Страница 10 из 111
Глава 4. Консумация...?
Баэр сделал шаг внутрь и деловито подошел ко мне. Красные лунные лучи (такая тут луна!) высветили его фигуру.
Гад был босой, в облегающих черных штанах и небрежно накинутой расстегнутой рубашке. Красные отсветы гуляли на мускулистой груди — тут точно было чем полюбоваться.
— Извини, не смог вернуться к ужину! — бросил он мне светским тоном.
Явно издевался!
— Ты что здесь делаешь?! Мы же договорились, что консумации не будет! — рявкнула я. — Хочешь, чтобы я подумала, что Темные не могут держать слово?
И натянула одеяло под подбородок, потому что он весьма красноречиво разглядывал мое плечо, вырвавшееся из широкого ворота ночной рубашки. Опять же, будь я лет на пятнадцать моложе — залилась бы краской от такого мужского взгляда.
— Правда? — удивленно поднял брови он. — Я не обещал отменить консумацию. Я обещал, что ничего не будет, если ты не захочешь, супруга моя. А ты разве уверена, что не хочешь?
— Конечно! Убирайся из моей спальни! — жестко отрезала я.
— Точно уверена? — глубоким хриплым шепотом повторил он, в одно движение оказался на кровати и навис надо мной, поставив руки по бокам от моего скрытого одеялом тела.
Горячее дыхание обожгло меня, его губы оказались в опасной близости от моих. Я хотела отодвинуть хотя бы лицо, но…
— Точно уверена? — повторил Темный и тягуче, даже нежно прикоснулся тыльной стороной ладони к моей щеке.
Тут-то я и ощутила это… Тело просто изогнуло желанием. Тугой ком молниеносно скрутился внизу живота. Нежное молодое тело каждой клеточкой стремилось к одному — ощутить близость сильного темного мужчины. Оно стонало, жаждало утолить страсть. Раскрыться ему навстречу, отдаться.
Проклятье!
Никогда я не чувствовала такого неконтролируемого желания. Умела расслабиться, отдаться в мужские руки, испытывать наслаждение. Но никогда — совершенно никогда — я не ощущала такого желания, чтобы потерять голову! У меня всегда была красная кнопка «стоп», на которую я могла нажать по своему решению.
Только что-то, похоже, кнопочка-то сломалась…
— Ты… гад… Ты заколдовал меня! — прошептала я в его губы.
А в следующий миг эти твердые горячие губы накрыли мои.
То, что произошло дальше, было и прекрасно, и ужасно одновременно.
Прекрасна была сама близость — в самом простом физическом ее понимании. Мое помолодевшее тело просто сошло с ума. Сплеталось с мощным смуглым телом Темного, устремлялось к нему, открывалось ему. Руки сами собой закапывались в густые длинные волосы, а от каждого его прикосновения во мне рождалось сладкое темное безумие.
Хотелось ближе, еще ближе…
Ужасно же было то, что мой разум желал одного – как-то вырваться, орать, что я не хочу, что мне это не нужно. Что я в жизни не думала о близости с таким жестким гадом-обманщиком! Но тело не слушалось разума. Хуже того — какая-то небольшая часть души не слушалась тоже. Ей нравилось то, что происходило. Словно бы где-то в глубине меня притаилось темное озеро, обычно незаметное и спокойное, но теперь настал его час: оно забурлило и грозило выйти из берегов.
Вместо криков сопротивления с моих губ неконтролируемо срывались стоны, а руки лишь сильнее притягивали врага. Все ближе, ближе…
Нужно отдать должное этому гаду. Любовником он, похоже, был отличным. Его явно трясло от желания — ну да, девушкой-то я стала хоть куда (да и до омоложения была вполне ничего!) — но он не проявил особой грубости. Лишь страсть. Он явно наслаждался не только самим актом близости, но и ласками. Ласкал мое тело и страстно, и даже нежно. Может, просто у него давно не было близости, ведь вряд ли от спал с моей предшественницей, когда она состарилась и дышала на ладан. Соскучился, гад, по молодому женскому телу.
А в момент, когда мир взорвался сладчайшей искрометной тьмой, я совсем потерялась. Волны не сходили на нет, продолжались, словно я падала все глубже в бездну наслаждения.
Не сразу очнулась и когда все закончилось. Неконтролируемое наслаждение не желало отпускать.
А когда все же очнулась, обнаружила себя в совершенно неподобающей ситуации!
Моя голова покоилась на мускулистой груди Темного гада. Он крепко прижимал меня к себе и одновременно с некоторой даже нежностью перебирал мои роскошные волосы.
Да чтоб ему!
— Очнулась? — услышала я над самым ухом бархатный шепот. — Отдохни немного, потом повторим.
— Что-о-о?! — тут же взвилась я и усилием воли разогнала сладкую негу, что охватила тело.
Не знаю, уж каким усилием, но мне удалось выскочить из его объятий. Я села на кровати, мечтая об одном — прибить Темного. Хотя… он будет прав в одном. Настоящего физического насилия не было. Формально он меня не насиловал и не обманывал.
И все же насилие было. Колдовское. И ощущение было, как будто… я сама изнасиловала себя. Мое тело изнасиловало мой разум и душу!
— Убирайся. Видеть тебя не хочу. Никогда, — сквозь зубы кинула я Темному.
— Хочешь сказать, тебе не понравилось? Не думал, что ты склонна к такой дешевой жеманности, — удивленно поднял брови Темный.
Тьфу! Видеть его не могу! Чтоб он провалился в самую глубокую бездну, в которой его же Тьма его и пожрет!
— Ты заколдовал меня. Обманул. Сказал, что ничего не будет, если я не захочу. И сделал так, что я захотела. Не знаю уж, каким темным и подлым колдовством. Я. Не прощу. Тебе. Этого. Обмана, — как можно спокойнее, чтобы не показать свою слабость, отчеканила я. — Убирайся.
— Обманул? Заколдовал? — рассмеялся Темный, поднимаясь с кровати. Голый и прекрасный физически. И столь же мерзкий морально. — Ты теперь тоже… посвящена Тьме. В тебе не будет истинной силы Темного. Но кое-что ты можешь уже сейчас почувствовать, супружница моя, — к моему удивлению, он принялся натягивать штаны. — Прислушайся к себе. Ты теперь можешь отличить правду от лжи. Я. Не воздействовал. На тебя. Магией. Это ты меня так захотела, что не смогла устоять.
С ледяным холодом я поглядела на него. И вдруг… непонятно как, но поняла, что, каким бы он не был — сейчас он говорит правду. Он не привораживал меня — так это, кажется, называется? Не воздействовал магией, чтобы вызывать во мне подобное влечение.
Но тогда это значит…
Я невольно опустила глаза. Кошмар какой-то! Узнать о себе подобное — что ты темная, не контролирующая себя, похотливая — было отвратительным, воистину Темным чувством!
— Впрочем, полагаю, тебе и верно нужно побыть одной, — словно бы непринужденно бросил гад. — Моя спальня по соседству. Обращайся, если заскучаешь. Мне понравилось.
И спокойненько так проследовал к выходу.
— Я тебе все равно не верю! — бросила я.
Он остановился у самой двери:
— Теперь ты знаешь, как это ощущается — правда или ложь. Так что понимаешь: я знаю, что ты мне поверила. Потому что это — правда. Мы, Темные, исполнены страсти… Ммм…
Очень хотелось кинуть в него чем-нибудь тяжелым. Но под рукой была лишь подушка. И унижаться до этого «комариного укуса» я не стала.
— Ты еще здесь? — бросила я. — Кажется, я сказала тебе убираться. Поверь, я разберусь с самой собой. На повторение не рассчитывай. И желательно — не попадайся мне на глаза. Отныне тебя для меня — просто нет.
— Посмотрим! — весело расхохотался гад.
И вышел, слегка хлопнув дверью.