Страница 31 из 107
— Видимо, его выдернула кошка, — заметил он и добавил: Вам нехорошо, миссис Чабб? Мне очень жаль. Присядьте; я могу вам чем-нибудь помочь? Дать воды? Нет? Так по крайней мере сядьте.
Пришлось подхватить еe под локоть: женщина бессильно осела на стул, стоявший рядом. Она побелела, как мел, и вся дрожала.
Аллен придвинул ещe один стул и сел.
— Мистер Уиплстоун мне сказал, что вас очень расстроило происшедшее прошлой ночью. Боюсь, я ещe добавил, — извинился он.
Миссис Чабб не сказала ни слова, и он продолжал:
— Полагаю, вы ещe не знаете, кто я. Прошлой ночью я допрашивал вашего мужа. Я старый приятель мистера Уиплстоуна и знаю, как он высоко ценит ваши услуги.
Миссис Чабб прошептала:
— Вы из полиции?
— Да, но нет причин для беспокойства, поверьте.
— Он на него напал, — простонала женщина. — Тот… — она на миг закрыла глаза. — тот чёрный. Набросился на мужа.
— Знаю. Он мне говорил.
— Это правда, — и она настойчиво повторила: — Это правда, сэр. Вы верите, сэр? Верите, что это правда?
Аллен помолчал.
«Верю ли я? — подумал он. — Вечно спрашивают, чему человек верит. Это слово постепено теряет смысл. В такой ситуации важно только то, что человек знает.»
Он ещe минуту помолчал, потом сказал:
— Полицейский может верить только тому, что сумеет неопровержимо доказать. Если на вашего мужа напали, как он утверждает, мы разберёмся.
— Слава Богу, — прошептала она, а потом добавила: — Простите, что у меня так сдали нервы. Не знаю, что со мной творится…
— Ничего…
Он встал и подошёл к фотографии. Миссис Чабб высморкалась.
— Симпатичное личико, — заметил Аллен. — Ваша дочь?
— Да, — ответила женщина, — она была нашей дочерью.
— Простите. Давно она умерла?
— Четыре года…
— Болела?
— Несчастный случай. — Миссис Чабб собиралась что-то сказать, но потом вдруг взорвалась: — Она была нашей единственной отрадой… Наша Гленис.
— Очень похожа на вас.
— Да.
— Это был еe медальон?
Ответа не последовало. Обернувшись, он заметил, что миссис Чабб глядит в упор на фотографию, судорожно ломая пальцы.
— Если да, — продолжал Аллен, — вам, конечно, очень жаль было бы его лишиться.
— Это не еe.
— Нет?
— Я и не заметила, что его там нет. Потому так и удивилась, когда… когда вы его принесли.
— Простите, — извинился он ещe раз.
— Ничего.
— Несчастье случилось в Лондоне?
— Да, — коротко ответила она и плотно сжала губы.
Аллен продолжал, не обращая внимания:
— Медальон выглядит весьма необычно, вам не кажется? Это какой-то символ или амулет?
Женщина развела руками.
— Это моего мужа.
— Значит, это эмблема какого-то клуба?
— Можно назвать и так.
Она стояла спиной к дверям, когда те открылись и на пороге появился супруг.
— Я ничего не знаю, — громко заявила миссис Чабб. — Не думаю, чтобы это имело отношение к делу. Сожалею.
— Тебя ищут внизу, — сообщил ей Чабб.
Она встала и вышла из комнаты, даже не взглянув ни на Аллена, ни на мужа.
— Вы хотели поговорить со мной, сэр? — бесцветным голосом спросил Чабб. — Я только что вернулся.
Аллен рассказал ему про кошку и медальон. Чабб равнодушно слушал.
— Меня заинтересовал сам медальон, — закончил Аллен. — Я подумал, что это какая-то эмблема.
Чабб ответил тут же и без размышлений.
— Верно, сэр. Это маленькое сообщество, занимающееся духовными проблемами. Загробная жизнь и тому подобное.
— Мистер и мисс Санскрит состоят членами этой общины?
— Да, сэр.
— А мистер Шеридан?
— И он тоже, сэр.
— А вы? — вскользь поинтересовался Аллен.
— Они были так любезны и сделали меня кем-то вроде внештатного члена. Я их обслуживал во время некоторых заседаний, и они заметили, что меня это интересует.
— Вы имеете в виду загробную жизнь?
— Да, сэр.
— Ваш интерес разделяет и ваша супруга?
— Она тут ни при чем, — равнодушно отмахнулся Чабб. — Это скорее благодарность за мои услуги.
— Ага… Теперь вам для этой штуковины придётся подыскать другое место, верно? — невозмутимо продолжал Аллен. — Там, где Люси Локкет не достанет. Счастливо оставаться, Чабб.
Чабб что-то промямлил в ответ. Суперинтендант оставил его в комнате почти также побледневшего, как несколько минут назад — его жена.
Мистер Уиплстоун ещe чаёвничал. Люси на коврике перед камином лакомилась молоком.
— Поскорее наливайте чай, — приветствовал его мистер Уиплстоун. — И что-нибудь перекусите. Надеюсь, вы любите тосты с анчоусами? Похоже, они ещe не остыли. — Он снял крышку и от тарелки донёсся запах, который Аллену больше всего напоминал их холостую жизнь с Бумером. Он принялся за тосты с чаем. Потом вздохнул.
— Не могу задерживаться. Собственно, мне уже пора.
— А что с Чаббами? — отважился спросить мистер Уиплстоун.
Аллен коротко рассказал ему о своём визите в мансарду. Мистера Уиплстоуна его слова явно успокоили.
— Как видите, — заметил он, — это отличительный знак какой-то безобидной малой секты. Чабба сделали еe участником только за то, что он им подаёт бутерброды и напитки. Возможно, они рассчитывают, что из него может получиться хороший медиум. Вполне разумное объяснение, вам не кажется?
— Ну да, конечно. Занятно, что Санскрит, судя по полицейской картотеке, занимался мошенничеством именно в этой области, как фальшивый прорицатель и медиум, — сказал Аллен. А кроме того есть подозрения, что он замешан и в торговле наркотиками.
— Меня это совсем не удивляет, — энергично заявил мистер Уиплстоун. — Если речь зашла о преступлениях, полагаю, что он вполне подходящий субъект. Именно потому меня так огорчают контакты с ним Чаббов.
— И есть ещe миссис Кобурн-Монфор, которую начинают подозревать в соучастии при покушении на президента. Тоже не лучшее общество, верно?
— Черт побери! — воскликнул мистер Уиплстоун. — Но послушайте, дорогой друг: я эгоистичный старый холостяк и не хотел бы, чтобы с Чаббами случилось что-то плохое, поскольку они очень облегчают мою жизнь. — Тут он отвёл сердитый взгляд и напустился на кошку. — А что касается тебя, не лезь ты куда не надо, ничего бы и не случилось. Запомни это!
Аллен допил чай, доел тост и встал.
— Уже уходите, друг мой? — озабоченно спросил мистер Уиплстоун.
— Приходится. Спасибо за чай. Пока, дорогая Люси, — простился он с Люси Локкет. — В отличие от твоего хозяина я тебе очень благодарен. Все, ухожу.
— К миссис Кобурн-Монфор?
— Вовсе нет. К мисс Санскрит. Теперь она становится куда важнее.
III
Аллен в посольстве с Санскритами не сталкивался. Инспектор Фокс лишь отметил в списке имена и адреса и позволил им уйти домой. Поэтому Аллен считал, что мисс Санскрит вряд ли запомнила его лицо; а если и да, то наверняка не придала ему никакого значения.
Шагая по Каприкорн стрит, он миновал поочерёдно магазинчик «Наполи», цветочную лавку и гараж. День был тёплый, в воздухе плавал запах кофе, еды, гвоздик и красных роз, издалека доносился колокольный звон.
В конце Мьюс, где улица переходила в пассаж, ведущий на Баронсгейт, прежде была конюшня, а теперь помещалась лавка с глиняными поросятами. Фасадом она была обращена к Мьюс, и потому бросалась в глаза уже издали. У Аллена по мере приближения возникли образы бьющих копытами распалённых лошадей, прилежных конюхов, острых запахов и тарахтенья окованных колёс диккенсовских времён. Над головой летали голуби, время от времени они садились на каменный пол пассажа и прибавляли достоверности воображению.
Но вблизи очарование разрушила неподражаемая вывеска: «К. и Х. Санскрит. Поросята». Изнутри, из какой-то ниши в дальней стене помещения, разливалось багровое зарево, выдававшее присутствие печи для обжига. Над ней склонилась тёмная массивная фигура мисс Санскрит.
Аллен сделал вид, что хочет свернуть в пассаж, но потом передумал, остановился и уставился сквозь витрину на глиняные фигурки, расставленные на полках. Невероятно злобный боров с незабудками на спине взирал на него почти также мрачно, как мисс Санскрит, которая обернулась и следила за ним из тени. Отворив дверь, он вошёл и как можно любезнее поздоровался.