, но в этом вопросе я больше склонен доверять услышанному однажды от леди Александры, графини де Тэрако. А она утверждала, что немного сыщется нартов, по крайней мере, из числа знати, в ком не было бы королевской крови.
– В какой-то мере это так и есть, – согласился Франц. – Королевское право первой ночи существовало вплоть до начала третьего века и не могло не оставить следа в благородной нации Нового Мира, как тогда называли нартов. Вот только кровь Антона и Альфреда не поможет Владыкам пробудить Верфь. Потому что кровь нужна не их.
– А чья? – сдвинул брови, не понимая, Эдуард.
– Потомков Карла Ратоборца.
– Карла Ратоборца? – продолжая хмуриться, переспросил молодой рыцарь. – Это тот, что взошел на престол после Узурпации Ли?
– Тот самый, – кивнул юноша.
– И чем же это его кровь такая особенная? – хмыкнул Эдуард. – Можно подумать, он не потомок Антона с Альфредом?
– В том-то и дело, что нет, – уверенно заявил Франц.
– Да ладно, – отмахнулся молодой рыцарь. – Глупость какая-то. Как бы он тогда сел на Черный Трон?
– Да так вот и сел. Как родоначальник новой династии. Видите ли, сэр Эдуард, Вторая Верфь – никакой не миф и не выдумка. Она существует, и в этом ваш сэр Альбрехт прав. Просто он не там ее ищет. Вторая Верфь – не где-то в глубинах неисследованных систем, она в Столице.
– Погодите… – ошеломленно выговорил Эдуард. – Так что же это получается, в Столице – две Верфи?
– Нет, конечно, – мотнул головой Франц. – Только одна. Вторая.
– А первая тогда где?
– Первая Верфь была разрушена во время событий, получивших отражение в официальной истории как Узурпация Ли. Предположительно, находилась она где-то в Напли, но точно это уже не известно, да и не имеет никакого значения, – Верфь была уничтожена. Карл Ратоборец основал новую правящую династию. Впоследствии его внук, Артур Второй, женился на правнучке Владимира Второго, последнего короля дома Антона и Альфреда, и кровь двух королевских родов слилась воедино. Но Верфь у них теперь была одна – та, что Вторая.
– Никогда не слышал подобного бреда, – пробормотал Эдуард – возможно, не особенно любезно, но уж слишком он был ошарашен всем услышанным. – Откуда вы все это взяли, брат Франц?
– Из книг, – ничуть не оскорбился юноша. – В основном – из книг.
– Ну, написать можно что угодно, – невесело улыбнулся молодой рыцарь. – Бумага стерпит!
– Подобным образом, вероятно, и рассуждал Артур Второй, затевая свою реформу орфографии, – проговорил Франц. – В книгах, написанных «драконьими буквами», события тех лет были описаны уже именно так, как вы знаете их из официальной истории. Но в старых, тех, которым повезло избежать уничтожения, можно прочесть иную версию.
– Так что, по-вашему, брат Франц, вся реформа была проведена Артуром Вторым лишь затем, чтобы скрыть собственное худое происхождение? – с саркастической усмешкой спросил Эдуард. Он все еще не верил услышанному. Не желал верить.
– Не только, – покачал головой юноша. – Артур Второй, надо отдать ему должное, был великим правителем. И каждый его поступок, как правило, преследовал не одну, а сразу несколько целей. Реформа орфографии – не исключение. Помимо сокрытия факта смены династии, ревизии подверглось и многое, связанное с образованием Драконьего Угла, а также первым прорывом Чужих и последовавшим за ним Великим Походом. Кроме того, «драконьи буквы» в самом деле удобнее для повседневного использования, нежели старая азбука.
– Но люди же должны были помнить, как все было на самом деле! – не сдавался Эдуард. – Ну, переписали какие-то книги – так многие ли их вообще читают?! Книги – вещь дорогая, далеко не каждому доступны…
– Дело далеко не только в книгах. В течение нескольких лет переводу на новый алфавит подвергся весь документооборот – как бумажный, так и электронный. Старые документы уничтожались повсеместно. Какое-то время кто-то что-то, конечно, помнил – но что за польза была от этой памяти? Королевство жило, поток новых «седел» не иссякал, на Черном Троне сидел король Филипп, сын Артура Второго, но при этом потомок Антона и Альфреда – по линии матери. Проку в «неправильных» воспоминаниях было немного, а риск – велик. Единственная структура, где память о прошлом удалось сберечь, – это Церковь.