Страница 4 из 68
Пока что скиталец не проявлял активности, хотя Янтарь чувствовал ту же пустоту и тишину варпа, которая накрыла его сразу после прибытия чудовища. Причин тому могло быть несколько, начиная от сверхсильного парии на борту и заканчивая тиранидами, но как оно было на самом деле только предстояло узнать, и библиарий уже мысленно потирал руки. В этот раз магистр не заставит его отсиживаться на корабле.
— Ощущалось это так, будто варп выплюнул этот скиталец из себя, — поделился Янтарь с братом. — На его борту либо кто-то живой, способный успокаивать варп вокруг, либо какой-то механизм.
— Или это просто случайное совпадение, — улыбнулся Гавин, покосившись на эпистолярия.
— Нет, в этот раз я иду, — покачал головой Янтарь и сузил глаза, на что магистр примирительно поднял руки.
— У нас нет терминаторов для полноценной зачистки, брат, — заметил вернувший лицу серьёзность глава ордена и снова посмотрел на во много раз увеличенное изображение скитальца на пикт-экране над ними. — Это будет просто разведка и, если он будет опасен, мы разнесём его из всех орудий.
— Как скажешь, — кивнул библиарий, который ощутил необходимость узнать что это за скиталец, что внутри него, откуда это ощущение знакомости.
— Фиксируется слабый сигнал бедствия, — оповестил один из офицеров мостика, отвечавший за связь. — Имперская частота.
Выжившие? Янтарь нахмурился. Это вполне мог быть автоматический аварийный сигнал, действующий пока реактор корабля не остынет.
— Откуда конкретно он исходит? — уточнил Гавин, обратив внимание на пост офицера связи, которого звали, кажется, Томас Андерссон.
— Невозможно определить точно, но основное направление могу указать, — ответил мужчина через несколько секунд и, дождавшись кивка капитана, передал данные на главный экран.
Примерно в центре вращающейся массы выделилась красным область из двух прилипших друг к другу и скитальцу кораблей. Верхний был длинным и толстым танкером, который беспощадная сила изогнула дугой, вмяв нос и корму внутрь предыдущих неудачников, а прямо из под его вздутой середины виднелся белоснежный нос лёгкого торпедного крейсера, зарывшийся в покрытую варп-наростами массу, частично напоминавшую живые корабли тиранидов.
Библиарий оценил вероятности и сосредоточился, выпуская свой разум на свободу, чтобы мысленно потянуться к далёкому пока еще скитальцу, но обнаружил лишь вопящую пустоту, а затем появилось неприятное ощущение, как будто что-то высасывало его силы, втягивая внутрь безумной мешанины судов с ритмичностью ударов сердца. Пришлось немедленно прекратить психическое прощупывание и потянуться обратно в своё тело. Когда Янтарь пришел в себя, всё тело оказалось вспотевшим, а доспехи от психического напряжения покрылись лёгкой изморозью.
— Брат, что с тобой было? — спросил обеспокоенно стоявший рядом Гавин. Кто-нибудь другой мог бы уже направить на библиария оружие в страхе, но магистр знал его достаточно долго, чтобы верить в способности брата, как в свои.
Янтарь сморгнул пот и обратил внимание на часы. Прошло две минуты с тех пор, как он отправил свою мыслеформу к скитальцу, но для него, казалось, прошло всего несколько секунд.
— Что-то на этом корабле затягивало меня. Я едва там не остался, — констатировал он и задумался. Ничего подобного эпистолярий ранее не встречал или, как минимум, не помнил об этом, но чувство затягивания оставалось упорно знакомым. — Это как черная дыра для психической проекции.
— Ты не сможешь применять свои силы там? — уточнил магистр.
— Ты знаешь, что и без них мне есть чем воевать, — Янтарь поднял руку с выдвижными молниевыми когтями, одним из самых смертоносных среди орудий ближнего боя в распоряжении Астартес, и на мгновение снова отвлёкся, вспоминая то ощущение узнавания, которое испытал во время прибытия скитальца. Сначала оно, затем это затягивание. Возможно, то, ради чего его отправили в Караул Смерти, нашло его уже в новой роли в новом ордене? — К тому же это может быть какое-то устройство, которое по этому ощущению найдёт только псайкер.
— Капитан, — голос штурмана заставил всех отвлечься, — при сохранении текущего курса расчетная траектория скитальца пересечется с орбитой Фрации примерно через три дня.
На зачистку скитальцев таких размеров даже силами полной роты терминаторов могли уходить недели, а то и месяцы. За три дня, которые были у Ангелов Ночи, изучить такой массивный объект изнутри было невозможно, а сбить его с траектории столкновения с планетой, "случайность" которой пока даже не обсуждалась, стоило еще раньше, иначе обломки размерами в несколько километров могли уничтожить планету или вызвать на ней непредсказуемые катаклизмы.
— Значит, у нас три дня, чтобы это изменить, — констатировал Гавин, а затем включил командную частоту вокса. — Всем командирам в течение часа собраться на "Непрощенном Слепце".
VI
Эктору Хиренесу хватило полгода, чтобы организовать новую для францианцев структуру управления планетой, хотя по факту это было управление шестью городами-колониями с их ограниченной инфраструктурой. Всё производство было сосредоточено в столице, а остальные пять городов выполняли лишь роль добытчиков ресурсов и потребителями того, что присылалось из центра. Разумная система, чтобы держать население в подчинении, ибо в даже в случае успешного мятежа вне столицы никто бы не выжил долго, но совершенно неприемлемая в новых условиях. Летописец изо всех сил старался применить свои знания и опыт, создавая то, что хотели видеть Ангелы Ночи, но люди были проблемными. Прошла бы не одна сотня лет прежде чем в головах потомков надзирателей и подписантов изменилось бы восприятие друг друга, но Эктор был намерен ускорить этот процесс строгими инструкциями и предписаниями, за игнорирование которых чиновники бы понижались в должности и окладе, но имели шанс вернуться наверх при успешном выполнении обязанностей.
Законы Империума, которые он знал как свои пять пальцев, были изменены в соответствии с пожеланиями магистра и хранителя тишины, а затем обсуждались на дебатах временного совета. Первым, что хотели видеть все, это равные возможности. Сложный вопрос, поскольку порождал несколько других. Были люди способные и талантливые, которые совершенно этими способностями и талантами не пользовались. Нужно считать их нежелание работать на благо общества сознательным выбором или отсутствием подходящей мотивации? Настойчивые люди, не имеющие таланта, всегда использовали возможности, обгоняя менее уверенных, но более профессиональных. Было ли это тем, что хотели видеть Ангелы Ночи и фрацианцы? Итого, хорошая идея равных возможностей разделялась на две ветви, мотивации и реализации. А дальше появлялся третий вопрос. Если будет тысяча художников и один техник, порождённые системой равных возможностей, насколько это будет здорово для Фрации и Ангелов Ночи? Здоровая система должна быть сбалансированной, с понятным социальным лифтом, потому именно это стало его главной задачей, успешно решенной.
Вместе с равными возможностями появились равные ограничения, продиктованными необходимостью. Только лучшие могли идти вверх, и это было справедливо, хотя для исполнения этого условия, ввиду заинтересованности людей в собственном благополучии, судьями должны были выступать незаинтересованные космические десантники, которых невозможно подкупить. Это требовало участия в жизни Фрации не только Рола Дихтера, как решающего члена правительства, но и нескольких десятков Ангелов Ночи, которые вначале восприняли эту идею в штыки. Лишь после слов магистра Сорнери о том, что лишь прошедший службу в гражданском управлении сможет достигнуть высокого звания, появилось много желающих.
Крайним успехом первого летописца стало открытие Схолы Ангелорум, для которой собрали необходимые знания из всех потенциально важных областей, и начали обучение детей, прошедших медицинский осмотр на пригодность к генетической трансформации под присмотром брата-апотекария Ленца. Первый набор из шести сотен кандидатов возрастом от шести до двенадцати лет состоялся месяц назад, и сейчас потенциальные инициаты ордена учились и тренировались под самым строгим надзором, мотивируемые предоставленными магистром Сорнери записями с пикт-рекордеров на его собственном шлеме и от других братьев ордена. По правде говоря, Эктор после просмотра некоторых из таких материалов сам жалел, что не является десятилетним, иначе бы тоже попробовал стать десантником, но, с другой стороны, кому бы тогда доверили столь важное дело, как ему? При всём уважении к коллегам, он сомневался, что кто-то еще справился бы так же хорошо.