Страница 57 из 157
Глава 22
— Примите мои соболезнования, Фридрих. — Я не нашел, что еще можно было сказать в такой ситуации. Что ни скажи, а горя это не уменьшит. — Уверен, ваш отец был достойным человеком, раз смог воспитать такого сына.
Австриец рассеянно кивнул.
— Спасибо, ваше сиятельство… Господа, это будет долгая ночь, и мне многое нужно успеть сделать. Понимаю, что не вправе просить вас об услуге, но…
Я решительно мотнул головой.
— Мы поможем, Фридрих. Если, конечно, это в наших силах.
— Благодарю.
Нет, мне определенно был симпатичен этот парень. Как быстро он взял себя в руки, заставил голову соображать. Уверен, у него в душе разразилась настоящая буря, но Фридрих не просто держал лицо. Нет, он в тот же момент принял на себя полную ответственность за будущее своего рода. И держался соответственно. Всем бы так уметь.
— Так чем мы можем вам помочь? — спросил Столыпин.
— Лилия. Я хочу увезти ее с собой, но опасаюсь, что она может натворить глупостей. Попытается сбежать, например.
Ага, а если о случившемся узнает этот прохвост Даниэль, то может сравнять весь центр Земуна с землей, пытаясь вырвать последний шанс на наследство для своей марионетки Лилии. Судя по всему, баронский сыночек решил взвить ставки до небес, и сейчас я был готов ожидать от него чего угодно.
Я многозначительно уставился на Столыпина.
«Я бы предложил ему охрану. Что скажете, Андрей?»
«Полностью поддерживаю. Но Фридрих фон Альтанн теперь имеет право запросить имперскую гвардию для обеспечения личной безопасности. Ему нужно лишь подать запрос в канцелярию. Они обязаны обеспечить сопровождение».
«Да, но пока они доедут…» — сомневался я.
«Пока его сможем защитить мы. Если, конечно, это входит в ваши интересы».
Конечно, это входило! Да, будет странно, что русский одаренный князь записался в телохранители австрийскому графу, но… Отчаянные времена — отчаянные меры. Даже если отбросить личную симпатию, связи в нейтрально-враждебном государстве мне не помешают, тем более с учетом моей основной миссии.
Да и просто уже не хотелось бросать Фридриха. Зря, что ли, уже через столько прошли?
— Можно погрузить вашу сестру в контролируемый гипноз, — предложил я. — Это подавит волю к необдуманным поступкам. Вывести можно будет либо кодовой фразой, либо же заклинание само потеряет силу через определенное время. Артефактов, увы, у меня нет.
— Я бы предпочел кодовую фразу, — ответил Фридрих.
Хотелось пошутить про стоп-слово, но это было неуместно. Новоиспеченный граф хотел все контролировать, и было трудно его за это винить.
— Кстати, а подобные манипуляции вообще законны в вашем государстве? — Озадачился я. — Насколько помню, есть ряд строгих ограничений…
— Убивать братьев тоже незаконно, — отрезал Альтанн. — Проблем не будет, ваше сиятельство. Не волнуйтесь.
Что ж, успокоил. Хотя мне, если честно, было все равно.
— Тогда начну работать над нашей подругой.
Пока я устраивался возле Лилии и осторожно ковырял ее ментал, Столыпин проявил себя во всей красе. Теперь было понятно, почему атташе отправили со мной: помимо весьма эффективной боевой специализации, он обладал поистине великолепными менеджерскими способностями. И, к моему удивлению, даже кое-какими связями в Вене. Сегодня пригодилось все.
Сейчас Андрей взял на себя роль помощника юного графа. Выудив из внутреннего кармана испорченного пиджака записную книжку, он засел за телефон.
Через час у Фридриха был полноценный план действий. А я, закончив с Лилией, устроился полулежа на диванчике и боролся со сном.
— Итак, в десять утра должен прибыть отряд гвардии его величества, — перечислял Столыпин. — Ваше заявление на Куффнера зарегистрировано, и вместе с гвардией прибудет дознаватель из Дворянской коллегии. Куффнера возьмут под стражу. Они также настаивают на том, чтобы задержать госпожу Альтанн…
— Исключено! — воскликнул Фридрих.
— Увы, это вне моей власти. Я лишь помог ускорить процессы и избежать бюрократии. О содержании вашей сестрицы вам лучше договариваться напрямую с дознавателем. Тем не менее, скоро для вас этот кошмар закончится, — Столыпин взглянул на часы. — Почти пять утра. Осталось пять часов. Я бы рекомендовал вам поспать, господин Альтанн.
— Я не смогу уснуть.
Я печально усмехнулся.
— Ой ли?
— А вы и это можете…
— Я даже могу создать для вас сон. Иллюзия будет не очень натуральная, поскольку я не специализируюсь на менталистике. И все же есть варианты.
— Можете просто погрузить меня в сон без сновидений? — попросил австриец. — Мне нужно поспать три часа. Не больше.
— Конечно.
Фридрих даже не стал готовиться ко сну — просто плюхнулся на диван. Я заметил, что у него чуть тряслись руки и подергивался левый глаз. Стресс, напряжение. Парень тщательно пытался это скрыть, но нервы сдавали. Ему и правда стоило прикорнуть.
— А вы…
— Мы подежурим до приезда гвардии, — шепнул я. — Спите, Фридрих.
Я осторожно дотронулся до его лба и послал слабый импульс. Этого было достаточно — расшатанная нервная система, недавно пробитые блоки — все это позволяло войти в ментальный план парня быстро и легко. Да и усталости в нем накопилось столько, что следовало всего лишь угомонить мозг.
Через тридцать секунд граф Фридрих фон Альтанн спал как младенец. А я повернулся к Столыпину.
— Вы вообще спите, Андрей? На чем сидите, признавайтесь. Я тоже так хочу.
— Ни на чем, — улыбнулся атташе и спрятал свою записную книжку. — Мне просто с юности нужно очень мало времени на отдых. Такая особенность организма. Правда, и расплачиваться за это приходится быстрым расходом резервов силы. Но вам это не грозит с доступом к минеральной воде, правда, Николай?
Я на миг замер. Просек фишку, зараза. Ну еще бы — Столыпин наблюдательный, а я не особенно и скрывался.
— Предположим, — уклончиво ответил я. — Настолько очевидно?
— Одаренному — заметно. Не хочу задавать лишних вопросов. Я уже понял, что это связано с вашей родовой силой. А это вне моей компетенции и зоны ответственности. Лишь хочу предупредить, чтобы вы были аккуратнее в Белграде. В Сербии есть старые семьи, которые обладают родовыми дарами. И вам лучше не раскрывать перед ними карты. Чем меньше они знают, тем лучше. Пока что.
Только что Столыпин тоже получил от меня десять очков к репутации. За то, как отнесся. Все понял, но не стал лезть дальше и продолжил выполнять свою работу — оберегать меня. Что ж, можно сказать, с окружением мне скорее повезло.
— Буду осторожнее. Спасибо, Андрей.