Страница 11 из 111
А я так и осталась сидеть на кровати голая. Какая-то противная самой себе. Неужели все так и есть? Я, нормальная женщина, никогда не страдавшая неконтролируемой похотью, не смогла устоять перед физическим влечением?
Значит, они правы! Этот Темный гад и Грасерия. Я действительно несу в себе Тьму. Вот такую Тьму — тьму страстного желания, презирающего голос разума и… нравственности (да, именно так, потому что безнравственно отдаваться такому мужчине!).
И эта Тьма во мне сегодня изнасиловала все остальную, светлую часть меня…
Не зная, что делать, как жить с этим осознанием, я решила поплакать. Именно так — решила. Потому что вообще-то плачу очень редко. Не в моем характере. Но знаю, что иногда это просто необходимо.
Лучше я порыдаю сейчас, наедине с собой, чем потом дам слабину при этом гаде. Или при его непонятной служанке, которая, может, и не лучше (просто хитрее!).
В общем, я уткнулась лицом в руки и зарыдала, выпуская из себя все. И отвратительное осознание, и бессилие перед темными силами, и разлуку с дочерью (почти невыносимую!).
И рыдала я уже достаточно долго, когда вдруг услышала незнакомый мужской голос. Глубокий, приятный, при этом — немного лукавый:
— Заканчивай убиваться, а? Ты ни в чем не виновата. Тебя правда принудили. Просто не он.
Слезы остановились одним махом. Шмыгнув носом, я резко подняла взгляд.
На подоконнике, подперев голову одной рукой, возлежал очень симпатичный и действительно совершенно мне незнакомый молодой человек.
Стройный, но крепкий. На нем тоже была темная рубашка, и тоже расстегнута. Принято тут так, что ли? И надо сказать, что грудь и пресс могли соперничать с таковыми Темного гада. Просто парень был в целом стройнее, поэтому не смотрелся таким уж здоровяком и прекрасно помещался на широком и длинном подоконнике.
Цвет волос в красном свете луны определялся плохо, я лишь поняла, что они темные, но не черные. Темный шатен, видимо. Красиво и задорно зачесаны назад. Черты лица — строгие и мужественные, но не такие скульптурные, как у выше обозначенного гада. Таинственный незнакомец выглядел более открытым, каким-то более… нормальным, что ли. Хотя, уверена, на его счету немало разбитых девичьих сердец. Красавчик еще тот! И лукавый хитрец, похоже.
Я так опешила от его фразы про «тебя принудили, просто не он», что даже забыла обомлеть и испугаться неизвестного мужчины в моей спальне. Кстати, что интересно, окно было полностью закрыто. Как он сюда попал, вообще непонятно! Может, призрак? Но никаких признаков расплывчатости в нем не наблюдалось. Выглядел совершенно осязаемым. Или хорошо маскировался!
Вот я и ляпнула в первую очередь то, что было самым актуальным для меня:
— А как тогда принудил, если не он?
Словно было совершенно нормальным, что этот неизвестный без паспорта сидит на моем подоконнике. И знает о том, что со мной случилось и что меня волнует.
— А ты сама подумай, кто еще мог это сделать? — лукаво улыбнулся парень. — Прикройся, кстати, пока гадаешь. Я уже налюбовался на тебя. А я, видишь ли, мужчина из плоти и крови, хоть это, может, тебе пока не очевидно…
…Улыбка, кстати, классная, хоть и кривоватая. Так улыбаются люди, которые хорошо понимают юмор и иронию. А это всегда плюс балл в моих глазах.
— Грасерия?! — жестко бросила я, одновременно, натягивая на себя одеяло. Внезапно осознала, что я и верно голая. А таинственный незнакомец на меня смотрел! Не без мужских эмоций причем!
А Грасерию я просто прибью, если это она. Кем бы она ни была — просто прибью. Например, сковородкой. Кто сказал, что нельзя использовать сковородку против женщин?
— Да нет, зачем ей, — поморщился парень в ответ.
— Тогда не знаю! — раздраженно ответила я. И тут меня осенило: — Ты, что ли, не-знаю-как-тебя-по-имени-отчеству?!
— Не знаешь чего? — с интересом поглядел на меня он.
— Ты, говорю, наколдовал?! — прорычала я. — Отвечай!
А что? Вполне логично! Может, у него заговор с Темным. Этот неизвестный делает приворот, Темный остается как бы «чист». И в знак благодарности оказывает ему какую-нибудь темную услугу.
Парень с насмешкой смерил меня новым взглядом и… от души расхохотался. Да так заливисто, что я невольно тоже улыбнулась. А логичная версия внезапно показалась смешной и глупой.
— Слушай, версия, конечно, интересная. Мыслишь оригинально! — сказал он, отсмеявшись и смахнув выступившую от смеха слезу. — Но нет. Зачем мне помогать Темному, сама подумай?
— А я не знаю, — ехидно улыбнулась ему я. — Я же не знаю, кто ты такой. И, судя по всему, сообщить об этом ты не горишь желанием. Как все вы тут. Может, ты вообще местный домовой и во всем покорен воле этого гада.
— Ага, так покорен, что сижу в спальне его жены сразу после вашей первой брачной ночи, хм! — хмыкнул. Привстал и сел на подоконнике, начал болтать ногами. — Кстати, а домовой — это кто?
— Это такая нечисть в моем мире. Живет в домах, иногда по хозяйству помогает, а иногда — гадит всячески, — назидательно произнесла я.
По правде, диалог с непонятным парнем сильно поднял настроение. И напрочь отвлек от убийственных переживаний.
— Нечисть? Что это? — с искренним интересом спросил он и наклонился в мою сторону.
— Ну… Это дети Тьмы так у нас называются… — подумав, сообщила я.
— А-а… Нет, я не домовой. Я здесь не живу, — сообщил он. — Но с этого места поподробнее! Расскажи-ка мне о своем мире! Очень интересно!
— Вот уж нет! — рассмеялась я. — Сперва скажи, кто устроил мне бурную ночь с Темным гадом! Потом — кто ты такой и что делаешь в моей спальне. А потом… может быть… — я загадочно понизила голос.
— Хм… — задумчиво произнес он и не менее задумчиво поболтал ногами. — Сказать, кто тебя приворожил, конечно, могу. Но давай ты еще попробуешь догадаться? Ты знаешь теперь, что Темный отличает правду от лжи. Вот захочешь ты ему тыкнуть его обманом подлючим, а он и спросит, откуда ты узнала. Ты ответишь, что «догадалась». Но он поймет, что это ложь. А я вовсе не хочу, чтобы он узнал, что я был здесь. При прочих равных… у него есть способы закрыть мне сюда двери. Так что лучше будет, если ты сама догадаешься.
«Ага, — подумала я. — Отлично! Не исключено, что удастся сделать из этого незнакомца хотя бы источник информации. А может, и помощника! Я уже знаю два его слабых места».
Первое — ему почему-то интересно знать про мой мир.
Второе — он хочет, чтоб я сохранила его визит в тайне. Он тут неофициально. И явно не на стороне Темного (а это очень круто!). Может быть — даже не на стороне Тьмы. И все это можно всячески использовать в моих интересах…
— Ты прав, — сказала я вслух под его изучающим заинтересованным взглядом. — Попробую угадать. А ты говори — да или нет. Только честно. И дай подсказку. А то всех знакомых мне личностей я уже перечислила.
— Подсказку…. — задумчиво поднял глаза к потолку. — Ну… это же очевидно, Хозяюшка! Неужели самой в голову не приходит?! Подумай, кому выгодно, чтобы ты прошла консумацию и осталась здесь. И… к кому еще ты здесь испытываешь невольное влечение…
— Что-о-о?! — изумилась я, машинально отпустила край одеяла, и оно рухнуло на кровать, обнажив меня по пояс. — Сад,что ли?!
— Ну, конечно! — обрадовался незнакомец. — Сад призывает Хозяйку по своему выбору. Значит, она ему более-менее нравится. И ему нужна. Вот он и делает так, чтобы консумация с гарантией произошла. А то, знаешь, хозяйка ведь и девой невинной может оказаться, начнет артачиться в последний момент из-за этого — даже если жить хочет! Напугается там чего-то, как вы, девицы, пугаетесь. А Темный знает об этой проделке Сада. Так он, как я понял, обещал тебе, что насилия от него не будет, и консумироваться вы будете, лишь если ты захочешь. И не соврал. Обманул куда тоньше — ведь он-то знал, что сделает Сад!