Страница 11 из 37
Почему?
Потому что только ему было не всё равно? Потому что только он — наглый хамоватый мажор — проявил ко мне хоть какую-то заботу, когда я осталась совсем одна? Даже если его намерения были не столько кристальны.
А ещё потому что он дико привлекательный и сексуальный.
Радич заводит меня за сцену и толкает неприметную узкую дверь. Затаскивает внутрь и прикрывает её, отрезая нас от толпы. Тут стены, наверное, из тонкого гипсокартона, и они не сильно приглушают звук. Здесь темно и немного пыльно.
— Иди сюда, русалочка, — говорит хрипло, притягивая меня к себе.
И вдруг впивается в губы. Без предупреждения. Или это для меня как молния?
Обхватывает своими губами мою нижнюю и всасывает почти до боли, а потом глубоко ныряет языком в мой рот.
Ноги слабеют, колени подкашиваются.
Это делаю я? Я целуюсь в каморе со своим студентом, прячась за маской?
— Сколько ты выпила? — слышу насмешливый негромкий голос. — На ногах не стоишь.
Да, не стою, потому что всё тело в мурашках, потому что голова кругом. И от алкоголя тоже, конечно.
И вообще, я ворую у себя самой минуты безумия. Поэтому не будем отвлекаться.
Обхватываю его за шею и сама приникаю, припаиваюсь губами к его.
Неужели парни вообще умеют так целоваться?
Я дальше я совсем схожу с ума.
Его руки, его губы, наши вздохи. Я давно себя потеряла, от меня уже ни следа не осталось. Растворилась в ощущениях.
Семён толкает меня к стене и прижимает всем телом. Эта гипсокартонная коробка вот-вот развалится под нашим натиском.
Наши тела сплетаются так тесно, что ни миллиметра не остаётся свободного. Семён забрасывает мою правую ногу себе на бедро, давая ощутить всю силу своей каменной эрекции. Давит, трётся, прижимает.
Я действительно сошла с ума, ведь нас отделяют от падения в пропасть всего несколько слоёв одежды. И секунды. Но внезапно он разворачивает меня к себе спиной, вынудив опереться ладонями на хлипкую стену. Ныряет рукой под платье и сжимает ладонью у меня между бёдер. Всего несколько раз сдавливает, добавляя мягкое вращательное движение, как меня, обезумевшую и крайне возбуждённую, накрывает острой, яркой, мощной, оглушающей вспышкой удовольствия.
Я теряюсь в пространстве. Даже музыка кажется, что становится глуше. Вообще не помню у себя столь острого, едва ли не до судорог в бёдрах, оргазма.
Всё будто виснет в вакууме. Я ожидаю звука расстегнувшейся молнии и своего окончательного падения, но этого не происходит.
— У меня нет с собой защиты, — говорит Семён. — Подожди меня минуту.
Он уходит, оставляя меня одну в маленьком замкнутом тёмном пространстве.
Это внезапно оглушает. Отрезвляет.
Что же ты творишь, Василина, мать твою?!
Отираю влажные ладони о скользкую ткань платья, трясу кистями, пытаясь избавиться от покалывания в пальцах.
Нужно уходить. Бежать, пока окончательно не пала. Пока он не узнал меня.
Я выскакиваю из каморки и смешиваюсь с танцующей толпой. Не разбирая дороги, продираюсь к выходу. И когда уже почти достигаю двери, меня ловит и удерживает за локоть крепкая мужская рука.
— Сбежать решила? — прямо в ухо низкий голос. — Ну беги, Адамовна, беги. Я как раз не хотел спешить с тобой. Не всё сразу. Растянем удовольствие.
— Ты ошибся, парень, — выдаю ему так же шёпотом, а у самой сердце замирает, удар пропуская.
А потом выдёргиваю локоть и сбегаю.
14
Семён
— Анжелика, ты правда думала, мы вас не узнаем? — поднимаю брови и затягиваюсь. Апельсиновый вкус — говно. Больше не буду брать.
— Да я сама себя в зеркале не узнала же, — пожимает она плечами и опускает голову печально. — Только Васе не говори, ладно? Она мне нравится, она хорошая.
— Анж, завязывай с этим маскарадом, тебя всё равно поймают, понимаешь? И накажут. Жить и работать по поддельным документам нельзя.
— Но мне понравилось работать в универе, — пожимает она плечами. — К тому же…
— Марк на виду, да?
В ответ Анж многозначительно молчит.
Сумасшедшая тёлка, безумная просто.
Мы с ней познакомились в сетевухе. Она рубила всех под ником lik_it13. Но не просто рубила. Она как-то вошла в код игры и меняла его под себя. Это был не просто мухлёж, это был гениальный обход системы. И очень незаметный, потому что следы она аккуратно заметала.
Но не от меня. Меня провести сложно, хотя у неё почти получилось. Я поймал её в ловушку, и тогда она пришла ко мне в личку. Мы пообщались, и я понял, что она гениальный геймер и могла бы стать крутым проектировщиком.
А однажды мы играли, и пришёл Марк. Я поставил игру на паузу, а камеру выключить забыл. А Анж наблюдала. Мы с Марком просто пиздели, пива выпили, но Анжелика буквально залипла на него.
Неудивительно, кстати. Марик смазливый как девица. Однажды в клубе даже курьёз был. Какой-то чел стал на него недвусмысленно поглядывать. Булка же не забыл пиздануть что-то типа: “Марик, ты такой красивый, что на тебя уже мужики западают”.
Пиздюлей тогда от красивого кулака Марка выгреб и Булка, и тот пидор.
Короче говоря, вот уже год Анжелика сталкерит за Марком. А сделать себе поддельные документы, приписав пяток лет, и диплом препода информатики, а потом устроиться в универ, пройдя бешеный конкурс — её новый способ быть к нему ближе.
Она замазала татухи, сняла пирсинг, покрасила волосы в спокойный цвет и натянула приличные шмотки. Но проблема в том, что Марку она не нравится. Не его типаж, да и вообще… Из Анж получается классный кореш, но не тёлка, которую хочется.
Ну, по крайней мере, я сужу по себе и по словам Марка.
— Я серьёзно, детка, прекращай. Марка ты так не получишь, а вот на уголовку нарвёшься.
Обхватываю локтем её шею и притягиваю к себе, чмокаю в волосы, а потом отпускаю и встаю. Пора ехать на пары. И напомнить Адамовне, что некрасиво уходить не попрощавшись.
Кстати, она правда надеялась, что я её не узнаю? Наивная девочка, не иначе. Я по губам её сразу узнал, по форме особенной, а когда увидел Лику, только лишь убедился.
Вкусная она, охуительная. Теперь мне мало фотки её сисек в лифчике. Всю хочу. И я не про фотки.
Приезжаю в универ к одиннадцати, опоздав на пару культурологии из-за ебучей пробки. Ну и на хер она нужна эта культурология. Скукотища.
То ли дело английская фонетика. Там намного интереснее — поглазеть на зад Адамовны, на её сексуальный рот, представляя, какой он сладкий и влажный. Как я кусаю за эти мягкие губы, и как они нежно обхватывают мой член.
Всю пару она спотыкается, пока я непрерывно сверлю её взглядом, вспоминая, как она кончила под моими пальцами и сожалея о том, что это случилось через одежду. Представляю, в каких позах я хочу её поиметь, и как сладко она будет стонать подо мною.
Ко второй половине пары, Адамовна уже вся раскраснелась и просто дала группе письменное задание, а сама спрятала нос в ноутбуке.
Передышку взяла. Только не поможет это тебе, малышка.
Едва звенит звонок, я встаю вместе со всеми и спускаюсь вниз. Иду к двери, заметив, как она с облегчением выдыхает, бросив взгляд мне вслед.
Наивная.
Выхожу за двери вместе одногруппниками. Пусть расслабится немного, тем интереснее будет поймать её.
— Сём, ты идёшь? — вскидывает глаза Иришка.
— Да, солнце, но надо кое-что уточнить, ты иди, — подмигиваю ей.
Иринка хорошенькая, но на неё уже Феликс радар настроил, а перебивать нехорошо. Да и другой у меня интерес сейчас, тем более уж после пятничного вечера.
Ирина, зацепив подружку, уходит, как и весь остальной народ. Я пару секунд прислушиваюсь, и когда слышу ритмичный приближающийся стук каблуков Василины, резко вхожу, не давая выпорхнуть.
— Попалась, птичка в клетку, — подхватываю её за талию. когда она от неожиданности врезается в мою грудь, и прижимаю к себе крепче.
Адамовна вздрагивает всем телом и резко выдыхает, а потом со всей своей мышиной силой отталкивает меня.