Страница 55 из 78
Поднимаюсь с трудом. Смотрю на сумку, которая лежит на кровати. На деньги…
Ненавижу деньги. Просто… ненавижу! Все зло от них, все беды!
Если бы папе не приходилось столько работать он бы не ушел от нас так рано!
Если бы мама не рассчитывала на помощь отчима – не вышла бы за него и… была бы жива!
Если бы…
Вспоминаю о том, что случилось у Кирилла. Снова в горле ком.
Несчастные бумажки, а для кого-то это просто возможность нормально жить!
Но даже для того, чтобы помочь Кириллу в этой ситуации я не стала бы воровать. Как раз сегодня рассчитывала, наконец, серьезно поговорить с об этом с моим… с моим начальником. Увы…
Хотя, почему, увы? Кирилл и его девушка не виноваты в том, что мы с Алексеем… Что между нами теперь лежат вот эти яркие купюры.
Ладно, Лика, соберись. Тебе нельзя расслабляться сейчас. Нельзя.
Мне вообще никогда нельзя расслабляться.
Стоит только на мгновение почувствовать себя счастливой, как тут же получаю ушат ледяной воды.
Шатаясь, опираясь на стенку бреду в ванную. Раздеваюсь, заползаю в душ. Долго стою под теплыми струями. Мысленно представляю, что всё дурное стекает по моей коже внизу, уплывает, не возвращается.
Такая терапия мне иногда помогает. Увы, сегодня слабо.
Умываюсь ледяной водой.
Хорошо, что не все вещи отсюда я перенесла в спальню Алексея… Николаевича.
Надеваю спортивные штаны, майку. Закручиваю волосы в пучок.
Спускаюсь вниз, ноги в коленках еле гнутся.
- Мама! Мамочка, ты пришла! Все хорошо?
- Да, малышка, просто… голова закружилась немного. Все в порядке.
Он на меня не смотрит. Жует губы, желваки играют.
- Лика, вам что положить, салат? Рыбку? – Нинель как всегда мила, старается чуть поправить атмосферу, видно, что обстановка напряженная.
-Салат, пожалуйста, и чай. – рыбу я люблю, но сегодня совсем не хочется. Я бы и от салата отказалась, но тогда и Пушинка может начать капризничать в следующий раз.
Они уже поели, пьют чай. Полина очень любит папе за чаем рассказывать истории про детский сад. Он внимательно слушает. Я ковыряю салат.
Потом Алексей предлагает покататься на велосипедах или погулять. Велосипеды точно без меня, да и прогулки…
Понимаю, что он и сам не очень хочет, чтобы я шла.
Возвращаюсь в комнату, ничком валюсь на кровать.
Я не понимаю, как дальше жить. Уйти я не могу из-за Полины. Но и остаться… Остаться тоже. Что делать?
Просыпаюсь в ночи, не понимая, что случилось.
Он пришел. Лег рядом. Притянул меня к себе…
А я думаю о ненавистной сумке с деньгами, которую я поставила у кровати.
- Лика… Что происходит, скажи? Что между нами происходит?
Я молчу. Что я могу сказать?
Объяснить, что не могу жить с мужчиной, который вытирает об меня ноги? Один раз поступил со мной как варвар, обещал, что это не повторится. А теперь?
Этот его поступок для меня еще хуже предыдущего. В тот раз была доля моей вины. А сейчас?
- Зачем ты встречаешься с Кириллом?
- Что? – не могу удержаться, почти вскрикиваю.
- Это он требует у тебя деньги, да? Как? Вымогает? Шантажирует? Что? Ответь?
- Я не встречаюсь с ним. Мы виделись один раз, случайно.
- Случайно? И что? Потом никаких контактов не было?
- Он… пишет. У него большие проблемы и…
- И он требует, чтобы ты достала деньги?
- Да ничего он не требует! У него девушка больна, ей нужна срочная операция, иначе… иначе у неё позвоночник сложится! Она…
- Лика, ты в это веришь? Операция, позвоночник… Или, думаешь, я поверю? Ты говоришь не видела его, а в банке, несколько дней назад, ты была не с ним?
- В банке? Я была там одна! Да, по его просьбе, но я ходила без него!
- Не лги, умоляю тебя, зачем?
- Я говорю правду! Хватит уже меня в чем-то обвинять! Если ты считаешь, что я такая лгунья, воровка, то… зачем ты вообще хочешь, чтобы я осталась?
- Да, потому что я люблю тебя!
- Нет! Нет! Нельзя любить человека и при этом не верить ему, нельзя! Я не хочу такой любви, не хочу! Отпусти меня… уйди.
- Никуда я не уйду. Ты моя, слышишь?
Он нависает надо мной, пытаясь стянуть одеяло, а меня холодный пот прошибает. Страшно. Темно, я его не вижу. Почему-то неожиданно всплывает далекое полузабытое воспоминание. Та жуткая ночь. Не с Алексеем. С другим…
От ужаса не могу вымолвить ни слова, только бьюсь в его руках, пытаюсь вырваться, пытаюсь сбросить его. Что-то мычу бессвязно.
- Лика, тихо, ты что? Лика? – видимо он, наконец понимает, что со мной что-то не так, отстраняется, - успокойся, всё, тихо, тихо, девочка, прости…
Откатывается в сторону, садится. А меня трясет всю. Я же не помнила! Почти ничего из той ночи! Только тяжесть, вонь… Почему теперь?
- Лика, зачем ты взяла деньги?
- А если я скажу, что ничего не брала, поверишь?
Он молчит. Молчит!
- То есть ты думаешь, что их тебе подбросили? Кто? В доме не было посторонних. А деньги пропадать стали недели три назад. Тут только ты, я, Полина, Нинель. Степан иногда заходит в дом. Охрана может зайти. Камеры по периметру, посторонних нет.
Он забыл про Асю, но это не суть важно. Получается, он доверяет всем остальным? Ну, с Полиной и Ниной все понятно, но…ведь действительно есть охрана? И… Ася?
- Лика, мне нужна правда. Тебя видели в банке с Кириллом.
Это уже за гранью! Кто мог меня видеть?
- Кто?
- Какая разница. Видели.
- Ясно.
Не хочу опускаться до объяснений. Я очень устала.
- Прости, я на самом деле себя плохо чувствую. Хочу спать.
- Я не уйду.
Мне это уже не важно. Отворачиваюсь к окну. Кажется, что не смогу уснуть, но меня накрывает.
Утром чувствую себя так плохо, что даже звоню на работу, прошу больничный. Полинка тоже дома остается.
Мы с ней немного занимаемся, потом она гуляет во дворе, я лежу на террасе. Неожиданно скручивает живот, кричу Полинке, что забегу ненадолго в дом.
Прохожу по коридору, и случайно слышу разговор.
- Он все равно её выгонит. Видела вчера в каком состоянии был. Все меня спрашивал, что и как.
- Ой, мам, ладно, помирятся.
Стою в коридоре боясь шелохнуться, забыла, зачем шла…
- Алексей Николаевич такое терпеть не будет. Надо же, как устроилась… Вся такая правильная, наивная, а на самом деле… Ох, у меня даже сердце заболело.
- Не принимай близко, мам.
- Да лучше бы он её сразу… девочка к ней привыкает, зачем? Быстрее бы забыла. Не везет нашей Пушинке, и мать попалась змея, и эту тоже, пригрели…
- Ну, мам, ты сама знаешь, что говорить? Ночная кукушка дневную перекукует. Он же спал с ней сегодня? Значит… простил.
- Да просто у него шок. Я знаю, нрав крутой. Инну уж на что он любил сильно – выгнал, только в путь. И эту туда же отправит.
- Отправит! А если она беременная? Никуда не денется.
- Да неужели? Инна тоже была беременная, и родила, и что? Так она же женой была, а тут… Родит ребенка, и поминай, как звали. Не везет ему в любви. Все из-за денег.
Говорит моими словами, надо же. Меня оторопь берет. Значит, Нинель тоже уверена, что я воровка? Получается, Алексей все обсуждал с ними?
Последние слова про ребенка наотмашь бьют.
Поминай как звали! Кто бы ему позволил!
Чувствую себя мерзко.
Слушать дальше разговор не хочется. Иду к туалету, не особенно заботясь о том, что меня обнаружат и поймут, что я слышала их разговор. Плевать.
На все теперь плевать. Вот только… Пушинка.
Как быть с ней?
Может, Нинель права? И проще уехать сейчас, чтобы девочка меня забыла?
От этой мысли ноет в груди. Давит.
Больно.
Стараюсь держаться. Алексей не приезжает ночевать. Сообщает, что у него важная встреча, и утром рано надо быть на другой. Останется у Евгения.
Нинель за ужином смотрит на меня сочувствующе. Подсаживается, начинает вопросы задавать. Что случилось! Как будто она не знает!
Противно. Но я стараюсь отвечать, что все нормально. Просто… разногласия.