Страница 5 из 68
Лёгким, если не сказать порхающим, шагом заряженный энергией молодости Эктор выскочил из лифта на одном из верхних этажей шпиля Власти и едва ли не полетел к охраняемым двумя стражниками дверям в Палату Дебатов, где ждали члены правительства и сигнифер Дихтер. Двери перед ним с тихим шипением открылись и он увидел картину лёгкой паники у большей половины людей внутри зала с большим круглым столом в центре. Относительное спокойствие сохраняли только военные и сигнифер, неподвижно сидящий в своём огромном кресле и наблюдающий за окружающими черными, как беззвёздная ночь, глазами.
— Наконец-то, советник Хиренес, — обратился к нему один из генералов, седой сухопарый мужчина с длинными тонкими усиками, облаченный в черный мундир с золотистыми эполетами и символом черепа с филином на плече. В словах военного чувствовалось сдержанное уважение, потому что в отстаивании интересов ордена и своих убеждений Эктор был твёрже адамантия, а служивые таких людей ценили.
— Что случилось? — поинтересовался летописец, занимая своё место рядом с сигнифером и следя за тем, как остальные члены правительства прекращают слоняться и тоже рассаживаются.
— Первое, магистр Сорнери приказал начать немедленную эвакуацию всего персонала с острова Элиза, — озвучил новости Рол Дихтер, повернув голову к писцу и произнося слова так, будто рубил клинком. — Второе, в системе появился во много раз больший "Непрощенного Слепца" космический скиталец, который приблизительно через трое суток может столкнуться с планетой.
— Эти события как-то связаны? — уточнил Эктор, своим пытливым умом пытаясь понять к чему это приведёт и как лучше к этому подготовиться.
— Нет, — покачал головой сигнифер, а среди членов правительства поднялся гам.
Из того, что разбирал первый летописец, люди не понимали необходимости эвакуировать почти полторы тысячи ученых и обслуживающего персонала с единственной исследовательской станции Фрации, где разрабатывались все изобретения и технологии, что использовались потом в городах-колониях. Эктор быстро сообразил, что сегодня станцию посещал магос Магенрад Вульф, а значит, это может быть связано с его делами там. Вероятнее всего, Адептус Механикус просто хотели вернуть свою собственность.
— Минутку, — попросил он, прокашлявшись, чтобы привлечь внимание, и поднял руку. — Я давно хотел предложить перевод научных сотрудников по соответствующим мануфакторумам, чтобы они могли работать на местах, а не оторванно от производства. Понимаю ваше беспокойство, но это выгодно и удобно всем.
— А как же лаборатории, исследовательские корпуса и всё остальное? — возразил представитель науки с острова Элиза, лысый старик в круглых окулярах.
— Их лучше обновить и устроить рядом с новыми местами дислокации. Уверен, представители Адептус Механикус посодействуют с этим, потому вам нечего волноваться, — улыбнулся Хиренес, искренне надеясь, что так и будет, но собираясь уточнить эту информацию как только совещание закончится. И, чтобы обсуждение дальше не превратилось в хаос, перевёл тему. — Космические скитальцы опасны. На них могут быть враждебные ксеноформы, потому нам следует сосредоточиться на этом.
Генерал Ришар, первым поприветствовавший летописца, поднял голову.
— Ангелы Ночи могут его остановить? — уточнил он, нахмурившись. — У нас есть некоторые орудия, но они не остановят падающий с неба объект такого размера.
— Этот вопрос обсуждается командованием ордена, — коротко ответил Рол Дихтер, покачав наполовину металлической лысой головой.
— И сколько он будет обсуждаться? — довольно нахально поинтересовался представитель гражданского общества, крепкий мужчина с красным лицом, облаченный в серую шинель без знаков отличия. Во время восстания он возглавлял мятежников в районе пищевиков и до сих пор пользовался немалым уважением рабочих, которые избрали его одним из своих представителей.
— Столько, сколько понадобится, — ответил Дихтер, повернувшись к задавшему вопрос.
— Это не ответ, — возразил другой представитель рабочего класса, худощавый высокий мужчина, до восстания работавший водителем электровоза. — Если столкновение всё же будет, то мы знаем кто спасётся первый, а кого бросят.
Поднялся согласный гул со стороны представителей бывших подписантов и Эктор почувствовал, что сейчас обсуждение может скатиться к взаимным обвинениям, в которых утонет надежда на конструктив.
— Ангелы Ночи единственные, кто может его остановить, — напомнил он, подняв руку, чтобы привлечь внимание, — и им нужно время на обдумывание способов того, как это сделать, точно так же, как нам нужно обдумать то, что и как подать жителям нашей планеты, как подготовить их к возможному исходу. Ангелы Императора всегда были его разящим клинком, остриём копья, которое пронзает врага, но они не добились бы ничего без крепкого тыла, без рук, которые создают основу для их успеха. Если космические десантники это холодный разящий меч, то мы с вами горячее сердце, дающее держащей меч руке силы для удара и мы то, что эта рука защищает. Нужно единство перед лицом тысяч опасностей, которые готовит человечеству Вселенная, и мы должны действовать как одно целое, чтобы достичь победы.
Кажется, летописец увлёкся, потому что в зале воцарилась тишина, а он сам заметил устремившиеся на него взгляды лишь когда остановился, чтобы перевести дух. Люди в зале ждали его слова, и ответственность, словно небесный свод, лежавший на плечах титана из мифов Древней Терры, всей мощью надавил на тщедушного Эктора.
— Я предлагаю перевести Фрацию на чрезвычайное положение типа осадное, описанное в акте восемь-семнадцать. Всё гражданское население, не занятое в жизненно важном производстве, перебазируется в подземные убежища, а склады провианта потребуют проверки на наличие хотя бы полугодового запаса. Все военные перейдут на усиленный режим несения службы, а сигниферы минорис получат чрезвычайные полномочия осадного положения. Особое внимание нужно уделить воздушным объектам. Любой из них, проникающий в атмосферу планеты, может нести в себе угрозу, а потому требует немедленной фиксации и проверки, — практически на одном дыхании расписал советник, после чего понял, что еще ни разу не моргнул и протёр пальцами глаза. Человек, которым он когда-то был, наверное, уже бы готовил себе шаттл для побега, но эта его часть давно стала лишь тускнеющим отдалённым воспоминанием. — Я уверен, что скиталец будет остановлен Ангелами Ночи, но так же как я верю в космических десантников, наши братья и сёстры на поверхности Фрации должны быть уверены в том, что мы с вами сделали всё возможное и подготовили планету к любому развитию событий. Это наш дом и нам некуда из него бежать.
На некоторых лицах читалось лёгкое недоверие, ведь Эктор мог улететь вместе с Ангелами Ночи, но большая часть правящего совета выглядела убеждённой его словами.
— Ставлю на прямое голосование введение осадного положения сроком на полгода с возможностью отмены после ликвидации угрозы Скитальца, — нарушил тишину сигнифер. — Кто за?
Эктор сглотнул, ощутив, как резко участилось сердцебиение. Он был всего лишь советником и не имел права голоса, как не имел такового права и Рол Дихтер. Всё решали люди Фрации.
Одна за другой поднимались руки, и понемногу напряжение, охватившее первого летописца, спадало. Три. Шесть. Десять.
— Кто против? — поинтересовался сигнифер, когда двое членов совета, одним из которых был краснолицый, а другим пожилая полная женщина со строгой прической в виде заплетенной в круг на макушке косы, не проголосовали.
Решения, против которых был хотя бы один член совета, не принимались, потому они могли сейчас отменить усилия остальных даже будучи в таком меньшинстве. Эктор не стал бы на них давить, потому уже мысленно прокручивал другие варианты, которые могли устроить всех, и смотрел то на одного бывшего подписанта, то на другую. Пауза затягивалась.
— Я, — начал краснолицый Аластор Депарье, — думаю, что мы могли бы поступить иначе, но время ограничено, потому лучше варианта советника Хиренеса мы вряд ли подберём в такие сжатые сроки. Воздерживаюсь.