Страница 4 из 11
Сабантини, будучи истинным итальянцем, не торопился переходить к делу. Он долго изучал меню, при этом искренне не понимая, почему в чешском ресторане не может быть нормальной итальянской пасты. Потом все-таки решился и заказал себе сет из колбасок и гарнир из картофельного пюре и тушеной красной капусты, но видом пива в кружках Генри и Джо так и не соблазнился. И когда Саша готова была восторженно произнести: «Вот это я понимаю, настоящий представитель закона!», Сабантини опередил ее и попросил у официанта принести бокал красного столового вина. Покровская сникла, оставшись в меньшинстве. Инспектор это сразу заметил и попытался оправдаться:
– Я так-то в отпуске…
– Ну что ты, о чем речь! – снисходительно произнес Генри. – Заказывай, что хочешь, я угощаю.
Сабантини поморщился. Он привык сам платить по счетам и считал, что настоящий мужчина не должен давать возможность другим угощать его подобным образом. Да, у обычного инспектора полиции не было денег Клиффордов, но он жил один, не тратился на глупости и умел поберечь средства. Предложение Генри встало ему как кость поперек горла, а потом он подумал и решил. В конце концов, он приехал сюда на свои деньги, ради его девушки, и поэтому можно перекинуть на английского лорда некоторые расходы, засчитав их как оплату его помощи.
Сабантини и сам не знал, почему ввязался в эти поиски и даже отправился ради них в Чехию. Возможно, здесь сработала его природная любовь к загадкам. А может, и сама Мишель за их короткие, внезапные встречи стала ему чуть ближе, чем любой посторонний человек. И лишь в одном инспектор был уверен – Мишель в силу своего характера действительно могла попасть в неприятности, и он еще в Италии, когда увидел запрос ее матери, неожиданно для себя почувствовал беспокойство и тревогу за нее. И поскольку он не мог жить с подобными чувствами, то решил, что лучший способ избавиться от них, это самому решить дело.
– Генри, вы должны знать о вашей невесте чуть больше, чем мы все. Расскажите мне о ее предпочтениях, мечтах, целях и главное, почему она решила так поступить. Уехать неизвестно куда, не предупредив ни подруг, ни вас, ни родителей.
Генри и Саша переглянулись. Только сейчас Покровская поняла, что Сабантини ничего не знает о размолвке, и теперь придется посвятить его в эту нелицеприятную ситуацию.
Девушка снова опустила взгляд на горшочек с едой и помешала почти не тронутую картошку с мясом, будто это как-то могло помочь делу.
Генри посмотрел на Сашу, взял ее руку в свою и крепко сжал. Сабантини пристально следил за ними и все понял еще до того, как Генри пустился в пространные объяснения.
– Ну-у-у, – протянул инспектор, как только Клиффорд замолчал. – Все ясно.
Сабантини был слегка разочарован поведением Саши. Во-первых, она задела его самолюбие – ведь ему-то она в свое время мягко, но отказала. Во-вторых, его не оставляла маленькая надежда на то, что они смогут узнать друг друга лучше в течение этих поисков. И эта надежда стала одной из причин, почему он так легко согласился присоединиться к друзьям Мишель. Теперь этот пункт полностью терял свое значение, а Сабантини не любил, когда его планы рушились. Но так как он все равно не смог бы сейчас дать задний ход, пришлось брать себя в руки и направить свое недовольство на особо упертую говяжью колбаску, которая никак не поддавалась ножу.
Саша заметила легкую неприязнь по отношению к себе и догадалась, чем она вызвана. Ведь и Паоло, и Генри имели приличное состояние. Она боялась, что Сабантини примет ее за русскую охотницу за богатым женихом. И ей хотелось бы объясниться, но условия в ресторане этого не позволяли. Поэтому она продолжала молчать, предоставляя мужчинам разобраться самим. Но, как она и ожидала, инспектор довольно быстро справился со своими эмоциями и перешел на официальный тон.
– А что насчет предпочтений мисс Ринальди? Она когда-нибудь упоминала в разговоре Чехию?
Джосселин откровенно смешила ситуация, она заметила и обиду Сабантини, и затравленный взгляд Саши, и даже жесткость в голосе брата, когда он как бы невзначай добавил, что Покровская теперь его девушка. И если бы не собственное внезапное расставание с человеком, которого она считала святым, и опростоволосилась, то она не преминула бы добавить какую-нибудь жесткую шуточку, но подумала и задала вопрос по делу:
– Вы уверены, что она все еще в Чехии?
– Почти на сто процентов. Еще в Италии мне удалось подключить несколько сотрудников нашего отдела… кстати, привет вам от Рейны… – Услышав знакомое имя, девушки оживились, но Сабантини продолжал: – Так вот, мы отзвонили туристические бюро и прокаты машин, где можно было расплатиться наличными. Нигде не фигурирует имя Мишель Ринальди.
– А что, если она взяла машину под другим именем? – предположила Саша.
– Сразу видно, как далеки вы от детективных дел, – уколол Сабантини. – Машину нельзя взять без страховки, а она оформляется при наличии действующих документов.
– Если это не какая-нибудь контора «Рога и Копыта», – резко ответила Покровская. – Или такие вы тоже отзвонили?
– Даже я знаю, что Мишель вряд ли обратилась бы в подобное заведение. Не в ее это характере, – продолжал перепалку инспектор.
– Ох, остановитесь уже, – не выдержала Джо. – Уверена Мишель спит и видит, как мы найдем ее. Наверняка и затихла-то только для того, чтобы мы переполошились. Какие у нее мотивы бежать перекладными неизвестно куда? Сомневаюсь, что она так уж хотела залечь на дно. Сидит и ждет где-нибудь в дорогой гостинице, когда придет Саша и бросится ей в ножки, умоляя о прощении.
– Дорогие гостиницы…хм… – задумался Сабантини. – Вот с этого, пожалуй, и нужно начать.
– Желательно такие, в которых есть спа-центры и рестораны с мишленовскими звездами, – поддакнула Джо.
– Она же не глупая девочка, – возразил Генри, – прекрасно понимает, если будем искать ее, то именно в таких отелях. Она вполне может забронировать себе место попроще. Такое, где мы и не подумаем ее искать.
– Мишель и хостел, братец, вещи несовместимые, – усмехнулась Джо. – Нет. Она точно в каком-нибудь Хилтоне, тешит свое уязвленное самолюбие.
– Или она не в Праге…
Сашу не оставляла мысль, что подруга не усидела бы три месяца в одном городе и скорее сняла бы виллу где-нибудь на море, рядом с торговыми центрами и ночными клубами, если… если только она не нашла что-то, что задержало ее здесь. И именно это представлялось Покровской опасным. Что еще может задержать Мишель, как не новое расследование? Да, вполне реально, что девушка просто познакомилась с симпатичным парнем и потеряла счет времени в его компании, или исследует старые замки и заброшенные костницы, разыскивая следы сверхъестественного, но Саша не могла заставить себя успокоиться, не узнав правды.
– В любом случае, с чего-то надо начинать, – прервал Сабантини ход мыслей Покровской, – поэтому составим список подходящих отелей и обойдем их. – И уж после будем думать дальше. Все надо делать по порядку. Пока нет причины предполагать, что Мишель действительно скрывается. Не хочет видеть вас? Однозначно. Ждет ли, что начнете ее искать? Сомнительно. Ситуация непростая. Когда человек так обижен, он не думает о других, он думает в первую очередь о себе и своем разбитом сердце. Следовательно, можно предположить, что она просто решила расслабиться и отдохнуть от всех. Но зная ее взбалмошность, лучше подстраховаться.
Сабантини терпеть не мог эти любовные треугольники, а теперь, наблюдая за друзьями Ринальди, скорее проникся ее болью, чем оправдывал поведение Генри и Саши. Да и сестра Клиффорда показалась ему не слишком приятной, высокомерной девчонкой, которой на самом деле скорее всего не было никакого дела до итальянки. И ровно в тот момент, когда он понял, что больше сочувствует своей соотечественнице, чем этим троим, Сабантини решил, что не будет так быстро избавлять одну от чувства вины, другой доказывать, что она права, а третьему… непонятно, что именно нужно было Генри, но и ему он ничем не обязан.