Страница 58 из 68
Тлен замолчал и некоторое время думал о том, что Майев, наверное, тоже было сложно с ним сладить вначале и всё могло сложиться совсем иначе, если бы он её тогда убил.
— Принц Викар собирал одарённых молодых боевых братьев в стазисных капсулах в глубине Цитадели Ночи, чтобы подготовить эту армию. Он хотел вернуть чистый Легион своему отцу, потому что помнил как его выводили из себя повадки банд Нострамо, против которых он боролся до прихода Императора. Почти все отобранные им для ожидания в стазисе были не из числа преступников. В основном дети благородных людей, которые попали к нам невольно и просто хотели выжить.
Хранителю тишины не нужно было видеть лицо Никара, чтобы понять, что тот оскалился.
— Мы все попали в легион невольно, — фыркнул после секундной паузы Повелитель Ночи. — Не помню, чтобы у меня спрашивали чего я хочу, когда забирали с улицы.
Никар нащупал свой меч и сжал его, чтобы чувствовать себя хоть немного защищенным, хотя, конечно, в таком состоянии он был Тлену не соперник. Они оба это понимали, но Астартес никогда не уступит просто так.
— Ангелы Ночи, наш орден, создан для конкретной цели, брат, — продолжил негромко пояснять хранитель тишины. — Наш долг — сражаться во тьме, карая отвернувшихся от света Императора и возвращая к нему заблудших. Потому я спрошу чего хочешь ты, брат Никар.
Тлен особенно выделил "я" и "ты", обращаясь к Повелителю Ночи, но тот только фыркнул.
— Я никогда не буду служить Императору, — покачал он головой и, подняв руку, приставил активировавшийся силовой меч к горлу собеседника.
— Ты уже послужил Ему сегодня, брат, и можешь послужить еще. Если захочешь, — Тлен даже не пошевелился, когда алое силовое поле с тихим гудением приблизилось к его открытой шее.
Рука Никара на рукояти клинка сжалась, а затем он снова фыркнул.
— Демон говорил мне то же самое, — ответил он, отворачиваясь, опуская руку и отключая питание клинка. — Ты видишь чем это для него кончилось. Я предатель. Крыса. Мясник. И мне это нравится.
— Но ты предпочёл демону Его, — подметил тёмный оракул, улыбаясь.
Очевидно, Никар хотел возразить, что просто выбрал сторону победителя, но почему-то промолчал, а Тлен продолжил.
— Ты выбрал Его, потому что эта сторона тебе ближе. Чистые братья тебе ближе того, что предлагают Губительные Силы.
Никар хмыкнул задумчиво и расслабился, глядя в потолок.
— Это тот священник, которого я сломал, научил тебя? — подначил язвительно Никар, вновь вернув взгляд на Тлена.
Тёмный провидец задумался на мгновение.
— Меня учило много людей. Некоторые из них мертвы, кто-то жив и переживёт меня, — с оттенком грусти произнёс Тлен, снимая с пояса инструменты апотекария. — И я знаю когда и как умрёшь ты, брат. Но знаешь, есть во всех этих предсказаниях одна вещь, которую я только недавно понял.
— Какая? — ехидно поинтересовался Повелитель Ночи, чуть наклонив голову набок и вопросительно глядя на собеседника.
— Можно умереть раньше, если самому выбрать смерть.
Никар вскинулся, защищаясь, но Тлен придавил одну его руку коленом, а вторую перехватил свободной рукой, продемонстрировав инъектор, который затем всадил в шею покалеченного десантника. Несколько мгновений тот еще сопротивлялся, но затем затих. Тёмный провидец поднялся и заметил, что встают так же некоторые его братья, для страховки добивая тех врагов поблизости, кто мог выжить, впав в исцеляющую кому.
Оракул поднялся и подошел к брату Уильяму, который был сосудом для демона дольше, чем может выдержать смертное тело, и от которого сейчас осталося только израненное тело. Раскрытые глаза молодого десантника смотрели вверх и хранитель тишины закрыл их ладонью. Брат Уильям боролся, но у него не было шансов против высшего демона такой силы. Ни у кого из них этого шанса не было, столкнись они с Хранителем Секретов один на один. Но вместе они могли многое, в том числе закрыть слабости друг друга. Оракул мысленно поблагодарил молодого сержанта за ту службу, что он сослужил Ангелам Ночи и Императору, и снова поднялся, чтобы осмотреть поле завершившегося боя и направиться к выходу с арены.
О многом нужно было подумать и после всего произошедшего Тлен чувствовал себя дезориентированным, как если бы его устои расшатали и цельная картина, которую он обычно видел после всех утомительных занятий с братом Сахакилом, разбилась на осколки. Ему явно понадобится время, чтобы собрать всё воедино и вернуться в норму. И еще он вдруг понял, что хочет увидеть Майев. Ордену требовалось время для становления без неё, но сейчас этот период завершился и влияние инквизитора было необходимо для того, что последует за ним.
У входа на арену, когда к нему приблизился Тлен, показался брат Микель, который сразу похромал к Ангелике и Фиррис, а следом за ним по ступеням поднялись еще трое Ангелов Ночи из его отделения. Всем досталось сегодня, и каждый пронесёт шрамы от сражений на душе и теле через всю жизнь.
— Дай мне осмотреть её, — попросил провидец Ангелику, приседая рядом с бессознательным телом Фиррис.
Вдова Ордината утёрла слёзы тыльной стороной ладони и села рядом с опустившимся на одно колено Микелем пока сам Тлен пытался понять что за повреждения у блондинки. Оказалось, что та цела, просто грязная от крови и какой-то слизи, и без сознания. Хранитель тишины не знал что именно она сделала и почему полностью обнажена, но подозревал, что скоро узнает.
— Брат Тлен, — едва слышно позвал по внутреннему воксу отделения один из хранителей тишины. — Второй капитан жив.
Это было странно. Тёмный провидец помнил, что Ноа погибнет, раздавленный большим весом, и именно это с ним произошло. Как он может быть жив, если даже системы его брони не передают никаких жизненных показателей?
— Ты уверен? — в другой ситуации Тлен бы избежал подобного вопроса тому, кто чувствует жизненную силу даже сквозь стены, но сейчас это рушило его картину мира.
— Всегда, — спокойно ответил хранитель Авелан, прозванный Похоронщиком за свой дар. — Но он угасает. Я дам ему не больше трёх часов.
— Тогда поторопимся забрать его, — кивнул оракул и посмотрел на сержанта Холлстера, а затем Ангелику. — Фиррис здорова, просто устала. А нам нужно уходить отсюда. Скиталец мёртв и такими станем и мы, если задержимся надолго.
— Да, хранитель тишины, — кивнул Микель, бережно поднимая женщину.
— Заберём своих мёртвых и раненых, кроме брата Уильяма и тех, кто поддался порче Хаоса. Он сгинул безвозвратно, но его имя будет навеки на плите памяти ордена, как достойного воина и боевого брата. Имена поддавшихся будут просто вписаны в книгу мёртвых.
— А Повелители Ночи? — уточнил другой хранитель тишины, стоящий коленом на нагруднике с эмблемой летучей мыши и прижимающий боевой нож к горлу того, кого мог называть братом раньше.
Тлен оглянулся туда, где лежал Никар, и глубоко вдохнул.
— Идут с нами.
LXXXV
Всё закончилось еще до того, как они добрались до обороняемого братьями во главе с Савелием периметра. В один момент враги будто потеряли свои силы и все проявления варпа затянуло обратно в тот мир, из которого они явились, оставляя вокруг десантников лишь холодную сталь космического скитальца и едва шевелящиеся тела несчастных марионеток. Гавин еще некоторое время поддерживал то состояние, что помогло преодолеть колдовство демонов, но, когда вышел на огромный перекрёсток, усеянный телами врагов и боевых братьев, горестно опустил плечи. Орден понёс сегодня серьёзные потери. Судя по поступавшим на его ретинальный дисплей данным, без учёта пропавших отделений Ноа, Янтаря и Уильяма, они потеряли почти полную роту серьёзно ранеными и убитыми. А если пропавшие не вернутся, то полную. Однако Савелий был жив, а значит, лучший инструктор для новобранцев в распоряжении магистра остался и эти потери будут восполнены, а орден станет полнокровным через пару-тройку лет, потому что запасов геносемени хватало с лихвой.