Страница 5 из 11
Молодой человек довольно быстро с помощью Интернета определил лучшие отели города. Составил список и распределил его между собой, Сашей, Генри и Джо. Клиффорд предложил ходить парами и спросил Сабантини, с кем именно тот хочет пойти, предлагая на выбор себя или сестру, но инспектор отмахнулся и сказал, что справится без чьей-либо помощи. Просто в его голове давно созрел план, как побыстрее узнать нужную ему информацию, не посещая отелей. Все, чего ему теперь хотелось, это поскорее избавиться от тройки друзей. Поэтому он быстрыми глотками выпил заказанный несколькими минутами ранее кофе и ушел, обещая написать или позвонить, если что-то узнает.
3
Инспектор итальянской полиции Сабантини всегда легко сходился со своими соратниками. И было неважно, в какой именно стране они живут и чей покой охраняют. Еще будучи в Италии, он созванивался с одним из пражских полицейских, который помог ему узнать информацию про Мишель, и заочно с ним подружился.
На следующий день после встречи с Клиффордами и Сашей Сабантини проснулся в гостинице, потянулся, пришел в себя и, сделав легкую гимнастику, отправился в кафетерий при отеле. Залпом выпил два эспрессо и взглянул сквозь панорамные окна на улицу.
Погода сегодня не особенно радовала. Накрапывал мелкий дождик. Пешеходы, одетые в длинные плащи или легкие ветровки, укрывались под широкими зонтами. Потемневшие фасады зданий казались мрачными и навевали грустные мысли. Но унывать у Сабантини времени не было. Он еще вчера созвонился с Иваном Гораком, инспектором пражской полиции, и договорился о встрече в участке.
Сабантини, привыкший к теплу и солнцу юга Италии, вышел из гостиницы, ступил на тротуар и поежился. Его легкая куртка не спасала от поднявшегося неприятного ветра. Подумав немного, мужчина решил не рисковать и вызвал такси.
Пока ехал до отделения, разглядывал здания с красными крышами, людей, магазинчики, витрины ресторанчиков и думал. Он никогда не отличался любовью к путешествиям. Не слишком интересовался экскурсиями или тем, чтобы повидать новые страны. Ему все казалось, что ничего нового он там никогда не увидит. Италия заменяла ему и любые возможные побережья океанов, и архитектуру других стран Европы. Захотел покататься на лыжах – поезжай на север в Ливиньо, хочется ярких красок синего моря – любая часть Лигурийского побережья вполне удовлетворит эти желания. История? Да ни одна другая страна не сравнится в этом с Италией.
Он понимал, что принципиально отличаются от страны, в которой он родился, пожалуй, только Азия и Африка. Но и туда он никогда не стремился, потому что представлял себе эти материки грязной частью мира, где только и делают, что от безысходности едят тараканов или тонут в вечных песках пустынь.
Вот и сейчас, рассматривая Прагу из окон автомобиля, он в очередной раз убедился в своей правоте. Каменные мостовые, залитые дождем, старые трамваи, шумливо рассекающие улицы пополам, бледно розовые и желтые фасады домов и отдающая сейчас каким-то грязным коричнево-зеленым отсветом река – все это он как будто когда-то уже видел, и восторга в нем это не вызывало.
Если бы не Мишель Ринальди и не собственное чувство ответственности, Сабантини никогда не поехал бы сюда. И если поездка на Кубу ради двух неугомонных подруг и шевельнула в нем тогда чувство интереса к путешествиям, то сейчас инспектор точно был уверен – Чехия не та страна, где бы хотел провести отпуск, в том числе и из-за того, что пиво он не любил.
Мысли его постепенно перешли к воспоминаниям о Мишель. С самой первой встречи инспектора напрягала ее эксцентричность, ребячливость и чрезмерная эмоциональность. Но познакомившись с ней поближе, он даже проникся ее неуемным характером, а постепенно и вовсе стал им восхищаться. А все потому, что в сравнении с женщинами, с которыми он знаком или встречался, она казалась вишенкой на торте. Сабантини был совершенно уверен, что каждый новый день с такой девушкой никогда не будет одинаковым. И это подкупало его.
Такси подъехало к невысокому трехэтажному зданию, и Сабантини вышел. На входе предъявил документы и попросил сказать Ивану Гораку, что он его ожидает. Через несколько минут к нему вышел улыбчивый, слегка полноватый, лысый мужчина лет сорока. Он кивнул Сабантини и предложил поговорить в его кабинете.
Маленькая комнатушка, в которую Иван провел нового знакомого, была оснащена небольшим деревянным замусоленным столом, двумя стульями под стать ему и шкафом, забитым документами.
Иван присел и предложил Сабантини устраиваться напротив. Разговаривали друг с другом на ломаном английском.
– Как вам Прага? – начал разговор Иван.
– Хороший город, – ответил Сабантини, пытаясь быть любезным.
– Нашли свою потеряшку?
– Пока нет. Поэтому и пришел к вам за помощью.
– Приехали из Италии, чтобы найти девушку? – улыбнулся Иван. – Видимо, она вам дорога?
– Не то чтобы… – замялся Сабантини. – Так… знакомая, за которой нужен глаз да глаз.
– Чем я могу вам помочь?
– Хотел, чтобы вы пробили ее по вашей базе. Нужно понять, в каком отеле она заселилась. Там и начну поиски.
Иван перевел взгляд на компьютер и что-то быстро стал набирать на клавиатуре. Через несколько минут полицейский присвистнул и усмехнулся.
– Да, она недурна.
Сабантини удивленно посмотрел на Ивана, не совсем понимая, о чем тот.
– Мне выдало несколько регистрационных карточек. Видимо, ваша знакомая не очень-то спешила быть найденной.
– Что, купила номера сразу в нескольких отелях?
Иван кивнул.
– У богатых свои причуды. – Сабантини покачал головой. – Сможете распечатать мне или выписать названия отелей? Без разговора на ресепшн здесь явно не обойтись.
– Скажите честно, коллега, она преступница? – поинтересовался Иван, загружая принтер бумагой.
– Не-е-т! – Сабантини уверенно покачал головой. – Какой там. Только если по дурости. Она мнит себя детективом и постоянно из-за этого влипает в неприятности. А тут еще поругалась с женихом и скрылась от него. Поэтому и конспирируется.
– И жених не вы?
– Я бы с ума сошел с такой невестой, – посмеялся итальянец. – По сути она мне никто и уже доставляет столько неудобств, что я проклинаю тот день, когда с ней познакомился.
– Неужели настолько безбашенная?
– Представьте себе самую взбалмошную девушку на свете и умножьте это на три. Только так сможете понять, кто такая Мишель Ринальди. Она незаконно проникла в святые подземелья Ватикана, под покровом ночи забралась в поместье одного из меценатов Италии, поехала отдыхать на Кубу и вляпалась в темную историю с местным маньяком, даже в России, судя по рассказам ее друзей, умудрилась зацепить какое-то тайное общество и чуть не погибла.
– Погибнуть от рук российского тайного общества – это немудрено, – простодушно засмеялся Горак. – Остальное, пожалуй, и правда показывает ее неспокойной леди.
Иван отдал Сабантини распечатку с отелями, в которых зарегистрировалась Мишель. Пожелал удачи и пожал итальянцу руку. На том и распрощались.
Мужчина вышел на улицу и посмотрел на небо. Дождь прошел, а облака слегка рассеялись, и сквозь них на землю опустились благодатные лучи весеннего солнца. Моментально все вокруг преобразилось. Мостовые засверкали, здания уже не казались такими темными, а зеленая листва и цветники заискрили разноцветными капельками. Настроение Сабантини моментально поднялось. Он вдохнул влажного свежего воздуха, хмыкнул и достал телефон.
Инспектор плохо разбирался в местности и поэтому решил настроить навигатор на первый отель. Ввел нужный адрес, убедился, что тот находится в пешей доступности, и отправился туда.
Зная нравы Мишель, он заведомо начал с самой дорогой гостиницы из тех, что значились в его распечатке. Он не верил, что Ринальди, даже если и хочет скрыться, заселится в комнаты, условия которых не подходят ее статусу. Эта девушка любила комфорт во всех его проявлениях. Ее привязанность к излишествам претила Сабантини. И вовсе не из-за того, что себе он такого позволить не мог, а скорее по той причине, что сам был аскетичен и предпочитал лишний раз сэкономить, чем потратиться, пусть это и делало жизнь чуть комфортнее, чем обычно.