Страница 27 из 111
— Что?
— А ты прислушайся — и поймешь. Второй раз такого шанса может и не быть. А все благодаря тому, что они уверены: ты спишь. И ты бы спала, не будь меня! — наигранно вздохнул, как будто сокрушался по поводу своей невероятной полезности.
И тут я действительно услышала — видимо, поставленная магическая «звукоизоляция» работала «на вход».
Из-за двери спальни раздавались два знакомых голоса. Не особо хорошо, но расслышать, что говорят, было можно.
Баэр и Грасерия.
— Ты не понимаешь, что это значит?! — как мальчишку распекала Темного служанка. Хм… Полнейшее нарушение субординации! Называет на «ты». Кричит. Вот все же очень похоже на то, как мать может распекать непослушного сына. — Если бы она была просто Хозяйкой, ее бы не ударило Светом! Ты забыл, когда Свет так реагирует?!
— И что ты хочешь сказать? — зло, но вполне спокойно отвечал Баэр. — Что это меняет? Да, у нее сильный дар. Да, она тьма от тьмы Темная — была бы, если бы прошла обучение. Но это невозможно. И ты сама это знаешь.
— А так она умрет. Не сразу, конечно! — кипятилась Грасерия. — Это тебя успокаивает?! Ай-я-яй, а ведь она тебе нравится, я вижу! Таких еще не было при тебе.
— А если по-другому — то умрем мы все, и опять поставим Тьму на грань выживания. Весь мир на грань выживания! — отрезал Темный. — Помнишь, что было в прошлый раз? Ты больше всех боялась, что история повторится, если придет Настоящая Хозяйка. А теперь что? Пожалела девочку? Ай-я-яй, Грасерия, не в твои годы иметь такое мягкое сердце.
— А вдруг не повторится? Вдруг на этот раз мы сможем изменить все?! — не унималась «служанка».
— Нет! — рявкнул Баэр так, что даже у меня в спальне чуть уши не заложило. — Ты была удивительно послушной и разумной все эти века. Вот и оставайся такой. А эта Хозяйка… Вероника проживет положенное ей столетие, сохраняя облик юности до самой смерти. И останется моей женой — если перестанет упрямиться. Этого достаточно. Я не поставлю под удар весь мир из-за твоей жалости к девчонке. И даже не думай… о том, о чем ты подумала… Иначе… Я ведь могу лишить тебя всего, уничтожить. Я все еще хозяин в этом доме и на этих землях!
Почти минуту они молчали, но между ними явно что-то происходило. Просто мне из-за двери не видно.
— Я буду думать о том, о чем сочту нужным, — сдержанно и холодно ответила Грасерия. — Мне, в отличие от тебя, не все равно, что происходит с Тьмой. Не я езжу на поклон к Светлым, чтобы они позволяли нам жить.
Раздался цокот каблучков, потом — звук решительных сердитых шагов. Видимо, собеседники разошлись по коридору в разные стороны, и больше мы с Майдором ничего не слышали.
— И что… это значит… что… я? — ошарашенно уставилась я на ночного гостя.
— Да, поздравляю, ты — Темная. В смысле, очень сильный Темный маг — если тебя обучить. Со всеми проистекающими из этого бонусами — почти полное бессмертие, огромная сила, — небрежно ответил он. — Просто, как видишь, никто не собирается тебя учить. Как я понял, сегодня тебя ударил Свет. Не знаю уж, где ты умудрилась его найти в самом сердце Тьмы, — лукавая улыбка. — Но, в общем, как-то нашла. И он тебя ударил. А соприкосновение с настоящим, концентрированным Светом ранит лишь настоящих Темных. Так что… если ты надеялась, что можешь выбрать другую сторону или не выбирать совсем — то можешь больше на это не рассчитывать.
Я опустила взгляд и принялась изучать поверхность одеяла. Кстати, мне заменили ночную рубашку, я утром просила об этом Грасерию. На менее прозрачную. А вот кто в нее переодел— оставалось загадкой. Надеюсь, все же Грас, а не Баэр.
С другой стороны… Если он переодевал меня и изнывал от страсти — поделом ему! Видите ли, мне достаточно длинной жизни в юном облике, а способности, мол, нельзя развивать. Грас-то явно почти на моей стороне. А он!
Муж называется! Фу!
Впрочем… Я еще недостаточно понимаю, чтобы делать однозначные выводы. Что-то там было про общий баланс, опасность для Тьмы и даже для целого мира. Не уверена, что я на его месте говорила бы как-то по-другому. Интересы целого мира явно важнее силы и бессмертия одного человека.
В общем, если я не хочу рехнуться, то мне срочно нужна информация. Что и требовалось доказать. И других источников, кроме вот этого наглого, сидящего прямо на моей кровати, все так же нет.
Значит, используем его. И попробуем отличить правду от его уверток.
— Пожалуйста, встань с моей кровати и пересядь в кресло. Или залезай снова на подоконник, — усмехнувшись, произнесла я. — Неприлично сидеть на кровати замужней женщины. Пересядь и ответь мне на вопрос.
— Ой-ой-ой! Замужняя женщина! Еще скажи, что муж у тебя любимый да обожаемый. И что секретов у вас друг от друга нет. Слушай, мне нравится тут сидеть. Обещаю — приставать не буду, если сама не попросишь.
— А я не попрошу, — ехидно улыбнулась я. — Значит, и сидеть нечего.
— Тогда я прилягу, раз сидеть нечего! — объявил наглец.
Передвинулся и лег слева — правда, на почтительном расстоянии от меня — закинул руки за голову, подтянул подушку.
Ладно. Поверю на слово, что приставать не будет. Вроде бы у него другие интересы… Главное, чтоб не исчез прежде, чем ответит.
— Что за вопрос-то? — зевнув, спросил Майдор.
— Все сходится, ты прав. Темный мне сказал, что для обретения бессмертия нужно стать Темным магом. А это нельзя — потому что, как я понимаю, он не может обучать, его за это Светлые уничтожат. Всей толпой навалятся — и поминай как звали! — я решила говорить в таком же шутливом тоне, как он. Известно ведь, что с человеком нужно разговаривать на «его языке». С Темным — язвительно и насмешливо. С Майдором — шутливо, лукаво. И по сути. — Но, возможно, кто-то другой может научить меня? Например, ты?
— А что, бессмертия захотелось? — поднял одну бровь.
— Я бы не отказалась. Знаешь, не разделяю убеждений, что жить долго — скучно. И от силы не отказалась бы. Пустила бы ее на дела благие. Поможешь?
— Да не, — махнул рукой ночной гость. — Не могу. Я не владею Темной магией. Не мое это.
— В смысле, ты Светлый? У тебя Светлая магия?
Ведь в этом мире, если не Темный маг — то Светлый. Тут и ежом не нужно быть, чтобы понять.
— Я что, похож на Светлого? — удивленно поднял уже две брови. — Даже не знаю, как это расценивать! Как комплимент или как оскорбление. Если учесть, что сама ты Темная, то, пожалуй, стоит поставить на оскорбление.
— Да ну тебя! — рассмеялась я. — Вовсе не хотела обидеть твою непонятную особу. Да ты и не обиделся. Но я тогда не понимаю. Ты — маг. Но не Светлый и не Темный. Кто ты тогда?
— Хм… Кгм… — наиграно покашлял в кулак Майдор, глядя на меня лукавыми блестящими глазами. В которых…
Видимо, прошлой ночью он сидел слишком далеко, и я не заметила. Не заметила целого «слона»!
В глазах были зрачки — как всем приличным живым существам и положено. Но имели они странную форму. Вытянутые. И с перемычкой посередине. Немного похоже на песочные часы.
Дочка, кстати, рассказывала, что в какой-то книге был маг с такими глазами[1]. И маг этот был темным…
«Оборотень он, что ли»,— подумала я.
Может, обращается животным с такими зрачками, и в человеческой ипостаси они сохраняются. У Борси вон тоже в любой ипостаси есть кошачьи признаки. Хотя тоже странно. Как я поняла, оборотни — дети Тьмы. А мне только что признались, что вроде как он не Темный.